"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Позднее, анализируя происшедшее, Хастин пришел к выводу, что остаться они не могли. В отданном тихим голосом приказе звучало столько чистой, концентрированной власти, что смертные и сопровождавшие их вампиры бросились выполнять волю госпожи еще до того, как успели ее осмыслить. Дружно подхватились с места, помогая пострадавшим от буйства демонов, и побежали в глубь подземелья. Обернуться люди не осмеливались.
Если бы не каким-то чудом сохранивший хладнокровие Латам, наверняка они кого-нибудь потеряли. Маршрут петлял, в группе были раненые, и только усилиями старейшины-воина маги в полном составе добрались до небольшого зала, где попадали на пол от усталости. Не столько физической, сколько духовной. Рыцарь наскоро осмотрел смертных, проверил их состояние, чуть заметно поморщился и подошел к собрату-колдуну:
— Вы понимаете, что произошло?
Несмотря на долгое знакомство, маг и аристократ продолжали общаться с принятой в высшем кругу учтивостью. Не потому что старались держаться друг от друга на дистанции — просто им так было комфортнее.
— Примерно то же самое, что и при столкновении с Карлоном, только на ином уровне, — не задумываясь, ответил Хастин. — Инициация Бездной позволяет госпоже общаться с ее обитателями и, при удаче, обращаться с просьбами. Она уговорила не трогать нас.
— Мы должны вернуться. Если она находится в том же состоянии, как тогда…
Хастин задумчиво погладил короткую бородку и неуверенно кивнул. После схватки со жрецом Селеста несколько часов пролежала без сознания, полностью беззащитная. Сейчас ей, скорее всего, требуется помощь. Только что делать с людьми?
— Моих коллег нельзя оставлять одних.
— Да, я вижу, — согласился Латам. — Предлагаю сделать так: вы пока что останетесь здесь, а я схожу, проверю, не нуждается ли мессена в помощи. Ждите меня… ну, скажем, в течение часа.
— И что вы намерены делать, если нуждается?
— Не знаю, — признался рыцарь.
До того места, где их застали последствия ритуала, идти не так далеко. Смертные, напуганные и ослабевшие, не могли бежать быстро, поэтому повалились на пол при первой же возможности. Однако госпожи Латам не нашел. Он точно знал, что не ошибся, — на камне и пыли остались следы круга, начерченного колдуном, здесь же в пыли виднелись отпечатки сапог людей и относительно свободный участок, где они сидели, тесно прижавшись друг к другу. Если подумать, маги неплохо держались. Обычный человек вполне мог бы сойти с ума после зрелища потока шепчущих демонов, в то время как беглецы из Академии даже в истерику не впали. Отдыхали, помогали ослабевшим и раненым, задавали вполне разумные вопросы.
Куда же ушла госпожа?
Латам усиленно гнал от себя дурные мысли. После смерти и рождения-во-Тьму Хозяйка Ночи стала центром его внутреннего мира, неизменной основой, существование без которой представляется делом смутным и неясным. Селеста была всегда. Восставшие знали, кто учит и защищает их, устанавливает правила и судит, помогает и наказывает. Она создала систему общин и развивала ее. Она правила мудро и справедливо, не давая своим подданным скатиться в грязь. Последнее восхищало больше всего, и с детства приученный к идее служения сюзерену аристократ нашел в новой повелительнице идеального правителя — сердце народа, его суть. Теперь Латам точно знал, кому принадлежит его верность.
На земле, там, где стояла госпожа, виднелась небольшая кучка пыли. Телохранитель подошел поближе, осторожно попробовал тонкую труху кончиком пальца, лицо его слегка расслабилось — на останки вампира не похоже. Немертвые истлевают иначе. В центре труха слегка проседала, и заинтересованный Латам осторожно отгреб ее в стороны. Недоверчиво усмехнулся, пододвинулся поближе и, не обращая внимания на испачканную одежду, начал освобождать участок пола от грязи. Нет, ему не показалось — прямо в камне, словно вырубленное и отшлифованное искусным мастером, виднелось изображение двух узких женских ступней. Сделанное настолько тщательно, будто крепкий гранит на мгновение обрел вязкость, позволившую погрузить в него кропотливо изготовленную форму.
 
— «И камень обратился водой там, где его касались босые ноги вечно юной». Подходящая фраза для легенды, не находите?
Латам стремительно перетек с колен в боевую стойку, едва начали звучать первые слова. К тому моменту, когда неизвестный закончил свою короткую речь, восставший оказался на подходящей дистанции для атаки, примерно оценил противника, бросил короткое заклинание, прощупывая обстановку… Его меч смотрел точно в горло невысокому мужчине в одежде не слишком богатого горожанина, спокойно стоявшего на самом нижнем уровне катакомб. Вампир обшарил глазами подземелье, убедился, что непосредственной опасности нет, и сосредоточил внимание на смертном. Непонятная ситуация. Человек по виду не дворянин, не боец, вроде бы не чародей — сумел незамеченным подобраться к одному из лучших воинов королевства. Выкованный в сотнях схваток инстинкт опасался всего непонятного и настойчиво советовал не лезть в драку.
— Нет причины волноваться, мессен Латам. Я не враг вам.
— Вот как? — Кончик меча не дрогнул, продолжая выцеливать кадык на тощей шее. — Тогда кто же вы?
— Наблюдатель, — развел руками смертный. — Хотя в данный момент я скорее выполняю функцию свидетеля и проверяющего.
Он кого-то напоминал своими манерами, своей отстраненной доброжелательностью. Что-то похожее вертелось в голове. Латам сделал крохотный шажок назад, чуть разрывая дистанцию, и слегка отвлекся от противника, торопливо начав перебирать воспоминания. Где он мог видеть или слышать о пожилом горожанине с ничем не примечательной внешностью, без какого-либо оружия на виду, зато с приглушенным, спрятанным, но понятным каждому немертвому присутствием силы Света, запрятанным в тщедушном теле? Святой? Старший жрец одного из храмов? Нет, ощущение немного другое — нет враждебности, не чувствуется желания покарать демона ночи. Тогда кто остается?
Мозаика сложилась. Меч беззвучно вполз в ножны, пока его хозяин плавно опускался на одно колено.
— Возвышенный.
— Тогда уж «возвысившийся», — уточнил Гарреш. — Надо же! Кто-то еще помнит…
Едва ли силы, спланировавшие и организовавшие гибель Академии, рассчитывали на получившийся результат. Да, магов в Талее почти не осталось. Почти — потому что минимумом способностей обладал любой дворянин. Просто использовать их на приличном уровне умел далеко не каждый. Однако победа оказалась пирровой и мало чем отличалась от поражения. С собой на тот свет Тайран захватил всю жреческую верхушку наиболее активных храмов, оставив верных канцлеру и Сыну Моря людей без идеологической поддержки. Часть Золотого квартала попала в зону прорыва, обитавшие в них чиновники и служащие, среди которых были занимавшие весьма высокие посты, погибли. Пожаром распространившаяся по городу паника перекинулась на бедные окраины, и уже к вечеру столицу покинуло не менее сотни тысяч бедняков. Они бежали без цели, подстегиваемые дикими слухами о разгневавшихся богах и новой Чуме. Войска не успели среагировать вовремя. Заранее выставленные заслоны готовились перехватывать малые группы спасающихся из Академии студентов и преподавателей и никак не ожидали встретить толпы обуянных ужасом простолюдинов.
Не прошло и двух дней, как принц Коно объявил племянника лишенным благодати. Гражданская война началась.
Но это было потом. Пока что восставшим хватало своих забот, чтобы следить за делами смертных. Требовалось успокоить слуг, предупрежденных о грядущих беспорядках, но никак не ожидавших подобного конца; как-то пристроить магов из групп, не сумевших просочиться сквозь раскинутую властями поисковую сеть; немного пограбить, кого-то убить, извлечь пару документов из неприступных в обычное время хранилищ — словом, использовать подвернувшуюся возможность по максимуму. В целом община не растерялась и действовала в рамках плана, но напряжение росло. Исчезновение госпожи, владевшей всей полнотой информации и прекрасного координатора, мешало и немного пугало. Впрочем, не так давно она вообще считалась погибшей, так что рядовые вампиры, знающие об истинном положении дел, не волновались. Зато старейшин лихорадило.