Господа Смуглеры... (СИ)

Улетали с Патай буднично. Старпом затаил обиду и не разрешил никому как следует оттянуться. Поэтому трезвый и злой экипаж быстро закончил приборку, загрузил барахло и пассажиров и занялся делами согласно расписания. Пассажиры тем временем разложили надувные матрасы, открыли ящики и начали набивать разгрузки многочисленными боеприпасами.
— Это по чью душу? — позавидовал разнообразию оружия Томми.
— Да журналиста прошляпили. Тот наделал кучу снимков и не нашел ничего лучше, чем бегать теперь по газетам и махать накопленным компроматом, — объяснил Счастливчик Боб.
— Так ведь прибьют за такое!
— Именно. Поэтому газеты от него шарахаются и редактора как один шлют телеграммы-молнии, чтобы придурка прикопали побыстрее. А то ведь найдется какой идиот, хапнет материальчик. А группа зачистки потом полпланеты в распыл пустит.
С журналистом получилось забавно. Когда мы аккуратно припарковались и ждали таможню, первыми к спущенному трапу прибежали хозяева газет и телеканалов. Они приволокли с собой связанного и чуть-чуть побитого журналиста. Которого и вручили вместе со всеми собранными материалами командиру наемников. А стоявший скромно в сторонке начальник полиции продемонстрировал уже подписанное судебное решение, где бедолаге выдали пятнадцать лет строгого режима за подрыв семейных устоев без права аппеляции.
— Ловко они, — одобрила завершение краткой погони Барби.
— А как иначе, — удивился Изя, допивавший горячий кофе из крохотной чашечки. — Отсюда половина руководства в Патай мотается. Если каждый раз после такой поездки кто-то начнет фотографиями размахивать — весь туристический бизнес накроется. Ну а вдруг кто-то сможет все же в блоге статейку тиснуть или чье личико без ретуши в новостях показать, так все соседи пальцем тыкать станут и ругаться. Потому как место для развлечений общее, а грязное белье полощут лишь в момент перед очередными выборами. И то обходятся местными скандалами.
Наемники прямо на месте сумели заключить другой контракт и отбыли вместе со всем своим стреляющим барахлом, помахав на прощание ручкой. Мы же стали выбирать следующую точку остановки.
Дальше мы как-то без радикальных проблем сумели проскакать еще по десятку систем, подбирая разного рода пассажиров. Были нефтянники с бочками мазута, затем пастухи с отарой сороконожек, паломники в какой-то древний храм и прочие. Кстати, после паломников мы сутки болтались на орбите, с трудом пытаясь найти — где какие кнопки у нас на панелях управления. Слишком забористые ароматизаторы использовали эти торчки в рясах.
А в последнем порту нас ожидала неожиданная проблема. Не успели мы чуть-чуть перевести дух, как в рубку ввалилась злая на весь свет Барби и поинтересовалась у шкипера, сколько нар можно сколотить в трюме.
— Нары? Зачем? — не понял сразу кэп.
— Здесь дембеля сидят уже месяц. Сам понимаешь, проездные давно пропиты, а домой надо.
— А мы при чем?
— При том, что с половиной из парней я раньше служила. А десантура своих не бросает.
Не осознавший всю глубину проблемы старпом попытался было сумничать и влезть в разговор:
— Слушай, вот не надо! Десантура, спецназ, бла-бла-бла… Ваши вояки бросают своих везде и всегда! Как где какой нежданчик случится, только и слышишь: «Драпали на заранее облюбованные позиции».
Барби влепила своим пудовым кулачком Буеру и тот улетел в угол. Шкипер оценил траекторию движения и тут же выдал ответ:
— Триста рыл мы возили разок, не лопнули. Сколько там у тебя бывших сослуживцев?
— Четыреста парней. Но без багажа.
— Значит, уплотнимся. Командуй, чего зря время терять.
И мы уплотнились.
Больше всего удивились дома на таможне, когда прибыли с инспекцией. Потому что вместо груза мы распахнули створки и на пропеченные солнцем плиты порта стали выходить десантники, один за другим. Они браво отдавали построившемуся рядом экипажу честь и горланя песни шагали к видневшимся вдали воротам.
Залечивлий блаш старпом уже вовсю строчил письмо, добавив туда сделанные фотографии. Заинтересовавшийся кэп сунул пасть через плечо и спросил:
 
— Кому жалобу пишешь?
— Почему сразу — жалобу? Спрашиваю отдел по связям с общественностью министерства обороны, как лучше будет назвать статью в местных газетах: «Брошенные на произвол судьбы» или «Настоящие спасатели с Антилопы». Думаю, что высокопоставленные парни в погонах нам заплатят, лишь бы не раздувать скандал. Подумай сам, кому понравится, что бравых дембелей оставили без какой-либо поддержки, не обеспечив ни едой, ни выпивкой.
— Тогда добавь еще обслуживание на борту корабля.
— И по какой цене выпитую бормотуху из наших запасов оценивать?
— Олл-инклюзив. Тушенку они тоже схарчили. Так что — пять звезд, не меньше.
В итоге заплатили нам по минимальной ставке, зато каждому выдали медаль. Которые мы позже сумели продать в какой-то дикой дыре, выдав за редкие нумизматические ценности. Но теперь шкипер старался искать контракты сразу и туда, и обратно. Слишком уж хлопотное это дело выходило, работать маршруткой. Сплошные нервы и почти никакой прибыли…
  
Глава 11. Дело житейское
 
Приключения с подписанным контрактом начались еще до вылета к заказчику.
Хотя, стоит вспомнить, что и сам контракт был несколько специфическим.
Во-первых, никто из знакомых контрабандистов не пытался его у нас перехватить. Как потом нам говорили в баре, слишком уж «душком отдавало». Скорее даже — с ног сшибало. Настолько тухлым было это предложение.
Во-вторых, по деньгам нам давали намного меньше, чем обычно. Но обещали свободную погрузку уже на месте, по завершении первой части. Типа — вы привозите, что нужно нам. Затем выгребаете на скадах, на что глаз упадет и что сможете потом продать. Давным-давно подобная схема работала на форпостах, куда сгружали стандартный пакет для поселенцев, не обращая внимание на реальные нужды. Чем и заставляли потом народ развлекаться бартером. Менялись, дотачивая базу под окружающие условия.
Ну и в-третьих, нам вроде как не горело лезть в эту авантюру, но шкипер что-то эдакое разнюхал и вцепился в предложение крепче бультерьера.
— Слушай, но по заказчику слухи всякие ходят. Нехорошие.
Старпом пытался достучаться до остатков разума капитана, но тот лишь оскалился в ответ:
— Не трясись, все будет пучком. Оружие лишь проверить, двойные запасы продовольствия и воздуха взять — и можно лететь.
— На заброшенную военную базу, которую непонятно кто сейчас контролирует? И все это ради… Ради чего?
Но мудрый и хитрый ящер не стал делиться добытой информацией. Иногда нашего кэпа клинило на предрассудках родины. Типа — ляпнул что-то про вкусную заначку на соседнем болоте и соседи сожрут ее до того, как лапы доберутся. Так что — знает один, а башкой рискуют все.
Правда, чуйка капитана никогда не подводила и приключения на пятую точку экипажу обеспечить удавалось всегда. Поэтому мы лишь вздохнули, взяли тройной запас требуемого и погрузили одинокий ящик, за доставку которого заплатили аванс.
Затем поболтались пару дней в чужой пустой системе, получили почтовое сообщение от заглянувшего туда пошарпанного курьера и полетели дальше. Чтобы еще через неделю приземлиться в огромном ангаре, который врос стенами в зеленые непроходимые джунгли.
Прибыли…
— Разгружаетесь и можете отчаливать, — прогремели установленные в желеных стенах динамики.
— Щаз, — ответил довольный жизнью шкипер. — Вы там в своих подземных переходах окончательно кукушкой подвинулись. Сначала вы покажете, что есть полезного на складе. Мы забьем трюм отобранными товарами. И после этого выдадим вам эту коробку, ради которой весь сыр-бор. Ну, или можете и дальше тут куковать, а я вернусь назад. Встану на таможенный досмотр и продемонстрирую груз. С намеком, что у получателя явно какие-то проблемы были с лицензией на содержимое. Можете быть уверенны, что мой полетный план и логи с астронавигационными отметками считают тут же. И через пять минут к вам в гости пойдет полноценная боевая эскадра, которая с удовольствием объяснит, что не надо воровать самый последний навороченный скрэмблер у вояк. И что именно за такие преступления полагается.