"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
— Вот как? — внезапно заинтересовалась Аларика. — У него есть основания для такого серьезного обвинения?
Она будет не она, если не вытянет, о чем говорят наедине Карлон со своим вернейшим наперсником.
Андрей сумел сохранить спокойное выражение лица при встрече с Артаком, хотя ему пришлось поскорее уйти, чтобы скрыть широкую улыбку. Что ж, этого следовало ожидать, отвергнутый герой-любовник пытается вернуть неверную возлюбленную. Декорации, правда, несколько мрачноваты, но тут ничего не поделаешь, других нет. Ничего парню не светит. Аларика слишком любит жизнь, в то время как он пропитался философией гибели. Будем надеяться, женщина понимает, насколько сейчас им невыгоден скандал. Она умна, вот только заносит ее иногда.
Хорошо бы посидеть в монастыре еще пару недель. Относительная безопасность плюс возможность более-менее комфортного существования, пока что большего не надо. За это время можно разведать ближайшие к порту кварталы, выяснить график патрулирования стражей, подготовить пару надежных ухоронок. Чем черт не шутит, вдруг получится завести агента среди людей? Голубая мечта, невозможная рядом с фанатичными упырями. А люди — единственный источник информации о возможных путях к возвращению домой, общаться с ними необходимо. Мысли о глупости всех грядущих действий Андрей старательно гнал прочь, застрять в ином мире, да еще в женском, твою мать, теле ему совсем не улыбалось.
— Сестра Селеста — вкрадчивый голос заставил девушку непроизвольно напрячься. — Сестра, не пройдешь ли ты в храм? Я хотел бы поговорить с тобой о завтрашнем дне.
В последние дни общение со жрецом удалось свести к минимуму, но долго так продолжаться не могло. Карлон полагал своим долгом заботиться о душах всех членов общины. Тем более глупо надеяться, что он обойдет своим вниманием потенциальную «паршивую овцу», особенно перед намеченной на завтра большой охотой.
— Старший брат? — Андрей поклонился сначала каменному кресту, затем принял благословление священника. Внешней стороной местные обряды чем-то походили на христианские, по крайней мере, крестились почти так же. С другой стороны, отличий при более глубоком знакомстве с религией набралось значительно больше. — Вы что-то хотели?
— Да, сестра. В невыразимой милости своей Господин явил мне откровение. Великая честь дарована тебе!
Пока жрец держал торжественную паузу, в голове стоявшей перед ним девушки лихорадочно проносились мысли. Итак, он что-то задумал, для него нормально объявлять собственные измышления голосом бога. Но что конкретно?
— Знай, тебе предстоит возглавить следующую миссию и покарать жалкие остатки прогнившего семени!
— Старший брат, — замешательство изображать не пришлось, оно пришло само — но я прежде не занималась организацией охот…
И заниматься желания по-прежнему нет.
— Не называй этим словом дарованную тебе милость — холодно сказал жрец. — Всегда помни о своей избранности, сестра, и не уподобляйся ничтожным смертным. Что же касается твоих сомнений — отринь их. Господин помогает своим посланцам во всем, ты справишься.
— Но что мне делать? В округе не осталось мелких банд, с каждым днем добывать пропитание все сложнее.
— Пищи достаточно. Впрочем, я сделаю скидку на твою неопытность и напомню о людях, поселившихся в бывшем здании банка на площади с тремя фонтанами.
— Старший брат, их два десятка! — оторопел Андрей.
— Мы наделены силой, способной покарать и большую банду.
— Там двенадцать опытных мужчин с оружием, здание относительно неплохо сохранилось, даже двери есть. Не лучше ли подождать лишнюю ночь и найти добычу полегче?
— Тебя не должна волновать сложность задачи, думай о ее исполнении! Да, возможно, грешники окажут сопротивление и нанесут урон некоторым из нас. Пусть! Это означает лишь одно — пришло время счастливцам во славе припасть к стопам божества! Уверен, тебя не страшит участь покинуть смертное тело?
Угрожающий тон вопроса предполагал всего один ответ.
— Не страшит, старший брат. Но мне кажется, я еще смогла бы принести пользу и в нашем мире.
— Поэтому Господин и выбрал тебя — Андрей мимоходом отметил, как легко жрец отождествляет свои решения с волей бога. Интересно, голоса ему часто слышатся? — Ведь те обреченные глупцы, о которых я говорил, совершили немыслимое богохульство! Их грех нельзя искупить неведением.
Это какой же? Внезапно подумалось, что жрец сегодня слишком часто упоминает слово «грех». Если разобраться, использованный им термин на русский переводится как «нарушение текущего миропорядка» и несет в себе слишком много смысловых оттенков.
— Одна из женщин, ведомая животным инстинктом, осмелилась родить ребенка — бушевал Карлон. — Ты слышишь, сестра! Посадить свежий сорняк на готовое принять новые зерна поле!
— Вы уверены, старший брат? В такое время…
— Я сам слышал детский плач! То, чего не должно произойти, свершилось. Посему наш долг исправить ошибку и уничтожить дитя, проклятое еще до рождения. Твой долг, сестра!
Чем дальше, тем отчетливее предложение попахивало гнильцой. Андрей прикрыл глаза, сосредоточился, игнорируя речь фанатика, и вслушался в окружающую тишину. В храме точно никого нет, снаружи, кажется, тоже. Если Карлон позовет на помощь, его услышат? Возможно. Но Артак далеко, остальные в это время сидят в своих кельях или бродят по руинам. Даже услышь они крики, вполне могут наплевать на происходящее или подойти с опозданием. Вожак остался без своей стаи, они один на один, прекрасная возможность для выяснения отношений. Драки Андрей не боялся. Какими бы жрец не обладал способностями, на их использование требуется время, значит, для победы достаточно не позволять ему захватить инициативу.
— Благодарю за оказанную честь, старший брат, — перебила пылкую проповедь Селеста — но вынуждена отказаться от вашего предложения. Мне кажется, вы не правы. Если бы боги действительно желали уничтожить человеческую расу, они не позволили бы женщинам рожать.
Карлон резко замолчал, затем свистящим шепотом выдавил:
— Что?!
Девушка проворно отскочила назад, заметив, как ее противник качнулся вперед. Тело непроизвольно развернулось всем корпусом к угрозе, левая нога отошла назад, вес сосредоточился на передней. Руки приподнялись, прикрывая голову и уязвимый живот от нападения. Рефлексы, будь они прокляты. В последнее время судьба даровала Андрею достаточно ситуаций для воскрешения забытых навыков — хотя лучше бы им оставаться похороненными.
Сжатые кулаки иначе как угрозой не назовешь, жрец остановился. Такого отпора он не ожидал, судя по всему, однако отступать не собирался. Вообще-то жаль, чем бы дело ни закончилось, из монастыря придется уйти, покушения на «святую персону» вожака мораги не простят. Тик, при всей своей флегматичности, и то вмешается, что уж говорить про остальных.
— Значит, так? — Карлон взглянул прямо в глаза Селесте и довольно улыбнулся. — Ты сама выбрала свою судьбу, еретичка.
У Аларики возникло неприятное чувство, что ее пытаются обмануть. Любая женщина обладает прекрасно развитой интуицией, правда, не всегда прислушивается к голосу подсознания, предпочитая оставаться обманутой. Ведь так приятно видеть избранника самым красивым, сильным, нежным, любящим… список можно продолжить до бесконечности. Спустя какое-то время совместный быт разрушает придуманную иллюзию, и все поступки мужчины видятся в новом, негативном свете. То, что раньше нравилось, вызывает отторжение — шутки кажутся плоскими, храбрость становится глупостью, осторожность превращается в трусость, а умные рассуждения выглядят форменным нарциссизмом, снобизмом и самолюбованием. Сумеет ли женщина принять мужчину со всеми его недостатками или предпочтет расстаться, заранее не предскажет и сам господь-вседержитель.
Этап «отторжения» Аларика успешно миновала по причине изначально ровных отношений. Артака она не любила, все его заскоки видела с момента знакомства, просто по сравнению с остальными вариантами этот явно был выигрышным. И за прошедшее время певица прекрасно успела изучить своего бывшего любовника, поэтому сейчас ей не составило труда распознать нотку фальши в его словах.