"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

— Мастер, вы чего? — спросил один из помощников, заметив тень задумчивости на лице начальника. — А вдруг это ловушка?
— Я еще ни разу не отказал в помощи нуждающимся! — гордо провозгласил мастер. — Не бывать этому и сейчас. Если это хитрость, то позор и грех шутнику.
С этими словами Иннуарий решительно открыл дверь, мысленно готовясь к нападению. Однако обошлось. Во дворике действительно оказалась очень юная и очень красивая девушка, одетая скромно, но аккуратно и подвода с завернутым в плащаницу телом. Девушка, правда, была не одна, но сопровождающий у нее был тоже вполне приличного вида.
— Заносите быстрее, — поторопил Иннуарий. — Разве не видите, какой кошмар творится! Я вообще не понимаю, как вы решились сюда прийти. И, главное, как вам это удалось!
— Им там не до нас, они пытаются жандарма выманить, — отмахнулся парень. — А про черный вход видимо не подумали. Что взять с глупых детей?
Мастер кивнул помощникам, чтобы занесли тело, а сам посторонился, пропуская посетителей внутрь. От этого движения его слегка шатнуло. Да и вообще Иннуарий вдруг почувствовал себя так, будто недавно употребил не меньше литра крепкого вина. И с каждой секундой опьянение становилось все сильнее. Уже засыпая, Иннуарий увидел, как переглядываются и кивают друг другу посетители, но ни осознать, ни насторожиться уже не успел. За его спиной точно так же свалились помощники, только что затащившие труп.
  
Эпилог
 
Дышать становилось все тяжелее, воздух уже обжигал легкие, как бывает, когда с холода заходишь в парилку. Я терпел до последнего, а когда стало совсем невмоготу, потянулся к повязке. Именно в этот момент распахнулась дверца камеры сгорания и меня потянуло наружу, на свежий воздух и прохладу.
— Успели! — прозвучал над головой голос Доменико. — Боги, брат, ты не поверишь, как я рад тебя видеть! Давай я помогу тебе отсюда слезть, мы торопимся.
Я хотел сказать, что нужно замотать мне получше рану в груди, потому что и без того уже почти истек кровью, а если пошевелюсь, рана снова откроется. Но получилось только пробормотать что-то невнятное, да слабо пошевелить рукой. Меня, впрочем, каким-то чудом поняли. Над головой появилась Кера, принялась неумело, но аккуратно обматывать мне плечо и грудь какой-то грубоватой материей, а Доменико откуда-то притащил кувшин с разбавленным вином, и мне в глотку полилась чудесная, прохладная и невыразимо прекрасная жидкость, которая просто возвращала меня к жизни.
— Все, потерпи дружище. Сейчас мы вас с Марком поменяем местами, и мы уберемся отсюда, — попросил Доменико.
Я удивился. Что значит, поменяем местами с Марком? Потом меня сняли со стола, а на мое место потащили сверток с чьим-то телом. Очевидно, Марка. Тело внезапно шевельнулось, и Доменико вздрогнул.
— Домина Ева, он что, живой?
— Конечно, — удивилась Кера. — Диего же запретил мне убивать без разрешения.
— Добей, — прохрипел я. Ужас какой. Марк, конечно, заслуживает смерти, но только что чудом избежав сожжения заживо я не желал такой участи кому бы то ни было. Промелькнула мысль, что не стоит перекладывать убийство Марка на плечи Керы, но я сам ей удивился. Оставить в живых его мы не можем, да и не хочу я. Убивать лично? Ну, в моем нынешнем состоянии, даже если мне дадут в руки нож, я буду долго стараться. А револьвером, я так понимаю, мы не можем воспользоваться.
Пока я рефлектировал, Кера без лишних сомнений до характерного хруста крутнула голову завернутого в ткань тела и задвинула его в камеру. Мне же с каждой секундой становилось все лучше — видимо живительная влага впитывалась в кровь. Встать самостоятельно я даже и не пытался. Кера легко подняла меня на руки, и понесла к выходу. По дороге я имел удовольствие наблюдать три тела в форме работников крематория.
— Эй, вы их что… — прохрипел я, но Доменико даже не дал договорить:
— Не беспокойся, все с ними хорошо. Просто пьяны. Ты тогда мне здорово посоветовал, как пользоваться своим манном, вот, тренируюсь. Хорошо, что у них в желудках полно жидкости было. Видно, недавно обедали.
 
Дальнейшее общение пришлось временно прекратить. Меня уложили в крытую повозку и мы куда-то поехали.
Проснувшись, обнаружил, что повозка уже стоит, а рядом о чем-то спорят Доменико и Кера. Время от времени — приятный сюрприз! — пару реплик вставляет Ремус. Все-таки жив пацан. Рад, что хотя бы ему удалось избежать участи остальной контубернии. Меня по-прежнему клонило в сон, но больше хотелось узнать, где мы, да и поговорить с друзьями не терпелось. Повозка качнулась, на фоне открытого входа появилась физиономия Ремуса.
— Ура! Очнулся! Доминус Диего, я так рад, что вы живы!
Тут же рядом появились Доменико с Керой.
— Вытащите меня отсюда, — проворчал я. — На воздух хочу.
Я был безумно рад видеть друзей. Да и в целом блаженствовал. Свобода, наконец-то свобода. Да, мне паршиво, но я не вижу вокруг каменных стен! Мы остановились возле какого-то заброшенного хутора — таких в последнее время много появилось на севере Ишпаны.
— Диего, я на тебя изрядно зол! — улыбаясь сообщил мне брат. — Из-за тебя я пережил совершенно ужасную декаду! Почему нельзя было рассказать о своем плане?
— Прости, брат, — повинился я. — Боялся, что ты проговоришься Валерию. Очень уж это хитрый и внимательный тип, он мог по оговоркам и по поведению вычислить наши планы. Не обижайся, ладно? Сам видишь, все висело на волоске.
— Ладно, прощаю, — великодушно махнул рукой Доменико. — Этот негодяй действительно очень умен. Ну ничего, главное, ты вернулся. В Памплоне нас никто не достанет.
— Я не еду в Памплону, — покачал я головой.
— Но… как же? — кузен ошарашенно распахнул глаза, а я поспешил пояснить свое решение.
— У меня было время, чтобы подумать. Я в Памплоне не нужен. Люди устали от войны. Если я вернусь, это быстро станет известно чистым. Тогда вас в покое не оставят. Нет уж, Диего Кровавый мертв, сгорел в Сарагосском крематории, и пусть оно так и остается.
— Ты же сам понимаешь, что нас и без тебя надолго в покое не оставят, — возразил Доменико. — Они не успокоятся, пока не умиротворят весь север Ишпаны.
— Все так, — согласился я. — Но, надеюсь, вы сможете воспользоваться передышкой и сделать так, чтобы им просто невыгодно было, как ты выразился умиротворять.
— Ладно, — помолчав, признал Доменико. — Может, ты и прав. Значит, уходишь. Скажешь, куда?
— Конечно, дружище, но ты мог бы и сам догадаться. Все дороги ведут в Рим, так ведь? Мои враги никуда не делись. Глупо воевать с ними здесь, если сами они в столице.
Доменико застыл на секунду, осознавая сказанное, а потом оглушительно расхохотался.
— Одна из лучших новостей за последнее время. Эх, жаль я не смогу увидеть физиономию отца, когда он узнает об этом. Ты ведь не думаешь, что можешь заявиться в Рим и не войти при этом официально в семью?
  
Матвей Курилкин
 
Мастер проклятий. Защитник
   
Глава 1
 
Поезд, лязгая сцепками, медленно остановился. Проводник в черной железнодорожной форме прошелся по вагону, стучась в двери купе, приглашая пассажиров на выход. Мы ехали в самом дальнем, так что спешить не пришлось, вагон мы покидали последними. Опираясь на трость, я осторожно спустился на перрон. Отрицательно мотнув головой мальчишке с тележкой, не торопясь направился к выходу. Багажа у нас нет. Даже объемный саквояж, который тащит притворяющийся слугой Ремус, был куплен больше для виду, и заполнен сейчас едва ли на треть. Богатому эквиту, которого я изображаю не пристало путешествовать налегке, это может вызвать чье-нибудь удивление. Внушительная сумма, взятая трофеем с предателя Марка большей частью обосновалась в одном из банков, на анонимном счету. Таскать с собой несколько килограммов серебра — не лучшая идея. Мы пока истратили только малую часть, около двухсот сестерциев. Львиная доля пошла на лечение меня и Ремуса — услуги докторов недешевы. На остальное мы сменили гардероб и обзавелись оружием. Я с нежностью погладил рукоять револьвера Вебли-Прайса. Да, я по-прежнему остаюсь верным этой кельтской фирме — почему-то их машинки мне нравятся больше других. Только модель поменьше размером — таскать у всех на виду оружие в метрополии не принято, а в карман пальто уместился только этот коротыш. Впрочем, в сумке, которую тащит Ремус, есть и старший брат этого револьвера, и даже ридикюль у Керы не пустует. За последнее время я как-то привык, что лучше, когда револьвер есть, чем когда его нет, так что не стал избавляться от этой маленькой слабости.