"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

Жаль, сказать проще, чем сделать. Проклятье на Фебе значительно усиливается, стоит женщине сойти с территории, принадлежащей нашему Дому. Она даже на Перекрестке долго находиться не в состоянии. Способа купировать его я по-прежнему не нашел, поэтому Феба покидает поместье очень редко и ненадолго.
И вот на выходе из музея я нос к носу столкнулся с Годивой Золотых Пчел в компании её верной наперсницы Джейн Форестер. В отдалении маячила парочка магов с повадками телохранителей, но их не считаем, они в разговор не вмешивались. С какой стати Годиве захотелось посетить музей именно сегодня, она затруднилась пояснить. Либо интуиция, либо предсказание кого-то из пророков, ибо Золотые Пчелы не оставляют надежды увидеть меня на одном из своих приёмов. Честь, от которой я успешно бегал, бегаю и планирую продолжать избегать.
Несмотря на маскировку, Годива меня узнала. То есть главную иллюзию, скрывающую истинный облик, она пробить не смогла, а внешнюю, придающую внешность юного смертного из приличной магической семьи, отсеяла сходу. Хорошо ещё, что кольцо на пальце не разглядела. Сказать, что она удивилась, значит промолчать (или чрезвычайно умело разыграла удивление). Пришлось подходить, здороваться, спрашивать, какие пути девушек в музей привели. Полезной информацией разжиться не удалось, зато Годива мгновенно взяла меня в оборот, уломав на посещение Олдоакс. Ей требовалась помощь.
У Золотых Пчел не было необходимости скреплять союз или принимать в Дом очередного отринувшего, поэтому свадьба Годиве не грозила и она могла заниматься чем угодно, лишь бы родители не возражали. Подумав, после окончания школы девушка продолжила учебу, оставшись кем-то вроде аспиранта при своём колледже. Правда, занятия вела и в других тоже. В перечень её должностных обязанностей также входила помощь в библиотеке и хранилище артефактов, в закрытых их секциях. К некоторым из имевшихся там предметов действительно не стоило подпускать смертных.
Этой весной в Олдоакс прошла инвентаризация. Выяснилось, что сохранность и работоспособность одного из артефактов стоит под вопросом, потому что достать его из упаковки может только истинно-темный. Ломать сундук не хотелось, да и неизвестно, получится ли, а истинно-темный на Островах один. Вернее, есть и другие, но с ними Годива не знакома и просить об одолжении не может. Зато Майрон Черной Воды, четыре года назад организовавший руководству школы несколько наполненных трудами суток, наверняка захочет реабилитироваться.
С ректором мы на данную тему общались, претензий у него нет, о чём я сразу напомнил. Отказываться, однако, не стал. Мне не сложно, а поддержание хороших отношений с администрацией Олдоакс в будущем может окупиться. Через четыре года Мерри исполнится одиннадцать. Не исключено, что ей придется покинуть поместье и отправиться в школу, заводить связи и, скажем прямо, подыскивать жениха, согласного войти в Черную Воду. Вариант, меня не устраивающий, но учитывать его надо.
Так что я позволил себя уговорить, через неделю навещу Олдоакс. Взамен Годива обещала, если мне понадобится, помочь пристроить одного ученика на учебу. Конкретной кандидатуры у меня нет, просто иногда возникает необходимость наградить кого-то из магов Перекрестка. Лучше иметь запас подобного рода услуг. И нет, мне не стыдно, что с девушки плату взял — кто кого развел, вопрос открытый!
На следующий день от меня снова чего-то хотели. То есть сначала сделали вид, будто действуют в строгом соответствии с древними обычаями и вовсе оказывают честь, но подвох был виден невооруженным глазом. Особенно учитывая, что с Ганноном Испепеленного Рассвета мы расстались не лучшим образом. Рассориться не рассорились, просто он вел себя так, словно подозревает меня в чем-то недостойном. Неудивительно, что, прощаясь, я не пожелал новой встречи, то есть, по нашему этикету, фактически отказал ему от дома. И вот внезапно испепеленный заявляется на Перекресток и просит о встрече, причем в компании родича.
Этот самый родич поразил. Молодой мужчина, по ощущениям лет на двадцать меня старше, представленный как Малх Испепеленного Рассвета, третий из носящих это имя, встал на одно колено и, прижав ладони ко лбу, произнес формулу служения в благодарность за жизнь. Пока долг не будет выплачен, ага.
 
— Потрясающе, — вырвалось откровенное признание. — То есть вы утверждаете, что я вас где-то спас и теперь, согласно традициям, желали бы отслужить. Звучит замечательно, только почему же я ничего такого не помню?
— Медальон, что вы мне передали во время нашей прошлой встречи, младший господин, — усмехнулся Ганнон. — Он привел к тайнику на Изнанке, где в безвременье лежал Малх. Если бы не ваш поступок, неизвестно, сумели бы мы найти сына нашего Дома!
«Младший лорд» или «младший господин» — формальное обращение к наследнику. Ганнон, как маг, не слишком силен, по нашим понятиям, но он всё-таки глава Священного Дома. Моя иллюзия его не обманула.
— Спасли вы его сами. Причем здесь я? 
— Без вашего щедрого дара мы бы не сумели найти тайник.
— Всего-то? Услуга не тянет на службу, причем долгую. 
— Наш Дом почти двести лет не мог найти Малха, мы совсем отчаялись! Без вас он продолжал бы находиться в глубинах Изнанки.
— Ну, раз так, то признайте себя должником моего Дома или меня лично. На службу-то родича отдавать зачем? 
— Услуги бывают разные, — вежливо возразил Ганнон. Он, кстати, совершенно прав. — Мы хотели бы отдать долг сразу.
— Боюсь, что не могу принять его в такой форме. Поэтому… 
— Подождите, младший господин, — прервал меня глава испепелённых, видя, что я собираюсь произнести формулу отказа. — Неужели вы готовы оскорбить наш Дом, отказавшись от службы его сына?
— Ну, вы же готовы нанести оскорбление Черной Воде, пытаясь втянуть её в какую-то мутную интригу, — хмыкнул я. — И, поверьте, когда соседи спросят, по какой причине возник конфликт, мне будет несложно обосновать свою позицию.
— Никаких интриг!
— То, что я молод, не значит, что я дурак. Так вы расскажете истинную причину вашего предложения или мы прощаемся? 
В конечном итоге Ганнон «раскололся». Не сразу, разумеется, информацию из него пришлось тащить едва ли не клещами. Если бы не опыт множества переговоров с торгашами, скорее всего, он бы сумел утаить реальную причину, по которой вынужден отдалить Малха от своих. Причем разговор шел не впрямую, а намеками — больно уж деликатной сферы мы коснулись. Всё дело во внутреннем расколе их Дома. Ганнон не настолько авторитетен, чтобы убедить старейшин следовать за собой, и не настолько силен, чтобы их заставить. Наследника сейчас нет, на его место прочат несколько кандидатур, каждая группировка предлагает свою. И вот в паутину интриг, внезапно, оказывается ввергнут Малх, сын бывшего главы Дома, тоже имеющий кое-какие права. Парень помешал буквально всем.
Поэтому Ганнон решил воспользоваться удобным предлогом и отправить Малха в Англию. Подальше от любящих родственников, поднаторевших в организации разного рода несчастных случаев.
— Понятно, — подытожил я. Картинка сложилась. Только по-прежнему было неясно, что мне-то делать. — А вы что думаете по этому поводу, могущественный Малх?
Мужчина, весь разговор продолжавший стоять на колене, ожидая вердикта, удивленно посмотрел поверх опущенных рук. У них не принято спрашивать объект спора о его желаниях? По мне так вполне логично узнать мнение того, с кем тебе, возможно, предстоит долгое время жить под одной крышей, как он относится к происходящему. В конце концов, его судьба обсуждается.
— Мой Дом теперь не такой, как прежде, — горько улыбнулся Малх. — Мои сверстники выросли, у них совсем другие заботы. Возможно, мне и в самом деле стоит побыть вдали от дома. Привыкнуть ко всему.
Ну, логика в его рассуждениях есть, да и впечатление он производит нормальное. Аура чистая, без примеси грязных эмоций или следов пороков. В принципе, брать можно. Только нужно ли?