"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)
– Как-то у тебя бедновато: то ли с наследством не повезло, то ли предыдущие грабители всё уже вынесли, – не удержал я комментарий с небольшим налётом иронии.
– Сергей! – возмутилась Ольга, моей невоспитанностью.
– Ха-ха-ха, – раздалось со стороны Евы.
– Это хранилище для особенных вещей, – отсмеявшись, произнесла Ева, – А обычные для твоего понимания богатства хранятся в другом месте. Дальше пока не ходите, подождите у входа.
С последними словами молодая императрица шагнула к противоположной от входа стене и замерла в двух метрах от неё. Едва войдя в помещение, я отвлёкся на «лампочки Ильича» и вышел из магического спектра зрения, но сейчас заново на него переключился, чтобы с любопытством понаблюдать за Евой. Во-первых, как оказалось, она встала по центру шестиконечной звезды, причём каждый угол этой гексаграммы относился к одной из шести известных стихий. От каждого угла выходил перевитый пучок энергетических каналов, которые тянулись по бетонному полу в сторону стены. А там… Прямо в кирпичную кладку оказались встроены множество небольших дверей, наподобие банковских ячеек или камер хранения в каком-либо супермаркете. Такая охранная система была мне знакома ещё по Нижнему Новгороду, только в нашем с Ольгой доме нет таких персональных ящичков. Используемая концепция в виде шестилучевой звезды считалась одной из стабильных и наиболее надёжных, а я не так давно уже успел разобраться в её принципе действия. Только не просите повторить, сей подвиг пока точно не для меня, и, вообще, лично мне тупо влом возится пару лет над созданием такой хитро вывернутой штукенции. Данная структура всегда состоит из шести стихий, так как это позволяет владелице подобной охранно-защитной сигнализации не думать о том, какой стихией будет владеть будущая наследница.
В императорском хранилище оказалось штук тридцать ячеек, и на каждой дверце переливались ключи-узоры из разных стихий, сменяя друг друга с небольшой частотой. Ева, используя силу собственного источника, сформировала огненные узоры-пароли и послала в гексаграмму три магических импульса. Сейчас артефакт в полу соберёт пазл и сверит его с тем, что заложен в его памяти, если всё верно, то моя законная любовница пошлёт ещё один импульс, чтобы открыть в стене нужную ячейку. Но если наша с Олей красавица что-нибудь напутала, то её ждут, мягко говоря, очень неприятные ощущения и, возможно, даже, что и с фатальным концом. И кстати, судя по чёрному пятну на полу, кто-то здесь уже ошибался, причём этот кто-то был не в единственном числе. Только сейчас я обратил внимание на неприятный запах, слегка раздражающий обоняние, а значит, кто-то сгорел здесь заживо совсем недавно. И что-то мне подсказывает, что попытка неудачного взлома произошла во время переворота. Интересно, насколько большую кучку пепла соскребли девушки, проводящие здесь уборку? Негромкий щелчок открывающегося шкафчика известил меня, что Ева не ошиблась в паролях. Пока она что-то искала в глубине ячейки, проснулась тёмная сторона моей души и, пнув скучающую натуру, решила слегка подтрунить над Великой Государыней:
– Предлагаю на день рождения её императорского величества подарить ей роскошную люстру, – мой шёпот, обращённый к Ольге, был «неожиданно» громким и хорошо разнёсся по всему помещению.
Но моя супруга юмора не разделила, и слегка хмыкнув, ответила:
– Если ты намекаешь на это хранилище, то смысла нет. Это же не зал для торжественных приёмов, и я очень сомневаюсь, что здесь часто бывают высокородные гости.
– Да, если не считать очень редко бывающего персонала, то вы первые такого уровня за последние сто лет, как минимум, – подтвердила Ева, возвращаясь к нам с чем-то в руках.
– Всё ясно, моя сатира потонула в море женского прагматизма, – ответил я.
– Не прагматизма, а реализма, – поправила меня императрица.
– И не женского, а жёсткого, – добавила уже Ольга.
– Всё-всё, сдаюсь, – замахал я руками, – Давайте уже перейдём к тайнам вселенной, чую я, что это гораздо проще, чем спорить с вами двумя.
– Ну, насчёт простоты я не уверена, – хмыкнула Ева, протягивая мне небольшую деревянную коробочку, размером с пару пачек сигарет. – Открывай.
Мини-шкатулка открылась легко, а на дне оказался свёрнутый листок, раскрыв который, я с нарастающим недоумением разглядел небольшое стихотворение. Судя по желтоватому цвету бумаги и рукописным буквам, похоже, выведенным ещё пером, этому письму уже очень много лет. Повертев несколько секунд этот странный кусочек прошлого, передал своей жене со словами:
– Увы, но поэзия не мой конёк, пускай Ольга угадывает поэта.
В отличие от меня, Ольга, нахмурившись и явно с трудом разбирая слова, прочла старинные буквы вслух:
– Однажды предсмертная птица откроет на тайну глаза,– Используя раз силу смерти, над жизнью я власть обрела.– Земля сохранит вам легенду – одна против армии зла –– Фемида не врёт, и в Софии от ангела ждите посла.– Я не узнаю эти строчки, но загадка разве в этом? – спросила моя жена.
– Это стихотворение пришло из Белграда после смерти Радмилы Войнович, – ответила Ева. – Это первая югославская королева, если вы вдруг забыли или не знали.
– Ну, мне-то могла и не напоминать, – фыркнула Ольга.
– А я вот не знал, что она ещё и стихи писала, – выделился я.
– А что ты вообще о ней знаешь?
– Много чего, но думаю, ты и так в курсе, что её роль для Югославии не меньше, чем Софии для России. Великая личность, биографию которой я читал с большим интересом, но ты нам лучше скажи, зачем показала это? – поторопил я молодую императрицу, любящую в последнее время общаться со мной на разные темы и стабильно удивляющуюся моим познаниям в различных областях. Наличие у меня одарённости и способностей артефактора уже не вызывали такого шока как в начале наших отношений, хотя, если бы она узнала, что я из другого мира, то шквал вопросов стал бы гораздо больше.
– Когда ты сказал, что будет забавно, если между кражей в Белграде и нынешней попыткой ограбления Кремля может быть связь, меня резко осенило, и я вспомнила один эпизод. В вечер переворота кто-то пытался взломать хранилище, используя амулет бабушки. Сам амулет после этого не нашли, а я пользуюсь маминым, – Ева тронула рукой висящий на шее небольшой кулон.
– Но если в дверь они прошли, то вот взломать ячейку у них не получилось, а результат их попыток вы можете видеть на полу и немного ощущать по запаху, – махнула она рукой в сторону слегка обгорелого пятна у стены. – Минимум два артефактора остались здесь, пытаясь подобрать ключи.
Мы с Ольгой синхронно кивнули головой, подтверждая, что всё и видим и чувствуем.
– И что самое теперь интересное, взломать пытались именно эту ячейку, в которой хранятся различные письма от Радмилы. И я совсем забыла вам сказать про то, что пойманные воровки имели при себе амулет, точную копию того, что был у бабушки.
– А ты разве здесь ещё систему охраны не сменила? – задала вопрос Ольга.
– Команду дала, схему пока только рисуют, должны закончить в течение месяца, но теперь я их потороплю. Слишком сложная здесь структура, а потому полностью переделывать ничего не будут, добавят только несколько плетений, чтобы старые амулеты больше не работали.
– Да, пожалуй, рановато отправили Регину на тот свет, – выразили я сожаление.
– Ты даже не представляешь, сколько раз я успела об этом подумать, – вздохнула Ева.
– А вот я ни о чём не жалею, туда ей и дорога, – категорично заявила моя жена.
«Та-ак меняем тему, Ольга явно ещё переживает за потерянного ребёнка». – подумал я собираясь перевести разговор на что-то нейтральнее, но не успел.
– Но если во время переворота в хранилище была Регина, то она, как понимаю, без проблем бы вскрыла все ячейки? – спросила моя княгиня.
– Нет, – качнула головой Ева, – Было всего два амулета на вход, а пароли к ячейкам знали только трое: я, мама и бабушка.