Господа Смуглеры... (СИ)
Олег Борисов
Господа Смуглеры...
Глава 1. Неудачный день
Все не заладилось с момента, когда старая карга на площади затребовала с боцмана марку в качестве оплаты. Целую марку за паршивую ворожбу про красавицу из другого мира и гору золота в придачу. Неудивительно, что прагматичного боцмана такая наглость рассердила. И вместо денег старуха получила в ухо, и нас потом провожали проклятья и обещания кар небесных, в самом паршивом исполнении… Это всегда так: как что полезного у богов выпросить — так проблема, а как гадостей каких бедным контрабандистам пожелать — могут без запинки мешок отсыпать… Вот я и думаю, что именно тогда нам подбросили метку неприятностей. И хлебнули мы их с лихвой на Кадассе, с первым толстопузым таможенником, шагнувшим на борт «Лучезарной антилопы».
— Пятнадцать процентов стоимости груза. Или — на карантин! — важно заявил этот проходимец в мятой фуражке — капитана чуть не хватил инсульт.
— С каких пор?! — заскакал наш шкипер, подобно капле масла на раскаленной сковородке. — Уже сколько лет такса не меняется! Пять, пять процентов! И ни сантимом больше! Мне еще пять отдавать полиции и столько же составит цеховой сбор! С каких денег я заплачу в порту, если ты выгребаешь все подчистую?!
Но таможенник был упрям и не желал снижать таксу за провоз гнилых фруктов, битком забивших наши латаные трюмы.
— Пятнадцать. Или выметайтесь… И не пытайтесь сунуться сюда с новой вахтой, я поставлю ваше корыто в месячный список «обязательно к досмотру».
— Ну, уважаемый, давайте все же договоримся? — пытался продавить зажравшегося чиновника наш хитромудрый кэп. — Ведь все взрослые люди, все хотят жить. Я вполне могу рассмотреть вариант, когда вы чуть-чуть подвинетесь ниже с пяти процентов, а я найду ресурсы отблагодарить вас лично. И размер подарка…
— Пятнадцать! — рявкнуло мурло в фуражке, и я окончательно осознал, что сегодня не наш день.
— А-а-а! — в бешенстве заорал шкипер, оскалив свою огромную пасть.
— Хряп! — слязгали его зубы, когда примчалась охрана и спешно стала наводить порядок.
— Щелк! — сбрякали наручники, и хозяин «Антилопы» отбыл на отсидку в припортовую тюрьму. А нас выгнали из досмотровой зоны, закрыв ангар с кораблем до лучших времен. Учитывая, сколько стоил штрафной постой, таможня решила раздеть нахального капитана до нитки. А с капитаном — и нас.
— Ой-йе! Как мы попали! — осознал открывшиеся перспективы старпом, водрузив безразмерное седалище на скамью в ближайшем кабаке. — Шкипер будет пыхтеть за решеткой, а мы сгнием здесь, на захудалой планете! Ведь куда мы без капитана?!
Было удивительно, как это до старика Буера так быстро дошло. Я бы даже поставил пару грошей на кон, что реальный мир достучится до нашего умника через неделю. Но отсутствие любимой бутылки подействовало намного лучше, чем любые увещевания. И старпом озвучил вслух мысль, которая давно уже посетила каждого члена экипажа:
— Ой-йе, в какой мы… Мда!
Беда в том, что даже если бы мы штурмом взяли пыльную таможенную зону и захватили корабль, вся команда так бы и осталась плясать вокруг мертвой двигательной установки, которую наш благоразумный шкипер настроил на себя. Это уже неоднократно спасало «Антилопу» от попыток угона в тех мрачных дырах, куда нас заносили коммерческие интересы. А заставить наглого и упрямого ящера чуть-чуть подвинуться и отдать его любимый корабль… Проще налетчикам застрелиться с тоски. Или наставить глупое оружие на брюхо кэпа, взлететь повыше и взорваться там всем вместе. Потому как великому фаталисту проще нажать кнопку «Бум», чем слушаться каких-нибудь залетных гангстеров.
А раз шкипер теперь кукует в бетонных казематах, то нам: или искать другого работодателя, или добывать старого. Любым способом.
Сгрудившись за грязным столом, мы переглянулись и все вместе уставились на Счастливчика Боба, беглого каторжанина с дальнего Приграничья.
— Боб! — сказали мы хором, за исключением икающего от огорчения старпома. — Боб, день не задался. Совсем. И если ты не найдешь среди местной швали добрых друзей, эти неприятности легко затянутся на неделю. Или даже две… Слышишь, Боб? И никаких премиальных после распродажи груза нам не видать, как своих ушей…
Молчаливый громила поставил пустую кружку и почесал затылок. Больше всего на свете наш специалист по оружейным системам любил получать от жизни удовольствия: тотализатор, бои без правил, крепкие напитки и девочки в одежде и без. И обещанные премиальные должны были покрыть неделю отдыха Счастливчика. А раз нет шкипера, то нет и развлечений.
Поэтому бывший каторжанин лишь кивнул и отбыл в прожаренное солнцем уличное марево. А мы скупили все спиртное в забегаловке и стали горевать о нашем незадачливом капитане.
* * *Не успели сумерки опуститься на город, как дверь трактира распахнулась, и внутрь ввалились две огромные фигуры, мало уступающие друг другу шириной плеч.
— Томми, — представил нового знакомого Боб.
Чудовищных размеров разумная обезьяна явно переживала не лучшие времена: бурая свалявшаяся шерсть, многократно латаная жилетка и соломенная шляпа с замызганными полями. Но количество оружия на перевязях и поясе превышало все разумные пределы, демонстрируя серьезный характер их обладателя. Будь среди нас проктолог, он бы наверняка нашел еще пару пулеметов в разных необычных местах.
— Томми несколько раз посетил местную тюрьму, знает там все закоулки и готов помочь вызволить шкипера. Даже сведет с нужными людьми, кто может рассказать о последних полезных новостях перед штурмом. Но в счет оплаты просит забрать его с планеты. В последние дни местный климат утомил моего друга.
— Он ведь из гладанитов? Точно? И его раса участвовала во всех бунтах и революциях за последнюю сотню лет в Приграничье? — забеспокоился старпом.
На нас пахнуло тухлым политическим запашком. Но Боб поспешил развеять необоснованные подозрения:
— Ты что, Буер! Я бы никогда не связался с психопатическими! Томми — свой парень. Просто он неудачно попытался на днях заглянуть в банк. Кто же знал, что в тот момент там будут получать зарплату местные вояки. И теперь у них вместе с копами огромный зуб на моего друга.
Экипаж успокоился и нацедил остатки спиртного гостю: банк — дело житейское. Главное, чтобы никакой политики…
Но не успели мы принять подобие вертикального положения, как оба гиганта озвучили очередную неприятность:
— Ладно, парни. Пора идти… Местные умники высылают заключенных на рудники раз в неделю. Пополняют так городскую казну. И следующая отправка завтра утром… Если мы хотим увидеть капитана живым, нам нужно добывать его прямо сейчас. Или ищи его потом по всей планете…
Нам ничего не оставалось, как двинуться в набегающую серость уходящего дня, начав спасательную экспедицию под должным градусом принятых горячительных. Ой-вей, капитан, мы уже идем!
* * *Среди всполохов рекламных огней текли реки разумных существ: хвостатых, крылатых, в тряпье или пижонистых костюмах. Наступивший вечер гремел музыкой, слепил неоновыми вывесками и всячески заманивал ротозеев в бесконечную череду увеселительных клубов и игровых залов. Относительно честные и откровенно жуликоватые заведения выкачивали из посетителей деньги, выплевывая изредка невменяемые тела нам под ноги. Как говорил какой-то мудрый человек: чем больше яркого света в замызганном переулке, тем чудовищнее падение нравов за распахнутыми дверьми. Не помню только — в какой клоаке я это услышал.
Неудачно посетив несколько сточных канав в округе, мы все же добрались до выхода на центральную площадь. Здесь, рядом с медленно катившими мимо машинами, у разбитого фонарного столба на груде пустых коробок удобно устроился карлик в теплом махровом халате. Собравшись вокруг коротышки, экипаж с трудом сфокусировал раздвоившееся изображение в подобие мутного пятна и выслушал краткую, но весомую характеристику специалиста тайной жизни припортовых закоулков:
