Игровая площадка для грешников (ЛП)

— И так что у нас здесь? — С любопытством спросил Джей-Джей, разворачивая меня и толкая спиной к затемненному окну бара. — Если ты хочешь посмотреть, как мне отсасывают, у этого есть своя цена, знаешь ли.
— Клянусь тебе, мне было неинтересно на это смотреть, — прорычала я, низко наклоняя голову, так что поля моей бейсболки скрывали мое лицо, но, конечно, он не собирался спускать мне это с рук.
Джей-Джей взял меня за подбородок и заставил посмотреть ему в глаза сквозь розовые линзы моих новых солнцезащитных очков. Я задохнулась, глядя на когда-то знакомое лицо мальчика, которого я любила, и видя всю чуждость мужчины, в которого он превратился, одновременно пытаясь понять, как, блядь, я собираюсь сбежать от него.
— Кто… это моя футболка? — спросил он, нахмурившись, когда его взгляд скользнул по мне, прежде чем вернуться к моему лицу. — И мои солнцезащитные очки?
— Нет, — выпалила я, потому что, конечно, из всех людей мне пришлось пойти и обокрасть именно его. — Должно быть, у нас просто одинаковый дерьмовый вкус в одежде.
Джей-Джей лающе рассмеялся, а затем сорвал кепку с моей головы, прежде чем надеть ее на себя.
— Эй, — прорычала я. — Это мое.
— Назовем это обменом. Эта футболка и очки стоят около двухсот баксов, и я предполагаю, что твоя кепка и близко нет.
— Вообще-то, она стоила мне столько же, сколько и очки, — ответила я, поджав губы, потому что все, что было на мне сейчас, досталось мне бесплатно. — Но я возьму эти двести баксов, если ты хочешь выкупить их у меня?
— Подожди-ка секунду, — сказал он, протягивая руку, чтобы сорвать очки с моего лица, и уставился мне в глаза так, словно увидел чертово привидение, и вся враждебность исчезла с его лица в одно мгновение.
Мое сердце подпрыгнуло прямо к горлу, закрутившись в этой жалкой насмешке над всем тем, что я когда-то чувствовала к нему, прежде чем смогла запереть это чувство.
— Роуг? Ты… это действительно ты? — он выдохнул, как будто на самом деле не верил тому, что видел собственными глазами. — Ебать, ты стала сексуальней за последние десять лет…
Я взмахнула кулаком и изо всех сил ударила его в челюсть, а затем нанесла быстрый удар коленом по яйцам, потому что пошел он на хуй, а потом я исчезла. Я повернулась и побежала, рыча на себя за то, что вообще подумала о возвращении в это проклятое место и к парням, которые здесь жили.
Джей-Джей погнался за мной, матерясь из-за своих ушибленных причиндалов, но дворняга появился из ниоткуда и с яростным рычанием вцепился ему в лодыжку, давая мне больше шансов убежать.
Я побежала к джипу, на ходу вытаскивая из кармана отвертку и распахивая дверцу, когда добралась до него.
Я прыгнула за руль, воткнула отвертку в замок зажигания и завела старую машину с протестующим воем с ее стороны.
Я крикнула дворняге, чтобы он поторапливал свою волосатую задницу, и он помчался за мной, а Джей-Джей прямо за ним, и как только маленький пес запрыгнул в машину, я включила задний ход и рванула с места, задев на ходу «Mustang», погнув ему задний борт.
Джей-Джей начал проклинать меня, но мне было все равно, мне просто нужно было убраться нахуй подальше от него и этого места. Мне не следовало возвращаться сюда. Это была ужасная идея. Мне просто нужно было устремить взгляд на горизонт и продолжать ехать до тех пор, пока я не перестану видеть Сансет-Коув даже в зеркале заднего вида.
Я выехала на оживленный перекресток, нажала на педаль газа, и джип выбрал именно этот момент, чтобы махнуть рукой на мою жизнь. В одну секунду я летела вперед, а в следующую уже остановилась посреди гребаной улицы, и теперь побитый оранжевый «Mustang GT» перегородил дорогу передо мной.
— Стой! — Джей-Джей заорал тоном, который говорил, что он привык к тому, что люди его слушают, и я отмахнулась от него, оглядываясь в поисках другого пути к отступлению.
Проклиная свою удачу, я потянулась под пассажирское сиденье и схватила свой скейтборд, а затем вытащила его.
Гудели клаксоны, люди ругались и кричали, чтобы мы убирались с этой гребаной дороги, но я проигнорировала их всех, перелезла через сиденья на заднее сиденье машины и выскочила на улицу, когда Джей-Джей выпрыгнул из своей машины.
  
— Роуг, вернись, — потребовал он, но это было твердое «нет» с моей стороны.
Он бросился на меня, но я увернулась от него, стащила дворняжку с переднего сиденья, опустила его на землю рядом со мной и бросила свой скейтборд на тротуар.
— Не смей! — Крикнул Джей-Джей, и я ухмыльнулась ему, запрыгивая на свою доску, оттолкнулась и помчалась вниз по склону.
Мне пришлось сосредоточиться на том, куда я направляюсь, так как дворняга мчался рядом со мной, и к тому времени, когда я смогла оглянуться, Джей-Джея уже нигде не было видно.
Я рассмеялась про себя, когда морской бриз растрепал мои волосы, и я помчалась к набережной, чувствуя, как в моих конечностях гудит победа. Но мне и стало плохо от того, что я увидела его. Сердце заныло. Желудок скрутило. Все болело.
Вот и все. У меня был ответ. Связываться с парнями-Арлекинами было серьезно плохой идеей, и мне просто нужно было убраться к черту из города, пока они снова не нашли меня. Я найду себе новую тачку, украду немного денег и уеду до наступления темноты. Это не стоило того, чтобы рисковать и оставаться. Я забуду о ключах, секретах и всем остальном, лишь бы никогда больше не видеть никого из них.
Как только я приблизилась к подножию холма, прямо передо мной с боковой дороги вылетел оранжевый «Mustang», и я закричала, пытаясь предотвратить неизбежное, прежде чем врезаться в капот и кувыркнуться прямо через него.
Я упала на задницу с другой стороны, локоть ударился об асфальт, и я потеряла из виду свою доску и свою собаку.
— Дворняга! — Крикнула я за пять секунд до того, как маленькая белая собачка перемахнула через капот машины и принялась с усердием вылизывать мое лицо.
Я с проклятием поднялась на ноги и столкнулась лицом к лицу с Джей-Джеем Бруксом, который улыбался от уха до уха, рассматривая меня.
— Прямо как в старые добрые времена, а, Роуг? — он поддразнил. — Ты никогда ни хрена не умела кататься на скейте.
Он схватил меня прежде, чем я успела повернуться и убежать, а я пинала и проклинала его, пока он тащил меня к задней части машины и открывал багажник.
— Не смей! — Я закричала, пытаясь ударить его снова, но он только рассмеялся, затолкал меня внутрь и через мгновение захлопнул крышку.
— Поедем повидаемся с парнями, — весело откликнулся он откуда-то из-за пределов моей удушающей тюрьмы.
— Джей-Джей Брукс, выпусти меня отсюда, сейчас же! — Кричала я, брыкаясь и матерясь.
— Да, да, скоро выпущу, — ответил он. — А теперь прекрати орать, иначе я не возьму с собой собаку.
Я замолчала, услышав это, гнев разлился по моим венам, руки сжались в кулаки, и я посмотрела в том направлении, откуда доносился его голос.
— Возьми и мою доску, — потребовала я. — И я хочу обратно свою гребаную кепку.
Я стоял у кухонного островка с разложенными на кремовом мраморе листами заметок, положив ладони плашмя на поверхность. Сегодня было жарко, и Чейз открыл раздвижные двери, так что из бассейна передо мной дул ветерок, хотя высокие стены вокруг него слишком сильно препятствовали этому бризу. Чейз лежал снаружи на одном из шезлонгов с сигаретой в углу рта и стаканом рома с колой в другом. Не было еще и десяти утра.
Рядом со мной стоял недопитый протеиновый коктейль, приготовленный из свежих фруктов и соевого молока. Я начал следить за своим здоровьем примерно с того момента, как унаследовал от отца свой пост в команде «Арлекин». Его наследие определяло мою кровь, моих врагов, мой статус. Но я управлял бандой не так, как мой отец. И приоритетом для меня была защита близких мне людей от наших конкурентов так долго, как это, блядь, только было возможно. Поэтому я следил за тем, чтобы всегда быть в форме и здоровым, чтобы быть уверенным, что я лучше всех справляюсь с этой ролью, но я не мог ничего поделать со своей способностью уворачиваться от пуль. Вот почему я стал стрелять первым, а задавать вопросы потом. Я видел слишком много хороших людей, которые колебались, когда сталкивались с трудным решением, и в конечном итоге погибали из-за этого. Поэтому я стал плохим парнем, чтобы защитить самых близких мне людей. Я готов был получить сотню пуль за Джей-Джея и Чейза, лишь бы они не получили ни одной. И я бы выпустил сотню пуль в сотню черепов по той же причине.