Алый флаг Аквилонии. Железные люди
- Все может быть, товарищ Петров, - хмыкнул капитан-лейтенант Голованов, - хотя мне кажется, что Посредник швыряет нам сюда все, что у него оказалось под рукой, не разбирая, по какую сторону фронта будут сражаться те или иные пропаданцы.
- Не скажите, Николай Иванович, - возразил Сергей-младший. - Все три взвода морской пехоты были выброшены у вас на пути вполне целенаправленно, и только после того, как вы договорились об объединении для совместного перемещения в Аквилонию, в общую кучу полетели лейб-гусары, британцы, матросы с «Аскольда» и греки с Самофраки. Не исключено, что на обратном пути нас будут ждать еще сюрпризы.
- Да, - подтвердил капитан-лейтенант, - это совсем не исключено, а, напротив, более чем вероятно. Но только хотелось бы знать, какова может быть цель подобного эксперимента Посредника над этим диким миром?
- Обыкновенная цель, - пожал плечами младший прогрессор, - новая цивилизация, свободная от заблуждений и грехов последующих времен, а может быть, даже новое человечество в биологическом смысле. Сергей Петрович как-то говорил, что за тысячелетия постепенной общественной эволюции человечество изрядно регрессировало как вид, и не только в плане физических кондиций. Из-за того, что большинство жизненных вопросов решалось на уровне общественных и государственных институтов, и каждому отдельному человеку не надо было над ними думать, мозг среднего представителя хомо сапиенс относительно нынешних времен усох где-то на десять процентов. А там у нас, в двадцать первом веке, во властных кругах и вовсе нашлись люди, которые решили окончательно отучить народные массы от привычки думать. Как заявил министр образования господин
Фурсенко, камней ему в почки и якорь на шею, школа должна воспитывать квалифицированных потребителей -то есть превращать человеческих детей в чавкающих у корыта свиней, которым мозг без надобности, достаточно и желудка.
- Есть такая история, - хмыкнул подпоручик Акимов. - И чтобы она полностью сошла на нет, я думаю, потребуется какая-нибудь титаническая встряска, вроде окончательного разрыва со всем западным миром, и новая Великая Отечественная Война - к чему в среднесрочной перспективе там все и идет. Иначе от привычки к бездумью не отучить. Что касается местных дел, то мне кажется, что замысел Посредника подразумевает замену длительной социальной эволюции мгновенной, в историческом смысле, революцией. Цивилизация, неожиданно возникшая в самых неподходящих условиях, должна рвануть вверх с низкого старта, как баллистическая ракета, выпущенная из шахты подводной лодки. Но только нашего участия для такого рывка будет явно недостаточно. Когда мы решим все поставленные перед ними задачи и окончательно утрамбуемся в аквилонском обществе, следует ожидать появления представителей какой-нибудь еще более высокоразвитой космической цивилизации из отдаленного будущего, которые вытолкнут Аквилонию на новую технологическую ступень...
Капитан-лейтенант Голованов тяжело вздохнул и с недоверием спросил:
- Как же, товарищ Акимов, в отдаленном будущем может образоваться высокоразвитая космическая цивилизация, если вы сами говорили, что после краха Советского Союза мир там у вас попал в технологический тупик, который некоторые даже обозвали концом истории?
- Если не будет ядерной войны, товарищ Голованов, то и из технологического тупика тоже можно рано или поздно выйти, - ответил тот. - Но я, честно говоря, подумал не об отдаленном будущем своего исходного мира двадцать первого века (того же, откуда происходят и товарищи основавшие Аквилонию), а о перспективном развитии миров, уже скорректированных Посредником в лучшую сторону. И самые большие надежды в этом плане я возлагаю на мир, из которого сюда пришел взвод лейтенанта Гаврилова. Ведь он только внешне похож на тот, откуда происходите вы, Николай Иванович, а на самом деле всего-то за год далеко ушел от него, и не только в ходе боевых действий, но и во внутренней и внешней политике Советского Союза.
- Будем надеяться, товарищ Акимов, что вы правы, а я слишком пессимистичен, - пожал плечами командир «Малютки». - Впрочем, я не стал бы сейчас забегать далеко вперед, даже мысленно. Сперва необходимо решить текущие задачи, благополучно добраться до Аквилонии, и только потом можно задумываться о том, что будет дальше. Тем более что и аквилонское руководство, и нас с вами одолевают предчувствия какого-то ужасного враждебного вторжения, которое Посредник может устроить вскоре после нашего прибытия на место назначения. У кого-нибудь есть соображения по этому поводу?
- Тут нужен специалист по истории Франции или хотя бы местный житель, - сказал Сергей-младший, а потом, поднявшись на ноги, крикнул: - Ванесса, иди сюда, пожалуйста, ты нам нужна!
Старшая жена доктора Блохина подошла через пару минут, и вместе с ней подтянулись медсестры-практикантки.
- Добрый вечер, месье командиры, - вежливо поздоровалась Ванесса Блохина-Нуари с присутствующими и спросила: - Слушаю тебя, Серж, что ты хотел мне сказать?
- Мы хотели бы знать, какие войны в период после падения Римской империи и до наших дней шли на территории Аквитании - в частности, в окрестностях Бордо, и, соответственно, каких враждебных пришельцев Посредник может сбросить на наши головы? - спросил младший прогрессор.
Немного подумав, девушка ответила:
- В двадцатый, девятнадцатый, восемнадцатый и семнадцатый век никаких сильных военных действий в Аквитании не быть. По-русски в военном смысле это называется «захолустье». Даже так называемый «движение федералист» во время Великой Революции в Бордо был подавлен мирным средством. Одиночный беглец от революционный террор, как Виктор де Легран, быть может, а крупный отряд нет. Тогда в Бордо казнил всего сто человек. Шестнадцатый век хуже. В Бордо был свой маленький Варфоломеевская ночь, католик резал гугенот. Но и только. Беглец от погрома быть может, а большой отряд нет. Пятнадцатый век - в Бордо, в битва при Кастильон, кончался Столетний война. Местный население поддерживал Англия, а победил Франция. Англичане убежать, а француз их ловить. Крупный отряд быть не может, сила сторон быть маленький, потому что все устал от война. Четырнадцатый и тринадцатый век много маленький война Англия против Франция. Небольшой отряд наемник ходил туда-сюда. Потерявшийся банда может прийти, и никто о ней не вспомнить. Девятый век - два раза набег викинг на Бордо. Восьмой, седьмой и шестой век Аквитания воевал франк, араб, вестгот и бургунд. Известный факт - битва при Пуатье. Но от нас это далеко. Как там быть, точно я не сказать. Это был давно. Пятый век -римский император отдать Аквитания под поселения вестгот. Все.
- Картина маслом понятна, - сказал лейтенант Гаврилов, когда француженка замолчала. - При таком раскладе брать нас Посредник может только численностью нападающего отряда или количеством атак с разных сторон. Патроны к нашим автоматам и пулеметам закончатся довольно быстро, а потом придется переходить на вооружение с американского парохода. Боеприпасы - это вообще наша главная проблема, и экономить их придется очень жестко, чтобы в критический момент не остаться безоружными.
- Основной груз американского парохода, процентов семьдесят, это винтовочные патроны, которые подходят и к «люськам», и к станкачам Браунинга, - сказал Сергей-младший. - Патронов к дробовикам значительно меньше, а пистолетных - только самый мизер. А станкач при грамотном использовании - это еще та сенокосилка. Например, римский отряд Андрей Викторович, Сергей Петрович и дед Антон положили перекрестным огнем трех станкачей, да так, что потом для капитуляции выживших потребовалась только самая минимальная доработка напильником.
- А вот это, товарищи, вполне здравая мысль, - воздел вверх указующий перст поручик Авдееев. - Против любого отряда из указанных времен фланкирующий огонь из станкачей будет просто чудодейственным средством... и неважно, сколько окажется врагов: пятьсот или пять тысяч, а также пешими они будут или конными. Все полягут как один, особенно если аквилонские товарищи сделают хотя бы несколько тачанок, чтобы активно маневрировать огнем на поле боя.