За туманом (СИ)

— Да, Крис, что? — я не смотрю, кто звонит, потому что родители сейчас в пути, значит, это моя единственная подруга, которая предпринимает очередную попытку меня расшевелить.
— Ничего не хочу слышать! Пошли в бар «Стивенсон», там всю неделю будут ставить ремиксы на старые хиты, а еще акция на коктейли для девушек и все такое! — Крис, как обычно, почти кричит в трубку, будто это заставит меня принять ее предложение.
— Все, что мне нужно, развалиться на диване, включить какой-нибудь ситком и объесться, и я, милочка, уже приступила.
— Мела! Ну сколько можно! — также громко, но менее уверенно.
— Крис, я отправила родителей, и не могу упустить шанс побыть одной. Давай найдем компромисс… Приходи ко мне, например, завтра вечером, и мы поболтаем, посмотрим фильм…
— Нееет, Мела. Я приду завтра, прослежу за тем, чтобы ты оделась, как красавица, и мы пойдем в бар. Пока!
— Стоп, ты… — я не успела привести аргументы для отказа, как она бросила трубку.
Крис дает мне все, что необходимо для меня в дружбе. Понимание, разговоры по душам, просмотр фильмов с грустными финалами и помощь в построении коммуникаций, когда это необходимо. На прошлой неделе она вместо меня договорилась о проекте туалетного столика, который я задумала в подарок маме на ее день рождения в следующем месяце. Плотник имел отличную репутацию, как мастер, и предлагал лучшие цены в нашем районе, однако, был молодым мужчиной, что застопорило мое обращение к нему. В таком случае, я озвучиваю Кристине все свои пожелания, и она делает все за меня.
И я знаю, что я делаю для нее намного меньше. Она свободная, яркая и шумная девушка. Непонятно, почему она хочет проводить время с такой занудой, но дружба требует компромисса. Постараюсь настроиться на поход в бар, бррр.
Вечер пролетел быстро и приятно. «Две девицы на мели» скоротали мое время, и я сама не заметила, как начала дремать. Поднявшись с дивана, я собрала остатки от своего пиршества, чтобы отнести их на кухню. Телевизор был единственным источником свете, и, хоть я и не боялась темноты, одной дома ночью было неуютно. Я отбросила детские страхи, но все равно бегом преодолела расстояние до выключателя на кухне. А потом также забежала в свою комнату.
Я обожала свою кровать. Считая сон высшим благом для человека, я выбрала себе отменный матрас и уделала значительное внимание качеству постельного белья. Уложившись головой на ортопедическую подушку, одним глазом я посмотрела на электронные часы, стоявшие на прикроватном столике. 23:44. Поздновато, но выспаться еще можно.
— Сладких мне снов, — пробормотала я, предвкушая, как проснусь утром свежая и готовая к новой неделе.
00:12.
— Что за фигня…
00:47.
— Серьезно?
01:28.
— Я, что, заболела?
Я действительно попыталась прочитать сигналы своего тела. Потрогав лоб и убедившись, что температура его кажется нормальной, я поняла, что у меня ужасно болят ноги.
— Конечно, Мела, у тебя будет что-то болеть, если ты не уснешь.
На столике стояла бутылка воды, я потянулась за ней и, приподнявшись, сделала глоток. Горло болело, но не как при простуде. Боль была похожа на мышечную, аналогично боли в ногах. К тому же, у меня горела задняя сторона бедра.
— Отлежала что ли… — я потерла ногу через хлопковые штаны, в которых легла.
Я поворчала еще немного, тщетно считая овец, но вскоре все-таки вырубилась снова.
02:12.
— Что за хрееень…
В первые секунды после пробуждения мне казалось, что тело сковал сонный паралич. Мне приснился кошмар. Столько лет качественного спокойного сна и на тебе. Я избавлялась от кошмаров долго, работая с разными специалистами, в том числе, психотерапевтом и сомнологом, и я смогла. Меня перестали одолевать страшные сны, и сегодняшняя ночь стала точно самой отвратительной за последний год, одновременно я потеряла сон и словно окунулась в прошлое, страшное и мерзкое.
3:15.
— Достал меня этот кошмар! Черт, что происходит вообще, я просто хочу спать…
Сон был настолько явным, что тело продолжало оставаться скованным. Я уже потеряла логику в цепочке событий, происходящих сегодня ночью. У меня сначала заболело бедро, а потом мне приснился кошмар, где это самое бедро облили какой-то… кислотой? Ну, точно, это же адаптация к реальности, как сны с утра, которые мягко готовят человека к звонку будильника.
 
Несмотря на сильное желание спать, я не хотела снова окунуться в свой странный ночной кошмар. К тому же, частые просыпания сделали свое дело, так что я решила пойти в туалет. Сонное тело слабо реагировало на мои нужды, и я еле передвигалась. Голова кружилась, ноги также болели. Да, мне не показалось, и я была разбита. Скорее всего, я действительно, просто заболела. Весомая отмазка не идти в бар с Крис.
Медленно встав с унитаза, прежде, чем натянуть штаны, я посмотрела в зеркало, развернувшись так, чтобы было видно правое бедро сзади. Оно выглядело непримечательно, ровный тон кожи и никаких там синяков или царапин.
— Наверно, все-таки отлежа… — я не могла произнести фразу до конца, по спине побежали мурашки, и, открыв рот от шока, я медленно натянула штаны.
Обернувшись на корзину с бельем, которая отражалась в зеркале, я смотрела на мою спортивную форму, отправившуюся в корзину после того, как я пришла с пробежки. На ней лежал сверток. Из моего сна.
  
Глава 2. Случилось некоторое д…мо
 
Адам.
— Ты должен сделать то, что от тебя требует семья, Адам.
Строгий голос отца не внушал мне страха, как остальным в этой комнате, но я знал, что все, что он скажет, будет исполнено беспрекословно.
— Да, — я отвечал спокойно, действительно не испытывая волнения, — я знаю, как важно наше дело. Я просто думаю, нет ли других вариантов, знаешь, более современных, без приманки и… театральности.
— Адам! — Элон, мой старший брат, одергивает меня каждый раз, когда я пытаюсь обсудить нерациональность действий нашей организации. Он считает, что авторитет отца важнее полезных реформ.
— Выполняй. По плану. — бросив эти пару слов, отец отвел от меня взгляд, переведя его на бумаги на столе.
Это означало конец разговора. Я не выбирал протест, я просто видел все немного иначе. Моя семья же оставалась консервативной, полагая, что знания и силы, которые наш род сохранял и поддерживал многие века, не предусматривали внесения поправок.
Никто не выбирает, кем родиться. Я был воспитан стражником, и мой характер закалялся с детства. Несмотря на то, что мама одаривала всех нас заботой и вниманием, главным для нас было одобрение отца, которое мы получали, демонстрируя жесткость и равнодушие, необходимые для взращивания в нас настоящих бойцов.
— Брат, я не хотел задеть тебя, просто, ты знаешь, как отец не любит внесение поправок в задание. Мне показалось, что ты не остановишься.
Элон похлопал меня по плечу. Он старше меня на 5 лет, а кажется, что он из другого века.
— Элон, я готов выполнять все задания, которые он дает, ты же знаешь. Но вы не хотите принимать 21 век со смартфонами и камерами наружного наблюдения почти на каждом доме. Я хочу, чтобы все было чисто.
— Пока не было никаких проблем, Адам. Не усложняй, а.
— Ну да, продолжим играть с туманом до первого случая.
— Адам, какой ты зануда. — Элон снова хлопнул меня и пошел дальше по коридору.
Я оглянулся, чтобы посмотреть на отца, оставшегося сидеть за столом в своем кабинете. Он продолжал читать что-то на желтых листах, которые принесли сегодня утром, когда дверь начала закрываться.
— Адам, удачи, — Колтон, папин помощник и старый товарищ улыбнулся своей недружелюбной улыбкой и закрыл дверь перед моим лицом.
Я решил посвятить сегодняшний день тренировкам и пораньше лечь спать, потому что задание нужно было отработать завтра утром, и мне не помешает позаботиться о своей форме.
Утро прошло в обычном режиме. Проснувшись и приняв душ, я отправился в зал, чтобы размяться. Дело, назначенное на сегодня, было несложным. Осведомитель оповестил нас, что роллер — противная хрень, которая нападает со свистом и любит поджарить жертву, прежде чем поглотить ее — следит за некой Амелией Вокс уже пару дней. Мне принесли необходимые данные: маршруты и места пребывания девушки. Скромный список, судя по которому, она выбирается только в магазины у дома и на пробежку в стадион возле школы. Конечно, места неприглядные для нападения, и вообще странно, почему роллер выбрал какую-то домохозяйку в качестве жертвы. Обычно эти твари считывают сильные травмирующие эмоции и после поглощения и переработки возвращают жертву в этот мир в таком виде, что любой детектив закроет дело, списав на самоубийство.