"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Я буду тебя ждать. И бояться за тебя. Но я понимаю, так надо. Она ведь не старая еще была, та женщина, которую несли… У нее дети, может быть, маленькие… А ее вот так… И нас эти укры хотели взять… Но я просто так тебя не отпущу! – Хайди хитренько улыбнулась, и толком выспаться Корневу в эту ночь не удалось. Впрочем, в обиде он не был.
А теперь вот и сам попал под очередь с укровского гравилета. Ну не попал, слава богу, но все равно… «Ничего, – злорадно подумал Роман, – полетайте пока, перед смертью, говорят, не надышишься».
– Привет, Роман, – недовольно буркнул Йоханссен. – Что-то ты торопишься.
– Привет, Ларс. Я по другому делу. Смотрю, ты эти здоровые пулеметы, – Корнев кивнул в сторону верстака с пулеметами, которые вчера Ларс обозвал М648, – не переделал еще?
– А что?
– Если их на тот флайер поставить, что ты вчера ремонтировал?
– Зачем это?
– У него скорость какая?
– Триста без вопросов. На резком снижении и четыреста можно.
– А у тех, на которых укры летают?
– Ну… – Ларс прикинул, – сто, ну может и сто двадцать. Максимум. А чтобы прицельно стрелять с него, так не больше восьмидесяти. И что с того?
– Ты не понял? – удивился Роман. – На этом, – он показал на гравилет, как там назвал его Ларс? – а, точно, Кнута Хеллинга, – можно искать укров и сбивать их не над городом, а на подступах. И тут эти два ствола сделают больше, чем все остальные. Лучшая защита – это ведь нападение.
– Вот как? А кто на нем летать будет?
– Я и буду. Летчик-истребитель в отставке, если что.
– Ну… – на несколько секунд призадумавшись, Ларс азартно махнул рукой. – Если ты считаешь, что это твоя война, почему бы и нет? Йоран, Хельга! – позвал он работников, копошившихся около машины.
Подошли тот самый викинг и женщина. Красивая, кстати. Чем-то похожа по типажу на Хайди, только значительно крупнее. Вместе они с Йораном смотрелись то ли как брат с сестрой, то ли как идеальная пара.
– Покажи им, как ты собираешься это сделать, – сказал Йоханссен.
Корнев показал. Поняли его не сразу, пришлось рисовать на доске, видимо, ради таких случаев и висевшей на стене, и показывать на натуре, так сказать. Ну, в смысле, на самом гравилете. Йоран с Хельгой наконец сообразили и принялись что-то оживленно обсуждать, перейдя на родной язык. На немецкий он был похож весьма отдаленно, так что Корнев их не понимал. Проблему снял Ларс, вставив пару слов на интерланже, его работники спохватились и тоже перешли на интер.
Работать начали сразу же. И как работать! Любо-дорого было посмотреть, как ловко они управлялись с инструментами – выверенными отточенными движениями, быстро и в то же время невероятно аккуратно. «Да, ребята, – подумал Корнев, – если бы вы воевали так же, как и работаете, я бы тут отдыхал».
Прогнав обратно к верстакам с пулеметами молодых ребят, заинтересовавшихся новым делом, Ларс спросил:
– Ты с нашими об этом говорил? Что сказали?
– Честно говоря, нет пока, – спохватился Корнев. – Но, может, так и лучше? Сделаем – проще будет убедить.
– А ты хитрый, – уважительно усмехнулся Ларс. – Но мы сделаем еще лучше. Я сам поговорю. Отцу Кнута скажу, думаю, ему эта идея понравится.
К концу дня машина приобрела почти законченный вид. То есть все было сделано, оставалось только испытать. Компоновка салона гравилета ничем не отличалась от той, которую отработали еще на старинных автомобилях – впереди слева сиденье водителя, рядом кресло для пассажира, за ними – диван для еще троих. В итоге осталось только водительское кресло, остальные посадочные места были безжалостно удалены. Справа от водителя во всю длину салона жестко встала спарка пулеметов, для которых пришлось прорезать отверстия в лобовом стекле, место за водительской спиной заняли коробки с патронами, бак охлаждающей жидкости и моторчики для подачи боеприпасов и циркуляции охладителя. Самое сложное оказалось приделать ко всему этому прицел, но Хельга справилась, собрав хитрую конструкцию из старой видеокамеры и маленького мониторчика от простенького коммуникатора, а потом приделав ко всему этому блок от переносного компьютера. Уже вечером, открыв ворота и установив мишени на некотором расстоянии от ангара, Корнев опробовал оружие и прицел, оставшись вполне довольным. Едва он отстрелял несколько коротких очередей и с помощью Хельги отладил прицел, прибыла, так сказать, приемка – зампред Объединенного совета акционеров Бьорн Хеллинг, как выяснилось, настоящий хозяин гравилета и отец того самого Кнута Хеллинга. Хеллинг-старший внимательно осмотрел машину, выслушал все необходимые разъяснения, задал пару довольно толковых вопросов и постановил принять машину на вооружение. Единственным вмешательством высокого начальства в работу стало требование нарисовать на бортах и носу гравилета скраггенхольдские флаги – белый крест в синем поле, – что Йоран и сделал прямо в его присутствии.
 
Пока Йоран занимался своими художествами, господин Хеллинг отвел Корнева в сторонку.
– Мой сын сейчас в больнице, – тихо сказал он Роману. – Ему будут восстанавливать ногу, это надолго. Пока он летал на разведку, он мне и подчинялся. Так что и вы, господин Корнев, будете подчиняться только мне. То есть действуйте по собственному разумению, но сбейте их всех, чтобы ни одна свинья больше не летала. Вот вам частоты для связи, вот карты с расположением наших и укров на сегодня, вот здесь и здесь, – он показал пометки на картах, – базы их флайеров. Нам надо продержаться еще неделю. Сделайте так, чтобы эту неделю они не могли летать – и мы ваши должники. Кнут еще не знает, сегодня под обстрел попала его подруга… Спасти не успели.
Договорившись с Хеллингом о способах связи, остаток ночи Корнев, наглотавшись стимуляторов, использовал для привыкания к новой машине, благо, укры в темное время суток не летали. Роману же было все равно – на гравилете стояла система ночного видения, позволявшая совершенно свободно управлять машиной в темноте. Раньше Корневу приходилось летать на гравилетах, однако нечасто, да и на обычных, открытых, так что практика не помешала. Впрочем, спроектирован и сделан гравилет был на совесть, так что допустить фатальные ошибки в управлении на нем было просто невозможно. То есть попытка, например, завалиться набок так, чтобы антиграв перестал взаимодействовать с планетарной гравитацией, кончалась очень быстро – метра два свободного падения, а затем автоматика разворачивала машину брюхом вниз и это самое падение тут же прекращалось. Отключить автоматику было теоретически невозможно, но по просьбе Корнева Йоран сделал так, чтобы при пикировании запас времени на падение был побольше и переход в нормальное положение совершался управляемо. Ну и еще парочку мелких дополнений пришлось внести – вроде усиления пристежных ремней на пилотском кресле и так далее. Как ни странно, осталось даже время на отдых – немного, правда, около двух часов. А незадолго до рассвета Корнев выскользнул на гравилете из ангара и, набрав высоту, отправился к украм в гости.
Атаковать базу, откуда укры летали на Хеймарсдален, Корнев поостерегся. Все-таки это не то, что следует делать в одиночку. А вот оказаться к этой базе поближе, да еще и пока местное солнце совсем не взошло – дело совсем другое. Так что когда окрестности базы заполнились солнечным светом, яркие лучи дневного светила не давали никому увидеть гравилет, выписывающий в небе восьмерки рядом с прибежищем летающих машин мятежников.
Солнце уже полностью выбралось из-за горизонта, медленно поднимаясь сияющим диском над невысокими холмами, поросшими густым кустарником, когда с базы поднялась пятерка гравилетов. Высоту они набирали неспешно, экономя топливо, да и вообще не торопились. А куда? Город – цель неподвижная, никуда не денется, а что там кто-то успеет, а кто-то не успеет пройти по улице до их прилета, какая вообще разница? Кому-то повезет, кому-то нет, а ущерб моральному состоянию жителей и защитников города будет нанесен в любом случае. Пусть сидят, боятся и знают, что никто и ничто им не поможет. Да, говорили про какой-то космический корабль, под управлением сумасшедшего пилота прошедший по дороге и сорвавший штурм города, но так все же знают, что его все равно взорвали. Стоит сейчас брошенный на городской окраине и никому не страшен. А свой Хеймарсдален зажравшиеся акционеры все равно сдадут. Скоро уже сдадут, когда поймут наконец, что защитить город у них никакой возможности нет.