За туманом (СИ)

— Делай, что хочешь, но я не единственный, кто знает, как позлить стражника, в частности, тебя, — оборотень посмотрел мне в глаза, сказав это.
— Не пытайся отвлечь нас. Ты хочешь сказать, что-то ценное? Придать вес своей никчемной жизни, которая сейчас превратиться в пепел? — я злился, воспитанный с ненавистью к тварям, не умеющих волочить свое существование без умерщвления простых смертных.
— А что в полнолуние будет делать Амелия Вокс? — с улыбкой сказал оборотень и откинул Элона, пользуясь секундной заминкой, вызванной его словами.
Рассмеявшись он продолжил:
— Возможно, Амелия Вокс будет подо мной, а потом во мне, а, чертов стражник. Что ты…
Я перерезал его шею одним движением. Мы ничего бы не выпытали из него, так как он прекрасно знал, что торг с нами невозможен. К тому же, упомянув свои фантазии об Амелии, он сразу же подписал себе смертный приговор, который я исполнил.
Я оглянулся на брата.
— Адам, — сказал Элон. — Мы сделаем все, чтобы обезопасить ее.
— Он говорил по телефону об этой Амелии Вокс. Упоминал, что за ней следят «их люди». И еще: «Обменяем девчонку на Глорию», — болельщица выбралась из подвала, но не отходила далеко от лестницы, ведущей вниз.
— Это всё? — уточнил Элон.
— Все, что слышала я, — ответила она. — Что со мной будет? Я так понимаю, вы не из полиции.
— Мы намного приятнее. Садись на диван, я расскажу тебе, не бойся, — очаровывающий голос брата начал действовать на девушку, как дудочка заклинателя на змею.
Иногда мне казалось, что он мог бы внушать желаемое даже без капсул.
Возможно, он так и укладывал женщин в постель, являясь, на самом деле, мудаком.
Я же подошел к телу оборотня. Он выглядел, как обычный человек, если бы успел скрыть когти. Мерзкие, неестественной формы, не ногти, а шипы. Представив, как он касается ими нежной кожи Амелии, я почувствовал кипящую ярость. Я вытащил нужный флакон из кармана пиджака и облил его, после чего активировал над телом капсулу очищения. Через пару минут здесь от твари не останется и следа, а капли его крови будут существовать только на моей рубашке.
Закончив все дела, мы поспешили к машине. Туман мы активировали и при подъезде к доме, и при текущем отступлении. Девушка теперь помнит все иначе, однако, невозможно обработать каждого прохожего. Проще маскироваться, пока мы не придумаем что-то получше.
Мы добрались до дома быстро и безмолвно.
— Мне нужно сменить одежду. После я к вам присоединюсь, — сказал я брату.
Элон уже знал, что направится сразу к отцу.
Молниеносно приняв душ и надев свежую рубашку с брюками, я поспешил в кабинет.
Войдя в комнату, я успел услышать, как отец уже давал распоряжения:
— Ной направит пару ребят к дому мисс Вокс, чтобы проконтролировать обстановку. Просто наблюдение. Амелию вводить в курс дела запрещено.
— А если она выйдет из дома? Как она обезопасит себя? — я сразу вклинился в диалог.
— Как мы помним, это происходит нечасто. Парни проследят. Угроза прозвучала относительно полнолуния, пару дней патруля — это нам по силам.
— Кто такая Глория? — спросил я.
Я был очень зол, и не считал слова отца убедительными.
— Что. Глория — это артефакт.
— И? Зачем он тварям? — я был нетерпелив и не понимал, почему отцу сложно выложить все, что он знает.
— Существует легенда, что глория может даровать вечную жизнь или убить. Зависит от удачи того, кто ее применит. Много нюансов, но важно одно — артефакт хранится у Эллен, и им не воспользуется ни-кто.
— Как твари узнали о том, что наша семья владеет этим? — задался вопросом Элон.
— В последнее время в системе слишком много сбоев… — отец озадаченно нахмурил брови. — У меня нет ответа сейчас, но правда всегда в итоге всплывает.
— Я хочу, чтобы ты был в курсе, — сказал я, — но я сменю парней на посту, как только закончу дела. Мы с Элоном договорились о встрече с сестрами Ратнер. Я соблюдаю все правила приличия, как видишь. Но после ужина, я отправлюсь к Амелии.
Посмотрев отцу в глаза, так похожие на мои, я добавил:
 
— Я не прощу себе, если с ней что-то случится.
Отец молча кивнул, и мы с Элоном вышли в коридор.
— Ты такой пылкий, Адам, — брат давно не шутил, и у него началась ломка по тупым подколам. — Ставлю сотку, Порция сойдет с ума, увидев, как горит твой взгляд.
— Ты обещал, что сегодня мы начнем работу по сокрушению планов сестер относительно наших безымянных пальцев, — напомнил я.
— По доброте душевной, я мог бы подарить пару пальцев Клариссе, но да, я помню, что в нашем детском саду появилась новая игра, — ответил брат.
— Я хочу, чтобы все прошло мягко, раз уж я не отказал отцу сразу. Если она сама порвет помолвку, то не будет чувствовать себя униженной, — я снова объяснил Элону причину своего поведения.
— Благородный мой, — брат похлопал меня по плечу. — Я в душ, и поедем.
Элон загашал в свою комнату, а я, уличив момент, спустился в холл и прошел к гостевой спальне. Мне показалось, что я слышу запах, который остался от Амелии. Сев на постель, я провел рукой по покрывалу. Мама еще не прибралась здесь, я понял это, увидев сверток на туалетном столике. Мела прихватила с собой и оставила у нас дома мой касперс. Мысль о нем держалась в моей голове, но я хотел, чтобы она оставила его при себе. Чем лучше будет защищена Амелия, тем спокойнее буду я. Однако, оставив камень она дала понять, что в защите не нуждается.
«Она не знает новых вводных», — подумал я и положил сверток в карман. Сегодня проведу убедительную беседу о правилах безопасности.
Встреча с сестрами Ратнер была назначена на шесть вечера в ресторане «Лилия». Девушки сами выбрали место, уточнив, что будут неподалеку и встречать их не нужно.
Мы с Элоном зашли в заведение, выглядевшее довольно уютно. Кресла, обитые бархатной тканью, и небольшие столы, позволявшие сократить расстояние между парами, сидящими напротив друг друга. На фоне играла тихая музыка, спокойная и мелодичная, а хостес с натренированной улыбкой встретила нас на входе в зал.
— Добрый вечер. Добро пожаловать в «Лилию». Столик на имя…?
— Здравствуйте, — Элон ответил с короной широкой улыбкой. — Столик на имя Порции или Клариссы Ратнер, возможно, нас уже ждут.
— Верно, дамы уже внутри. Я провожу вас.
Девушка двинулась внутрь ресторана, и мы последовали за ней. Я сосредоточился на том, чтобы слепить максимально дружелюбную мину, и не смотрел по сторонам, почти сразу подойдя к столу на четверых персон, за которым сидели наши спутницы на этот вечер.
— Девушки, выглядите просто изумительно, — Элон польстил сестрам, но заметил это только я.
И Порция, и Кларисса расплылись в улыбке в ответ на комплимент брата. Однако, обе выглядели так, что не будь мы знакомы с ними, прошли бы мимо и даже не обернулись. Они были симпатичными, но невзрачными и абсолютно не харизматичными. Не нужно быть экстрасенсом, чтобы считать их нулевую энергию. Мне нужно приложить все усилия, чтобы Порция передумала заключать брак и сообщила об этом Колтону самостоятельно.
Беседа протекала вяло, державшись только на таланте брата вести диалог с любым человеком так, будто это самый интересный человек в мире. Конечно, когда Элону это было нужно.
Мягко и незаметно брат подкинул в разговор тему о фиктивных браках. На его лице даже не отразилось эмоций, подсказавшим сидевшим рядом, насколько продуманно он уводил беседу в нужное нам русло.
— Это проще для мужчин и сложнее для женщин, — внес я комментарий. — Ведь женщине важна романтика. Первые свидания, зарождающиеся чувства…
— Ты не веришь, что можно полюбить человека, с которым тебе придётся прожить всю жизнь? — спросила Кларисса, прикрывая сестру, которая уже начала краснеть от смущения.
— Нет. Я верю только в долг и необходимость его выполнить. Фиктивные браки создаются ради конкретной цели и ради нее существуют, — сказал я вполне искренне.
До встречи с Амелией я бы не предпринял ни единой попытки отказаться от союза с Порцией. Мы бы занимались сексом в дни ее овуляции, и подарив отцу парочку внуков, я бы оставил это развлечение кому-то другому. Я давно был настроен именно так устроить свою семейную жизнь. Возможности строить романтические отношения у меня не было, как и времени на это. Кто же знал, что иногда достаточно пары-тройки дней, чтобы захотеть посвятить себя одной-единственной?