90-е: Шоу должно продолжаться (СИ)
Я вышел из кухни. Две подружки сестры тут же начали шептаться, хихикать и бросать на меня косые взгляды.
— Добрый день, барышни, — я подмигнул девушкам, чем вызвал их многозначительные переглядывания и новую порцию шепотков на ухо. Детский сад, блин.
Я удалился к себе в комнату и прикрыл дверь.
Ну что ж, теперь можно считать, что знакомство с семье состоялось. В целом, меня все устраивало. Возможно, с сестрицей еще будут какие-то проблемы. А возможно и нет. Не похоже, чтобы мы как-то близко общались.
Настало время строить планы. Или сначала все-таки поспать?
В этот момент сердце даже как-то нехорошо екнуло. А вдруг я усну, и все это закончится? Я только-только привык, более или менее освоился, и мне даже начало все нравиться настолько, что появились планы на будущее. И стало не по себе от мысли, что оно возьмет и исчезнет до того, как я тут что-нибудь предприму.
Тьфу ты, блин. Кажется, я с недосыпа сам себе накручиваю.
На самом деле была еще одна мысль, которая меня не то, чтобы тревожила, просто появилась, и я ее думал. Имена. Вот эти все люди из записной книжки, какие-то родственники, которых упоминал отец, одноклассники и прочие знакомые. Я же всех их должен знать, так? А у меня оперативная память начала слегка сбоить уже на первом десятке новых для меня знакомств. Отца моего зовут Виктор Павлович. Мать — Валентина Семеновна. Сестру — Лариса.
Я встал с тахты и открыл дверцу своего письменного стола. Записывать надо, вот что. Завести на всех этих людей и знакомых личные дела. Ну, то есть, сейчас я найду тетрадку, отведу каждому по странице, и все известные данные запишу. Заодно и запомню. А если кто-то эту тетрадку найдет, скажу, что писателем мечтаю стать и веду каталог прототипов.
Пока я рылся в письменном столе в поисках чистой тетрадки, мне на глаза попался блокнот со стихами и не очень умелыми рисунками. Пробежался глазами мельком. Похоже, я тоже пытался писать песни, но по уровню недалеко ушел от текстов того, что пела наша говнарская группа. Ага, вот и тетради. Я же в вуз пытался поступить, так что запас имелся. Открыл первую страницу и принялся скрупулезно выгружать из памяти всякие данные на своих знакомых и родственников. Возраст, дни рождения, краткие характеристики. Сверялся с записной книжкой. Добавлял телефоны и адреса, где были. Постепенно сумбур в голове начал приходить к стройной системе.
Когда я дошел до Астарота, за дверью услышал топот и хихиканье. Похоже, девчонки поели и переместились в комнату сестры, которая была напротив. И, судя по шуршанию провода по полу, утащили с собой телефон.
Голоса девчонок стало слышно довольно отчетливо. Я отвлекся от своего занятия и прислушался. Надо же знать, чем живет и дышит моя сестрица. Возраст у нее такой, что проблемы наверняка могут быть. У нее. Так что неплохо бы знать, с чем или кем нужно будет, в случае чего, разбираться.
— Видели, как Лопоухова постриглась?
— Хи-хи, как дура! А я ей тогда еще говорила, что не надо!
— Теперь ее Кондратьев точно бросит. С ней же теперь стыдно ходить будет!
— Ничего не бросит, он ее любит.
— Ну да, любит, рассказывай! Сидит с Лопоуховой, а сам о Снежане вздыхает.
— Нужен он Снежане, как же…
— А давайте ему позвоним, а?
— Давайте лучше репетировать!
— Без Светки?
— Она же сама не пошла!
«Репетировать? — подумал я. — Сестрица тоже мечтает о мировой известности? Или к школьному концерту готовятся?»
После недолгой возни заиграла какая-то попсовая музычка, опознать которую я не смог. Три девичьих голоса принялись подпевать хором.
'Любовь куда-то унесет
Невольных странствий тихий ветер
И мне на юг, тебе на север
Ведь у судьбы свой личный счет'.
На припеве я даже смог вспомнить исполнительницу. Точно, это же Анжелика Варум. А пели девчонки с таким надрывом и манерностью, что этого неведомого мальчика поневоле становилось жалко. Явно тот случай, когда они три дня гнались, чтобы сказать ему, как он им безразличен.
Я фыркнул и вернулся к своей систематизации знакомых. Понятно, что про большую часть записанных в моей книжечке я пока ничего не знаю. И интернета нет, чтобы информацию найти. Устроить веерный обзвон? «Здрасьте, это Вова Корнеев, повожу актуализацию контактов. Вы кто и как мы познакомились?»
Да не, глупо.
Песня закончилась, но через минуту заиграла сначала.
Включить им «Коррозию металла»? Ну а что, я тоже в некотором роде музыкант…
Пытка Анжеликой Варум продолжалась минут сорок. Потом одна из подружек засобиралась домой. Они долго хихикали и прощались в коридоре. Дверь хлопнула, и сестра с другой подружкой вернулись обратно в комнату. Признаться, я этих девчонок даже не разглядывал особо. Даже не обратил внимание на то, симпатичные ли они. Так что кто ушел, а кто остался — понятия не имею.
Но музыку слушать они прекратили. Зато разговор стал более задушевным.
— И как вчера прошло свидание? — спросила подружка.
— Просто сказка, ты не представляешь! — затараторила сестра. — Мы на его машине приехали в ресторан «Волна» на речном вокзале, представляешь. Пили шампанское и все такое…
— Ну давай же, дальше-то рассказывай!
— Там еще его друзья были, такие крутые, один даже на иномарке ездит!
— А потом?
— Ничего, — после паузы тихо ответила сестра.
— Струсила?
— Ничего не струсила… Просто…
— Он же взрослый мужик, думаешь, он будет вот так просто тебя все время по ресторанам водить?
— Мы целовались.
— Слушай, тебе не западло до сих пор единственной целочкой в классе оставаться?
— Почему единственной? А Березина с Усовой?
— И что, ты хочешь как они?
— Ой, скажешь тоже, ага…
— Вот и переставай уже ломаться!
— Да я и не ломаюсь…
— Когда вы встречаетесь следующий раз?
— Он сказал, что позвонит.
— Вот ты лохушка! Будешь у телефона ждать что ли? Сама ему звони быстро!
— Ты что⁈ А если жена подойдет⁈
— Скажешь, что с работы беспокоят. Давай, звони!
Вообще я девчонок как-то бить не привык. Но этой «подруге» мне немедленно захотелось отвесить леща. И пропнуть еще на пороге, чтобы ускорение придать.
«Не твое дело!» — попытался мысленно сказать я себе.
Не убедил. Забрало натурально упало. Мелкая дрянь пытается убедить мою шестнадцатилетнюю сестру переспать с женатым мужиком под тем предлогом, что в ее возрасте западло быть целкой. Охренеть, мотивация! И не то, чтобы я прямо был категорически против секса до совершеннолетия. Сам-то, будем честны, лишился невинности в пятнадцать. И первой партнершей у меня была как раз одноклассница. Которая, к тому моменту, уже кое-какой опыт даже имела. Но одно дело — подростковый задор или, там, любовь-морковь, и совсем другое — вот так. Фу. Меня передернуло от отвращения.
Подождут личные дела, пожалуй.
Я захлопнул тетрадь и решительно направился в комнату сестры.
Глава 11
— Твоей подружке пора домой, — сказал я. — Давай, задницу подняла и почапала отсюда.
— Ты обнаглел вообще⁈ — взвизгнула сестра, вскакивая с тахты. — Из комнаты вышел быстро!
— Детка, ты плохо слышала? — я смотрел на подругу. Блондинка. Высокая, на полголовы выше Лариски, прическа «я у мамы лахудра» и сбоку косичка. Тоже с вплетенным шнурком кислотного цвета. Пожалуй, симпатичная. Была бы, если бы не попугайский макияж. И не жвачка еще. Она явно «красивая подруга». Та самая, которая таскает рядом с собой мою пухленькую сеструху, чтобы на ее фоне выглядеть эффектнее.
— А что это ты мне указываешь? — нагло спросила она.
— Не дома, не выеживайся, — сказал я. — Встала и пошла. Мне надо с сестрой поговорить. Дорогу показать?