Могущество (ЛП)

На дне есть вода, но ее скрыла подкрадывающаяся ночь.
И все равно мир застывает в зимней стуже, удерживаемый моей силой.
Сколько времени мне понадобится, чтобы подняться в горы, пробежать через лес, пересечь равнины, миновать фермы и маленькие города, которыми усеяна Мидрианская империя?
С этой моей новообретенной силой, как долго я смогу удерживать время?
Дни?
Луны?
Месяцы?
Все будет так, как я пожелаю.
Теперь я устанавливаю правила.
Я сын бога, и Лок дал мне свое благословение.
Если не получу ее, весь мир остановится.
Когда дело касается моей пары, я эгоист.
Это так просто.
Оглянувшись через плечо, бросаю взгляд на дракона, который лелеет свое яйцо. — Исцелись, Вайлорен, — восклицаю я, и голос мой становится глубже, обретая черты голоса моего отца. — Если ты не можешь отвести меня туда, я пойду пешком. — Мое дыхание окутывает воздух тенями, когда затягиваю время все туже и туже, принимая эту похожую на смерть силу.
В чем подвох всего этого?
Мне все равно.
Главное — добраться до Амали.
Дракон кивает огромной головой, глядя на меня невидящим взглядом. «Я сделаю это. Но мне нужно, чтобы ты ненадолго освободил время. Я слишком слаба. Мне нужно поесть. Рэйки спустится в загон и принесет мне козье молоко».
Обдумывая просьбу Вайлорен, снова смотрю на горы. Нити силы вьются вокруг кончиков моих пальцев, ожидая освобождения.
Внезапно могущественные существа просят меня о благосклонности. Сначала Андоку, а теперь дракон.
Не помешает иметь союзников в этом изменчивом мире.
Кто знает, что принесет будущее? Нельзя забывать, что мой отец когда-то сражался здесь с Морхабой.
— У тебя есть время, пока я не доберусь до устья реки, — сообщаю я Вайлорен, и ее массивные плечи опускаются в облегчении. — После этого время остановится, пока моя пара не окажется в моих объятиях.
Захожу в комнату. Дракон прижимает яйцо к животу и настороженно смотрит на меня.
Кажется, она почти… боится меня.
Не то чтобы меня это волновало. Сейчас у меня есть дела поважнее.
— И как только ты достаточно исцелишься, чтобы летать, Вайлорен, то сразу же сообщишь мне. Ты мне еще пригодишься. Не избегай меня, не пытайся спрятаться. Иначе я найду тебя, и твое существование станет очень неприятным.
«Я не так глупа, Каймениэль. Как только исцелюсь, немедленно сообщу тебе».
— Хорошо. — Отпускаю время.
Вайлорен испускает глубокий, полный облегчения вздох.
Закат разгорается над горами. Тени становятся еще глубже, когда солнце опускается все ниже к горизонту.
Подойдя к лестнице, выхватываю мечи.
Цитадель внизу кишит Достопочтенными, и теперь они освобождены из своего замороженного состояния.
Они все еще не ведают, что произошло.
Они придут за мной.
Но нас учили убивать одни и те же инструктора, и я из первых рук знаю, как думает ассасин.
 Глава 28 
Амали
Мои глаза открываются, и я стону от боли, пока корабль качается… а затем останавливается.
На палубе кричат люди.
Пронзительный свист рассекает воздух.
Я слышу птиц… этих белых, парящих птиц, называемых чайками, которые обитают только у океана.
Где мы? Что происходит?
Перевернувшись на бок, я вздрагиваю от огня, пронизывающего спину. Вскоре после того, как люди Триза бросили меня обратно в камеру, пришел корабельный медик и приложил к моим ранам вонючую припарку. Это принесло не много пользы. Едко пахнущее лекарство ничего не сделало, только заставило раны жалить в сто раз сильнее, чем раньше.
Морщу нос. Что это за запах? Я не узнаю травы. Если бы это зависело от меня, я бы приложила тяжелую припарку из пунцовой травы, смешанной с белой грязью ардабы, под обертывание из кипяченого змеиного листа.
Но это лишь мое мнение.
Возможно, здесь такие травы не растут.
Слабый свет ламп проникает через маленький грязный иллюминатор. Выглядываю наружу, пытаясь сориентироваться на случай, если снова заговорю с Каймом, но ничего не вижу, потому что снаружи темно. Неужели уже ночь? Как долго я провела без сознания?
 
Я совершенно потеряла ориентацию во времени.
Слабые голоса проникают сквозь дверь. — Поторопитесь. Капитан речного судна ждет уже полтора дня, и ему порядком надоело. И командор Триз тоже. Коронация через четыре дня. Они хотят, чтобы она была в Даймаре через три.
— Что же, удачи. Половина реки на севере замерзла, как я слышал.
— Это не будет проблемой. Они используют новые ледоколы, которые император Кроген заказал в Иншаде.
— Иншад? Не разбираюсь в этих лодках. Этот чертов пар похож на колдовство. Кажется… не знаю, нечестивым. Нельзя доверять этим злобным ублюдкам. Говорят, они могут украсть твои эмоции из твоей души.
— У тебя что, Баркен, с головой не в порядке? Эмоции из твоей души? Что это вообще значит? Иншади производят лучшую сталь в мире, так что их лодки не могут быть настолько плохими. Поторопитесь и приведите эту чертову Тигландер. Чем быстрее мы доставим ее на речное судно, тем быстрее сможем слезть с этой чертовой колымаги и найти себе шлюх. Не могу ничего сделать, когда командир постоянно дышит нам в затылок. Я чертовски рад, что он едет на речном судне с ведьмой. Не могу дождаться, когда увижу спину этого жалкого старого ублюдка.
Отвращение бурлит в глубине моего живота. Триз едет в Даймару? Что ж, в этом есть смысл. Возможно, он хочет лично передать меня императору.
— Тихо, идиот. Тебя повесят на мачте за неподчинение, если кто-нибудь из его лакеев услышит это от тебя.
Дверь с грохотом открывается, и в мою камеру врывается тот, кого зовут Баркен, его шаги тяжело ступают по деревянному полу. — Вставай, Тигландер.
Моргая, поднимаю голову.
— Поторопись, женщина. Капитан ждет.
Пытаюсь подняться, но успокоительное ослабило меня. Зрение расплывается. Голова кружится. Покачиваясь, я борюсь с искушением упасть обратно на свою кровать из тряпок и заснуть, чтобы снова увидеть Кайма во сне.
— Не дерзи, девчонка, а то опять нарвешься на выволочку.
— Она одурманена до беспамятства, разве ты не видишь, Баркен? Давай просто вынесем ее. Так будет быстрее.
— Но…
— Что, боишься наложить руки на эту Тигландер, солдат?
— Не будь дураком. Я просто осторожен, вот и все. Что если…
— Что если что?
— Просто… ну, знаешь, она ведь избранница бога смерти и все такое. Что если это действительно правда?
— Зубы Элара, Баркен. Разве ты не слышал, что сказал командир? Вся эта история с богом смерти — просто миф. Это все просто пропаганда, раздутая имперскими новостными кнутами, чтобы заставить людей бояться и поднять репутацию императора. Он — избранник Элара на этой земле, разве ты не знаешь?
— Я, черт возьми, знаю это.
— Тогда тебе не стоит беспокоиться о глупой суеверной чепухе старого мира. Большинство обычных плебеев верят в это, но мы не обычные плебеи. Ты чертов имперский солдат, Барки. Хватит нести эту деревенскую чушь.
— Да, сэр. Давайте просто вытащим ее отсюда, — ворчливо говорит Баркен, переваливаясь на мою сторону. Он просовывает свои руки под мои, его ладони касаются моей кожи.
От раскаленной боли я хнычу.
Другой солдат берет меня за ноги и на счет «три» поднимает вверх.
Я смотрю в туманный потолок, пока боль не становится слишком сильной.
Тогда стремительно теряю сознание.
 Глава 29 
Кайм
Я мчусь по узкой тропинке, держа время в своих холодных руках, прокладывая точный, извилистый маршрут вниз с горы.
В ожидании, пока Вайлорен получит свою порцию еды, я отпустил время настолько, что увидел, как солнце полностью село за горизонт, а потом еще и еще. Теперь мир снова застыл по моему приказу, а звезды вспыхнули, эффектно сверкая в холодном зимнем небе.
Но я этого почти не замечаю, потому что мои мысли лишь о том, как добраться до столицы.