Остров искупления (ЛП)

― Надвигается буря. Я не знаю, дойдет ли она сюда, но ты можешь принять меры предосторожности. Собери некоторые вещи, чтобы спасти их. Ты не рыбачил и не собирал еду, как я ожидал.
Я не переходил в режим собирателя, хотя после постройки собственной лодки вообразил, что в будущем все может случиться. В некоторые моменты волновался, что стану дикарем, но Джулиет держала меня в узде. Она сохраняла меня в здравом уме. Не знаю, хорошо было бы мне одному на острове. Девушка была моей противоположностью. Моим балансом.
― Я полагаю, ты еще не танцевал.
Я закатил глаза и посмотрел на солнечное небо над головой, гадая, как он предугадал шторм в такую прекрасную погоду.
― Я танцую не один, ― сказал я.
― Тогда тебе лучше вызвать своего воображаемого друга, ― рявкнул Колтон. Мой гнев определенно оживал, когда он был рядом.
― Да, заткнись, ― прорычал я.
Было ясно, что ему не хватает равновесия, иначе он бы понял лучше. Воображаемая или нет, Джулиет стала моей второй половинкой.
***
Я попытался. Но сделать это. Танцевать у костра было глупо. Я был взрослым человеком, и хотя меня никто не видел, я не мог понять, что мне нужно было осмыслить, бегая вокруг бревен. По иронии судьбы, деревья, казалось, танцевали, когда поднимался ветер, и раскачивались из стороны в сторону. Некоторые из них даже изящно наклонились назад, как будто их вел в танце любовник. Меня учили танцевать, как и всех молодых людей из моего социальной круга, поэтому я знал танго, меренгу и даже пару танцев сальсы, но не собирался грязно танцевать с самим собой.
Я остановился после своей попытки, когда с горы раздался громкий треск молнии. Небо потемнело, а звезды скрыты гневными облаками. Внезапно небеса разверзлись, и вода хлынула, как будто Бог просто отвинтил кран. Еще один резкий раскат грома последовал за второй искрой молнии, вспыхнувшей в небе. Мои мысли сразу же вернулись к Джулиет и тому, что она рассказала мне о своих родителях. Она боялась молнии. Мне следовало укрыться в своей сухой палатке, но вместо этого я помчался к ее домику на дереве.
К моему удивлению, лестница свисала, как будто она меня ждала. Она раскачивалась на усиливающемся ветре, и сначала я изо всех сил пытался подняться. Ступеньки были гладкими, и лил косой дождь, словно зачерпнул бухту и швырнул в меня. Что-то хлопнуло у меня над головой, и я ускорил подъем.
― Джулиет, ― крикнул я, переходя на платформу крыльца.
Чтобы добраться до ее двери, потребовался всего один большой шаг. Я открыл ее против силы ветра и захлопнул за собой после того, как вошел. Глядя на пустую кровать, я снова закричал.
― Мышка! ― Мои глаза быстро осмотрели небольшую комнату, прежде чем найти ее, свернувшуюся на полу возле стола. Ее колени были подняты, а голова прижата к ним, так как в ночь нападения змеи.
― Мышка, ― я выдохнул с облегчением, когда присел перед ней на корточки.
Я был насквозь мокрым, и потянулся к полотенцу, висящему на спинке стула, проведя им по лицу и волосам. Джулиет не смотрела на меня.
― Подожди, ― сказал я, снимая через голову мокрую футболку. Я сел рядом с ней, обнял ее за плечи и положил полотенце себе на колени.
― Иди сюда, Мышка. Мы останемся здесь, но ты позволишь мне обнять тебя, чтобы знать, что ты в безопасности. ― Я мягко подтолкнул ее, чтобы она придвинулась ко мне, усадив ее себе на колени. Джулиет уткнулась головой мне в плечо, и ее ладонь прижалась к моей груди. Моя рука обвилась вокруг ее поясницы, положив руку на бедро.
― Я держу тебя, ― прошептал я, прижимаясь губами к ее лбу, когда девушка вздрогнула после очередного удара света. Другая моя рука погладила ее по плечу.
― Хочешь поговорить? ― спросил я, пытаясь чем-нибудь ее отвлечь. Девушка покачала головой у меня на плече.
― Как насчет поцелуя? ― я поддразнил её, но она снова покачала головой, издав писк от треска за пределами дома на дереве. На мгновение я подумал, что наше положение на дереве, возможно, не самое безопасное место для нас, но не рискнул сдвинуть ее. Мне нравилось, что она позволила мне обнять ее. Мне нравилось, что я чувствовал, что я ей нужен. Мне нравилось пытаться защитить ее.
 
― Хорошо, малышка. Мы просто посидим здесь. Всю ночь, если это нужно. ― Я прижал ее к себе.
Рука Джулиет обвилась вокруг моей шеи, и она прижалась к моей груди. Ее лицо уткнулось в пространство между моей шеей и плечом, и она кратко поцеловала меня.
― Спасибо, ― прошептала она.
Ее признательность мне понравилась. В тот момент я был больше, чем маленький принц. Я был королем джунглей.
Глава 20.
День 61
Джулиет
После визита Лилиан я была в шоке. Мой дядя пришел к ней за деньгами. Он потратил все, что получил, когда мои родители умерли ― то немногое, что осталось после продажи их дома и опустошения банковского счета. Мысли о нем усиливали мой страх перед молнией. Я не сказала Таку, что однажды ночью нашла дядю, стоящего у изголовья моей кровати. Мигающий свет от шторма разбудил меня, и я услышала его тяжелое дыхание, когда гром стих на мгновение. Затаив дыхание, я распознала звук ударов по коже. Я не могла смотреть, и мои веки задрожали, когда еще одна яркая вспышка промелькнула в моем окне. Мягкий звук усилился, и мое сердце забилось быстрее, когда я поняла, что Форрест делал. Он застонал во время кульминации, и я проглотила желчь в горле.
― О, Джулиет. Однажды ты отдашь мне все, что я хочу от тебя, ― пробормотал он в темноте моей комнаты, прежде чем снова вспыхнула молния.
Даже после того, как он вышел из моей комнаты, я не могла двинуться с места, замершая от страха перед бурей его слов и действий. После той ночи я запирала свою комнату каждый раз, когда ложилась спать, но не доверяла ему и наяву. Я жила в постоянном страхе, пока не закончила среднюю школу и не сбежала из трейлерного парка. Я умоляла Лилиан не привлекать его к разбирательству по делу о непредумышленном убийстве. Женщина сказала, что если есть доказательства, что у меня есть живой родственник, эксперимент возможен. Мне нужен был член семьи на случай, если я умру. Даже мысль о том, что он получит мое тело после смерти, заставляла меня вздрагивать.
― Он хотел денег, но это не конкурс. Ты не выиграешь миллион долларов, выживая. Это все для тебя и твоего восстановления, ― напомнила мне Лилиан.
Она была права, но тот факт, что дядя знал мое местонахождение, беспокоил меня. Как я могла вернуться в Балтимор, если он знал, что я там живу? Что произойдет, когда мое пребывание на острове закончится? Куда мне пойти? Что станет со мной и Таком?
Меня беспокоил более важный вопрос ― искупила ли я свое преступление?
Мысли об убийстве Рика не покидали меня. Я не хотела убивать друга Така. Не думала о нем как «о чьем-то друге», «чьем-то сыне», «чьем-то любовнике». Но опять же, Рик не думал обо мне в этом отношении, как и Так, пока мы не застряли здесь вместе. Могу ли я простить напавших? Могу ли я оправдать их ― то, что они со мной сделали? Во многих смыслах дело было не в том, чтобы простить за то, что произошло, а в том, чтобы вернуть себе контроль над своей жизнью. Разве Так тоже не заслужил этого права? Даже если я когда-то его ненавидела. Даже если когда-то желала ему смерти, как и его другу. Как все изменилось? Когда произошел сдвиг? Как я избавилась от боли, чтобы получить удовольствие?
 
Я обвилась вокруг Така и держалась за него, как за спасательный круг, надеясь выдержать бурю, когда его сила окружала меня. Ночью я заснула, несмотря на шум дождя и далекие молнии. И проснулась в его руках, которые были расслаблены во время сна, но все еще укрывали меня со спины. Я пошевелилась, чувствуя, что ему должно быть неудобно, когда лежу на нем всю ночь, но его руки обхватили меня и прижали к груди. Я захихикала.