Дыши нами, пока есть время (СИ)

Внутри бурлила ярость, но я боялся сделать ей хуже. Конечно, все было бы намного проще, если бы малая была совершеннолетней, а так…
Так балом правил сатана в юбке.
— Как твои руки?
Кажется, мой вопрос выбил блондиночку из колеи, потому что она открыла рот, посмотрела на меня, как на идиота, и нахмурилась.
— Э-э-э… Нормально.
Она взглянула на свою ладонь, где был наклеен другой пластырь. Пострадавший локоть скрывался под джинсовкой, и я не мог убедиться в том, что там тоже все в порядке. Глупое чувство поселилось во мне вчера, и отрицать его наличие я не собирался. Думал, что мне чуждо сопереживание малознакомым людям. Наверное, большинство положительных качеств, которыми обладают дети из полных семей, у детдомовских напрочь отшибает.
Мне точно отшибло.
— Куда мы идем? — Рапунцель посматривает вокруг и останавливает взгляд на мне.
Хмурится, но продолжает идти рядом, и мне это нравится. Хочется сократить расстояние между нами, чтобы вновь вдохнуть ее запах. Сладкий, приторный, но манящий.
Я не обладал супер обонянием, но почему-то аромат, который исходил от ее длинных волос, почувствовал сразу. Почувствовал и запомнил. Уверен, что из сотни разных смогу узнать его.
— Вдохнуть в твой телефон жизнь.
Понимаю, что звучит идиотски. Чинить экран айфона девочке, которая может спокойно купить новый, но нужен повод побыть с ней наедине. Зачем? Сам задавал себе этот вопрос и не находил ответа. Просто хотел.
Ночь думал о ней. Практически не спал, вспоминая то прикосновение к нежной коже. Пара секунд, а меня вштырило. Впервые одно чертово прикосновение и невинный взгляд этой змеюки сотворили со мной что-то невероятное. Подобные ощущения я ловил, когда сбегал из детдома и лез туда, куда не стоило. На запретную территорию. Знал, что влетит по крупному, и все равно совал свою голову в пекло.
Только сейчас эти ощущения были в разы острее. Эмоции ярче. Мозг лихорадочно требовал повторения. Некой проверки. Вдруг это был мимолетный эффект. От ситуации.
— У тебя нет за спиной аппарата, чтобы это сделать. — Рапунцель снова задирает свой нос, чем меня бесит. — Если задумал что-то плохое…
— Давай обойдемся без угроз, принцесска. — Усмехнулся, прерывая ее недовольную речь. — Если бы хотел что-то сделать, то сделал бы вчера, когда ты спокойно лежала на моей кровати.
— Не смей говорить так, словно это имеет скрытый смысл. — Возмутилась она, а я тяжело вздохнул.
Умеет она бесить. Тут нужно отдать ей приз и вручить золотую медаль.
— Какой?
Остановился и внимательно посмотрел на нее. Девчонка продолжала выделываться, нагло глядя мне в глаза, и сложила руки на груди. Взгляд невольно задержался на вырезе платья. Что за мода такая?! И так порочно красивые бугорки, так она еще и лифчик с лентами напялила!
— Вот этот. — Ловит меня на разглядывании груди и резко закрывает ее джинсовкой.
— Не думай, Рапунцель, что я удивлен увиденным. Анатомически ничем не отличаешься от других.
Смакую каждое слово, потому что принцесска буквально багровеет от этого. Хочет брызнуть ядом и смешно раздувает ноздри. Жду, но она лишь пыхтит. Сдерживается!
— У тебя, знаешь ли, тоже нет особых достоинств. — Смогла сказать спокойно, но вот покрасневшие щеки и злость в глазах выдали ее с потрохами.
— Ошибаешься, есть одно, как минимум. — Довольно сообщаю, подходя к ней.
— Хм, и какое?
Обхожу ее, беру за подбородок и поворачиваю голову на здание, перед которым мы стоим.
— Здесь оживят мертвый экран за полчаса. Может даже меньше. — Пожал плечами и наконец вдохнул охренительный аромат ее волос.
Черт! Меня чуть не унесло от него. Так бы и стоял, вдыхая яд. Как еще может пахнуть гадюка? Только ядом. Не иначе.
— Кто? Твои рукожопые друзья?
С нескрываемым недовольством отхожу от нее и киваю на здание. Простой жилой дом, на первом этаже которого магазины и небольшой сервис по ремонту бытовой техники.
— Странно слышать подобные фразы от принцесски, умудрившейся за одно падение угробить телефон, очки и свои руки. Все, что от тебя сейчас требуется, закрыть рот и топать следом. — Сказал ей на ухо и направился к двери, за которой меня уже должен был ждать Виталя.
 
Ему повезло с приемной семейкой так же, как и мне, но работка получше. Естественно нелегальная. С телефонами он на «ты», особенно с дорогими марками. Начинку знал наизусть и мог сделать из полного фарша вполне рабочее устройство.
Рапунцель идет за мной и рассматривает помещение, в котором мы оказываемся. С одной стороны, рискую, показывая ей такие места, а с другой, почему бы и нет? Пусть спустится с небес на землю и посмотрит, как живут простые люди.
— Привет! — Виталик протягивает мне руку из-за стойки, за которой сидит.
Тощий пацан с коротко стриженными волосами и огромными очками на пол лица. В оранжевой рубашке с названием сервиса. Немного горбится, но улыбается.
— Дарова, Виталь! Вот. Оживить сможешь? — Отдаю ему айфон принцесски, которая хмурится, осматривая моего приятеля.
Судя по взгляду, он ей совсем не по душе, как и само место. Пока она хлопает ресницами и молчит, договариваюсь с Виталей по времени и жму руку. Через тридцать минут мы сможем забрать телефон, а пока…
Пока можно насладиться ядом змеюки, которая постукивает ногой по полу и гневно зыркает на меня. Странно, что молчит. Очень странно. Неужели язык устал?
— Ты лишил меня средства связи. — Нервно дергает лямку от сумки и смотрит по сторонам, когда мы выходим из сервиса.
— Тебе же лучше. — Пожимаю плечами, пока она фыркает.
— Что?! С чего бы?
— Насколько я помню, у тебя есть фетиш, — вопросительно поднимаю брови, пока она открывает и закрывает рот, — фоткаться в развалинах, или я что-то путаю? Кстати, там, — указываю на сумку, которую принцесска прижимает к себе, как родную, — бахилы прячешь?
— Да пошел ты!
Разворачивается, чтобы уйти, но я ее останавливаю, хватая за тонкое запястье, кожа на котором такая тонкая, что я вижу каждую венку.
— Осторожней со словами, Рапунцель.
— Рядом нет бассейнов.
— Но есть я.
Молча сверлим друг друга глазами, пока она не переводит взгляд чуть ниже и… Вот дерьмо! Облизывает губы. Внутри мгновенно просыпается какой-то скрытый и явно озабоченный зверь, который волком воет, чтобы не тупил и…
Наклоняюсь к ней, словно в замедленной съемке. Сердце пропускает удар, а потом и второй, когда розовые губки приоткрываются. Дыхание через раз. У обоих. По вискам, как по барабанам бьет. Замираю в нескольких миллиметрах от желанного десерта.
— Ты ела?
Голубые глаза увеличиваются в размере. Щеки мгновенно становятся пунцовыми, а я отстраняюсь. С трудом.
— Ч-ч-что я…?
Хлопает ресницами, будто невменяемая, а я прокашливаюсь, убирая руки в карманы джинсов. Прислушиваюсь к ощущениям и хмурюсь. Не нравится мне дикая реакция организма на заносчивую девчонку, которая сейчас выглядела ошарашенной и… смущенной что ли.
— Пойдем. — Тащу ее за собой.
Слегка упирается сначала, а потом вырывает руку из моих пальцев и потирает запястье. Дуется, но топает за мной.
Сам не понимаю, что происходит.
— Сколько?
Она заговаривает первая, потому что я злюсь и сжимаю кулаки, сворачивая за угол к знакомому кафе, где можно купить чего-нибудь вкусного и горячего.
— Что?
— Ремонт экрана не бывает бесплатным. Сколько?
Как она меня раздражает. Поворачиваюсь к ней и скриплю зубами.
— Стой здесь.
Бросаю и ухожу в кафе. Беру два стаканчика, кофе себе и ей горячий шоколад. Тут продают вкусный. Дорогой, собака, но я видел, как она лопала вчера вафли. Понравится.
— Держи. — Протягиваю ей закрытый стаканчик с трубочкой.
Смотрит и осторожно берет. Только пить не спешит, а я улыбаюсь, как идиот. Не ушла. Чего же ты ждешь от меня, принцесска?
— Что это?
— Шоколад. Без яда. Горячий. Вкусный. Пей.
Мнется. Сладкоежка сладкоежку за версту чует. В том, что она все-таки попробует даже не сомневаюсь. Пока наблюдаю за ее метаниями, делаю глоток кофе.