"Фантастика 2023-164". Компиляция. Книги 1-23 (СИ)

– Не желаешь чашечку чая? – спросил он Габриэля, когда тот подошёл к дверям дома.
– С удовольствием, – ответил Габриэль, присаживаясь рядом с ним.
Как и положено было в дороге, его остановка резко переменила картину. Лужайка превратилась в беседку, вокруг которой благоухали цветы.
– К этому трудно привыкнуть, как и к дороге, – сказал Джеймс.
– Да, – согласился с ним Габриэль.
– Устал?
– Не очень.
Габриэль был не из тех, кто рвался вперёд изо всех сил. Он шёл спокойно, особо не напрягаясь и не утруждая себя почём зря, но и без чрезмерной лени.
Джеймс заварил чай и разлил по чашкам.
– Замечательный у тебя чай, – сказал Габриэль, с удовольствием делая глоток ароматного, горячего напитка с терпким, насыщенным вкусом.
– Я собираю его сразу за домом.
– Скажи, а внутри дом такой же, как и дорога?
– Что ты имеешь в виду?
– Ну… такой же подвижный и бесконечно меняющийся.
– Не знаю, – ответил Джеймс, – я никогда там не был.
– Как?! – удивился Габриэль.
– Мне и здесь вполне нормально.
– И тебе ни разу не было интересно?
– Мне интересно всё и всегда. И здесь не менее интересно, чем там. К тому же кто-то должен встречать гостей, а гость может появиться в любую минуту.
– И тебя ни разу не звал хозяин?
– Я никогда не видел хозяина.
– Почему?
– Потому что он – бог.
– Какой бог?
– Никакой. Просто бог. Я пью чай и встречаю гостей, а не рассуждаю о боге.
– Пью чай и встречаю гостей, – повторил Габриэль. – Ты говоришь загадками.
– Отнюдь. Это ты думаешь загадками. И загадки эти происходят оттого, что твоё сознание неспособно осознавать данную реальность. Ну да это уже философия. А философия иссушает душу.
– Так что внутри дома? – повторил вопрос Габриэль и внимательно посмотрел в глаза Джеймсу.
– Всё и одновременно ничего.
Мимо них, тяжело дыша, прошёл мужчина. Видно было, что он шёл из последних сил, сконцентрировав всю волю на доме. Его дорога была трудна и терниста.
– Подожди, я сейчас, – сказал Джеймс.
– Ты не угостишь его чаем?
– Ни в коем случае. Для него это грех. К тому же он спешит.
– Но на приглашении нет ни даты, ни времени.
– Ты прав. Но это понимают очень немногие.
Лёгким кивком головы Джеймс поприветствовал идущего, который его даже не заметил, и ловким движением распахнул дверь. Когда мужчина оказался внутри, он также элегантно закрыл дверь и вернулся за стол.
– Тогда почему ты остановил меня? – вернулся к прерванному разговору Габриэль.
– Потому что ты кое-что знаешь, только ещё не понял этого.
– Подожди, мне кажется, ты меня обманул! – осенило вдруг Габриэля.
– Разве что самую малость.
– Ты сказал, что хозяина нет дома.
– Сказал.
– Тогда получается…
– Ещё чаю? – улыбаясь, спросил Джеймс.
– Простите, сэр, вас спрашивает господин, пожелавший назвать себя Джеймсом. Я сказал, что вы спите, но он говорит, что это срочно.
Голос Паркера разогнал очарование сна, сюжет которого, стоило только проснуться, напрочь исчез из памяти Габриэля.
– Что? – сонно переспросил Габриэль.
– Вас спрашивает господин Джеймс. Говорит, срочно.
За время службы у Габриэля (а он был нанят сразу после того, как герцог полностью реабилитировал Мак-Розов) Паркер привык к тому, что в дом Габриэля могли заявиться в любое время суток визитёры, похожие как на крестьян, разбойников, беспризорников, так и на королей… Они приносили поклон от Маба, и Габриэль брал их временно на работу, оставлял погостить или уходил с ними, пропадая неизвестно где по несколько дней. Паркера тоже порекомендовал ему Маб. Габриэль не стал любопытствовать, какое тайное прошлое скрывал его слуга, а тот служил ему верой и правдой, всегда в точности исполнял поручения и никуда не совал нос.
– Проводи его в кабинет. Я скоро выйду. И ещё, наверняка, он не откажется от завтрака, так что распорядись на кухне.
Отпустив слугу, Габриэль сел и тупо уставился перед собой. Он всё ещё был под впечатлением сна и сожалел, что так и не смог его запомнить. Его интуиция говорила, что сон нёс важное послание, которое так и не смогло пробиться к его сознанию. Вспомнив о том, что его ждёт Джеймс, Габриэль нехотя поднялся на ноги и начал приводить себя в порядок.
 
Увидев Джеймса, Габриэль застыл от удивления.
Сам Джеймс был всё таким же. Казалось, само время было над ним не властно. Менялось всё вокруг, кроме него самого. И к этому Габриэль давно уже привык. Поразил же его костюм Джеймса. Обычно он носил одежду торговцев, фермеров или зажиточных крестьян, но на это раз он пришёл к Габриэлю в костюме хайлендера знатного происхождения. К тому же он пришёл, вооруженный луком и стрелами.
Дело в том, что традиционно шотландцы подразделяются на хайлендеров или жителей гор и лоулендеров – жителей равнин.
Хайлендеры считают себя кельтами, потомками скоттов, которые пришли в Британию из Ирландии в VI веке. Несколько тысяч шотландцев, проживающих у озёр в Западном Хайленде и Гебридских островах, и в наши дни говорят на шотландском галльском, древнем кельтском языке, который очень похож на ирландский галльский и сродни валлийскому. Причём известная всему миру национальная шотландская мужская юбка – килт – является частью национального костюма хайлендеров.
Лоулендеры в большинстве своём являются потомками датчан и англосаксов. В отличие от своих горных собратьев, они традиционно носят штаны, причём зачастую даже не клетчатые.
Хайлендеры смотрят на лоулендеров несколько свысока.
У каждого шотландского клана есть день, когда все члены клана надевают свой костюм, где бы они ни были.
Традиционно в дневной шотландский костюм входят: килт, твидовая куртка, простые длинные чулки, тэмешэнте (берет) и кожаный спорран – кошелёк, который висит на узком ремешке, охватывающем бёдра.
Вечером надевается меховой спорран, чулки со своим определённым тартаном, усложнённая, отделанная рюшем рубашка и усложнённая куртка.
Особо следует упомянуть о ноже, который истинный горец носит с собой всегда за правым чулком. Обычно на рукоятке ножа выгравирован цветок чертополоха и вправлен топаз. Мирные люди носят нож всегда с внешней стороны голени, и наличие ножа с внутренней стороны свидетельствует об объявлении войны.
Принадлежность к клану определяется по рисунку тартана – шерстяной материи с образцом линий различной ширины и различных цветов, пересекающих друг друга под определёнными углами. Надеть чужие цвета или заиграть чужую мелодию на волынке во время церемониального марша – грубейшее социальное нарушение.
За порядком строго наблюдает Главный Герольд, Хранитель гербов и старшинства кланов.
Другая весьма почётная традиция в Шотландии связана с гвардией лучников. Дело в том, что шотландцы всегда слыли превосходными лучниками, поэтому их всегда набирали для служения в личной охране короля. Даже сейчас, в наши дни, в случае приезда королевы в Шотландию гвардия лучников – четыреста землевладельцев, должны оставить все свои дела и явиться для её охраны, вооружённые луками и стрелами.
– Ты что, никогда не видел шотландцев? – спросил Габриэля Джеймс.
– Видел, но тебя в таком виде я вижу впервые.
– Я еду в Эдинбург на ежегодный праздник клана Мак-Райтов.
– Ты едешь на праздник клана? – тупо переспросил Габриэль.
– Да. В эти дни Мак-Райты съезжаются в столицу со всех уголков мира. Мы пройдём торжественным маршем мимо резиденции короля, будем веселиться, танцевать, соревноваться в искусстве стрельбы из лука…
– Так ты Мак-Райт?
– У тебя есть сомнения?
– Нет, но…
– Вот и отлично.
– Чертовски рад твоему приходу, – спохватился Габриэль.
– Не спеши радоваться.
– Что-то случилось?
– Ещё нет, но может, если ты не предпримешь срочных мер. Ты уже просматривал почту?
– Обычно я делаю это после еды.