Игровая площадка для грешников (ЛП)

— Ты был нужен мне, — выдохнула я, не в силах остановить слетевшую с моих губ правду, хотя и знала, что получу за это.
В его глазах мелькнула едва заметная вспышка чего-то, кроме тьмы и ненависти, прежде чем он покачал головой, словно отказываясь верить в это, и я почувствовала этот отказ, как удар под дых.
— Да? Что ж, это глупо с твоей стороны. Я просто мертвый груз, красавица. Я тонущий корабль, утопающий в крови, и любого, кто приблизится ко мне сейчас, рано или поздно затянет в пучину. Я предлагаю тебе бежать далеко и не оглядываться назад. Сансет-Коув сгорит. Все, что мне нужно сделать, это убить Лютера, и остальные костяшки домино упадут сразу за ним…
— Подожди, — выдохнула я, вставая и хватая его за руку. — Что значит убить Лютера? Мне сказали, что он мертв, что теперь я здесь в безопасности. Если он все еще жив, то пребывание здесь для меня — смертный приговор…
Маверик долго смотрел на меня, а затем расхохотался, явно уловив какую-то шутку, которую я пропустила. — Мертв? Ты серьезно думаешь, что этот ублюдок мертв? Мне кажется, что «Арлекины» держат тебя за гребаную дуру, красавица. Хотя не знаю, почему ты удивляешься, ведь они — кучка гребаных лжецов. В конце концов, они всегда были такими.
Мне показалось, что из меня вышибло воздух, а легкие сжались и горели. Я просто уставилась на него, приоткрыв рот, и пытаясь осмыслить сказанное. Лютер Арлекин был жив? Отец Фокса, человек, из-за которого я потеряла все, что любила, и страдала с тех пор каждый день, человек, который вынес мне смертный приговор, запретивший возвращаться в этот город и видеться с мальчиками, которые когда-то были для меня всем миром, был жив? Что. За. Нахуй?
У Маверика зазвонил телефон, и он ответил на звонок, вырывая свою руку из моей хватки.
— Ты на месте? — потребовал он ответа, его темные глаза метнулись ко мне, и ухмылка тронула его губы. — У меня есть достоверные сведения, что «Арлекины» приближаются. Как только увидишь их, позвони мне. Я скоро приеду. Я пришлю тебе эсэмэску с дальнейшими инструкциями.
Он отключил звонок, а я все еще была переполнена яростью из-за гребаной лжи, которую мне наговорили остальные, что просто уставилась на него, когда он бросил свой телефон на стол и наклонил голову, чтобы посмотреть на меня.
— Черт, ты ведь всерьез думала, что им не насрать, да? — жестоко спросил он, и в его глазах блеснул мрачный юмор. — Ты начала думать, что, возможно, сможешь обрести все то, что у тебя когда-то было с ними. Пожалуйста, не говори мне, что ты приехала сюда, в надежде найти во мне того мальчика, которого когда-то знала. — Маверик рассмеялся надо мной, и я с размаху ударила его кулаком в челюсть, прежде чем успела придумать что-то получше.
Он схватил меня за горло и швырнул на свой стол так быстро, что я успела только ахнуть, когда он склонился надо мной, прижимая к столу, а мое сердце бешено колотилось в груди, и я схватила его за запястье, пытаясь оторвать его руку от себя.
— Скажи мне, красавица, сколько из них трахнули тебя с тех пор, как ты вернулась сюда? — спросил он.
— Что? — Я ахнула, глядя в его глаза, когда он склонился надо мной, и его лицо оказалось прямо над моим. Его хватки на моем горле было достаточно, чтобы удержать меня на месте, не перекрывая при этом доступ воздуха и не причиняя мне настоящей боли, но после того, что сделал Шон, это все еще чертовски пугало меня.
— Ну, Фокс рассказывает всему миру, что у него есть эксклюзивный доступ между твоих бронзовых бедер, и поскольку он знает, что папочка со дня на день вернется домой, чтобы отрезать твою хорошенькую головку, я предполагаю, что он по полной использовал твою киску. Но я также знаю, как сильно Чейз и Джей-Джей жаждали попробовать тебя на вкус. А после того, как ты похвасталась членом Джонни Джеймса, я могу предположить, что он хорошенько использовал его с тобой. Черт, я бы даже не удивился, если бы они поспорили, кто из них сможет трахнуть тебя первым. — Маверик фыркнул от смеха, но в его устах это прозвучало фальшиво. Я просто не знала, что это значит. Маска, которую он носил, так плотно прилегала к его чертам, что я не могла разглядеть его настоящего.
  
— Отпусти меня, Рик, — прорычала я, извиваясь под ним, а он просто улыбался, когда я боролась и била кулаками, выглядя так, словно ему действительно доставляло удовольствие видеть мою панику.
— Не начинай позволять себе верить в мечты, Роуг, — сказал он, бросая свой мобильный телефон и ключ на стол рядом со мной, а потом протянул руку, чтобы убрать волосы с моего лица, прежде чем провести большим пальцем по моим губам. — Я совершил эту ошибку однажды и никогда не повторю ее снова. Если что-то кажется слишком хорошим, чтобы быть правдой, значит, так оно и есть. Так скажи мне, какого хрена ты здесь делаешь? Потому что ты, блядь, пришла сюда не только для того, чтобы продать этих ублюдков за ключ. Ты хочешь от меня чего-то еще.
В дверь громко постучали, и Маверик, злобно усмехнувшись, отстранился, оставив меня лежать на столе, задыхающуюся от страха, с колотящимся сердцем и самым отвратительным чувством, бурлящим в моих венах. Потому что, как бы мне этого ни хотелось этого признавать, в какой-то степени я наслаждалась этим. Мне нравилось, что он показывает мне худшие стороны себя, потому что в этом не было никакой наигранности. Я не хотела притворяться, что эти мужчины — те мальчики, которых я когда-то знала, потому что они давно доказали, что я их никогда не знала. И уж точно они не знали меня теперь. Поэтому я хотела заглянуть в глубины его тьмы и понять, смогу ли я выжить после падения в нее или она утопит меня, если я попытаюсь.
Маверик рывком распахнул дверь, и я заставила себя сесть, взглянув на его мобильный и ключ, которые он оставил рядом со мной.
Он бросил на меня взгляд через плечо, а затем вышел наружу, чтобы поговорить с тем, кто нас прервал.
Мои губы приоткрылись от удивления, когда я поняла, что он только что предоставил мне прекрасную возможность сделать то, зачем я сюда пришла. Я планировала попытаться включить какую-нибудь сигнализацию или каким-то образом создать впечатление, что на это место напали, но украсть его мобильный телефон было в тысячу раз проще.
Хотя я начинала серьезно сожалеть об этом плане. Зачем я подставляла свою чертову шею под удар ради людей, которые не сделали бы того же для меня?
К черту «Арлекинов».
Но и к черту Маверика тоже.
И нахуй Шона, пока я этим занимаюсь. Навсегда.
Я взяла телефон Маверика, обнаружив, что он все еще разблокирован после его звонка, и быстро проверила вызываемые номера, чтобы найти нужные мне контактные данные.
Я прижала язык к щеке, обдумывая варианты. Я могла бы забыть об этом гребаном плане, позволить «Арлекинам» катиться к черту и оставить их разбираться со своими проблемами самостоятельно. Но если я это сделаю, то сожгу за собой мосты, и что тогда? Просто останусь здесь, на острове психов, и позволю Маверику продолжать швырять меня, как тряпичную куклу? Нет, спасибо.
Кроме того, у меня было незаконченное дело с этой троицей лживых ублюдков. Так что я буду придерживаться плана, а потом пойду и сверну им гребаные шеи, заполучу в свои руки их ключи и взорву их чертов мир, прежде чем сбегу к чертовой матери, как и планировала с самого начала.
Я набрала сообщение Эклзу с телефона Маверика, сообщив ему, что остров подвергся нападению и что ему нужно срочно вернуть всех своих людей для его защиты. Затем я сунула его телефон в карман, взяла свой собственный и повесила ключ Маверика на кожаный шнурок на шее рядом с моим.
Я подбежала к сейфу, схватила два лежавших в нем пистолета, затем схватила пачку наличных, разбросав их по комнате, как дикарка, прежде чем броситься к окну.
Оно уже было широко открыто, чтобы впустить бриз, и я перелезла на тонкий карниз за окном, со страхом глядя вниз, на бездну тремя этажами ниже. Затем я присела на корточки, ухватилась за подоконник и повисла на нем, сделав резкий вдох, прежде чем спрыгнуть на балкон комнаты внизу.