Тебе меня не получить (СИ)

– Это такой завуалированный намёк, что мне умнее с собой покончить?
– Можно и так, – не стала отнекиваться Арей. – А можно просто наслаждаться жизнью, не пробовал? Не отвечай, знаю, не пробовал. Я вот, например, глубоко убеждена, ты понятия не имеешь, что значит по-настоящему за женщиной ухаживать и никогда в жизни не пытался этого сделать.
– Ошибаешься, пытался, – хмуро пробормотал Ноэ, складывая руки на животе. – Не оценила.
– Ты ей преподнёс кухонный котёл?
– Изумруды.
– Не слишком шикарно, но для начала не так плохо. И что же ей не понравилось?
– Пожелание душевного здоровья. Или спокойствия, что ли? Один, не помню я. В общем, я хотел сказать… Честно, не знаю, что хотел сказать, но получилось криво.
Эймар всё-таки растёр маску и выругался сквозь зубы.
– Мальчик мой, ты безнадёжен, – с искренним сочувствием, будто к умирающему, протянула тётушка. – Запомни главное правило: подарки надо преподносить молча, а ещё лучше сунув кляп в рот. Мешать даме наслаждаться твоей щедростью – это хамство. Вы же, мужчины, непременно ляпните что-нибудь такое, после чего только и остаётся оскорбиться. Кстати, какого цвета глаза у твоей жены?
– Э-э… Кхм… – Ноэ откашлялся смущённо, выпрямляясь в кресле. – Тёмные?
– Для влюбленного мужчины ты поразительно наблюдателен! – всплеснула сухонькими ладошками старушка.
– Я не влюбленный…
– Но скажи на милость, почему изумруды, раз глаза тёмные?
– А что надо?
– Например, рубины. Тогда, если язык за зубами удержать не в силах, можешь сказать, что камни похожи на её губы. Или жемчуг, напоминающий улыбку. Ещё хороши бриллианты – это вообще беспроигрышный вариант.
– И на что похожи бриллианты?
– А это не важно, они сами по себе хороши. Впрочем, «блеск твоих глаз» вполне романтично. Значит так, начни с…
– Тётя, я начну с того, что мы уедем в провинцию, – устало напомнил Ноэ.
– Начнём мы с того, что твоя супруга захочет уехать с тобой в провинцию, – припечатала Арей.
Эймар тяжко вздохнул. Кажется из всех идиотских идей, являвшихся ему в последнее время толпами, мысль обратиться за советом к родственнице была самой дурной. К тому же, решение он всё равно принял и менять его не собирался.
***
Драгоценный супруг, блистательный атьер Ноэ, которого, кстати, родители назвали Эймаром, о чём Ора благополучно забыла и не вспомнила бы, не подскажи служанка, дожидался жену на открытой террасе. И увидев, что ей приготовил муж, с чего-то решивший вдруг стать заботливым и внимательным, Роен горячо пожалела, что вообще из спальни вышла.
Да, вид был по-настоящему великолепным. Громадная терраса светло-розового мрамора бликовала в солнечном свете как глыба льда. Прозрачные занавески, явно выполняющие исключительно декоративную функцию, под ласкающим ветром надувались парусами между колоннами. От каменной балюстрады спускался газон уступами, который прорезал ступенчатый фонтан. И кругом цветы, цветы, цветы – всех форм, размеров и тонов.
А вот прямо посередине эдакого богатства стоял стол, накрытый к завтраку.
Параллели, конечно, не были совсем уж параллельными, например, белоснежную скатерть в мире демона не перехватывали гирлянды роз и лент, но всё же Ора замялась. К сожалению, атьер, столбом темнеющий рядом со столом, это заметил.
– Что-то не так, атьера? – поинтересовался супруг, видимо, окрылённый приступом заботливости. – Если вас не устраивает вид…
Вот конечно! Вид Роен сейчас интересовал больше всего.
– Нет, просто я не голодна, – не без труда промямлила Ора.
– Вы не хотите меня видеть, – пришёл к совсем уж логичному выводу Ноэ и, кажется, помрачнел.
Хотя, что там разберёшь под этой маской?
– Нет, я хочу… То есть я не хочу… – Роен вконец запуталась.
Говорить, что она не хочет, а просто-таки мечтает увидеть, как на физиономии дражайшего муженька фингалы расцветают, было бы, наверное, лишним. И уж тем более не стоило озвучивать такое при слугах, которых тут тоже хватало.
Ноэ, наконец что-то такое сообразив, непонятно хмыкнул и сунул руку в карман камзола. Оре показалось, будто в кулаке он зажал нечто сильно смахивающее на бархатный мешочек, в котором украшения хранят.
 
Ну точно, сейчас только ещё одного колье и не доставало!
– Вы не против… – атьер явно замялся, что на него было, мягко говоря, не похоже. – Вы не против со мной прогуляться?
– Нам нужно поговорить? – выпалила Роен.
– Нет, – так же быстро ответил Ноэ и замолчал.
Наглухо.
Да уж, можно сказать, свидание молодожёнов проходило в тёплой, почти дружеской обстановке.
– А зачем нам тогда гулять? – осторожно поинтересовалась Ора, вдоволь намолчавшись.
– Чтобы свежим воздухом дышать? – предположил атьер, и раздражения в его голосе было гораздо больше, чем допускали все правила приличия скопом.
– Ну, хорошо, – не слишком уверенно согласилась девушка.
Конечно, она твёрдо решила продемонстрировать мужу, что такое по-настоящему счастливая семейная жизнь, но происходящее казалось слишком уж странным. Не известно ещё, кто кому и чего показать собирается.
Ноэ вежливо, но отстраненно предложил жене руку, помогая ей спуститься с террасы, а когда они оказались в парке, тут же отпустил, да ещё на шаг в сторону отошёл, будто заразиться боялся. Прогулка проходила в молчании, но наслаждаться свежим воздухом атьер вроде даже и не собирался, создавалось полное ощущение, что шагает он вполне целенаправленно.
Ора похвалила себя за догадливость, когда они подошли то ли к беседке, небесталанно вписанной в обломок поросшей мхом скалы, то ли небольшому гроту, и Ноэ придержал дверь, пропуская девушку вперёд.
Внутри оказалось интересно: сначала короткий тёмный коридорчик, потом довольно большой и совершенно круглый зал, накрытый стеклянным куполом. Стены тоже оказались прозрачными примерно до половины, а ниже поясом шла мозаика из голубой и белой плитки, кусочков слюды и зеркал. На полу же были выложены облака и мастера каким-то чудом сумели направить свет так, что казалось, будто солнце не за стеклом потолка, а пробивается через мозаичное небо.
– Красиво, – почему-то шёпотом оценила Ора, медленно поворачиваясь.
Ноэ, ничего не ответив, отошёл к стене, что-то скрипнуло и по куполу заструилась вода. Роен вскрикнула, машинально закрываясь руками: сначала ей примерещилось, что поток хлынет прямиком на голову, но потом сообразила, что фонтан, центром которого стал грот, бьёт снаружи.
А зал совершенно преобразился: свет бликовал в воде, в плашках слюды и зеркалах, россыпи солнечных зайчиков скакали по стенам, кувыркались на стёклах, пятнали пол, облака стали ещё реальнее, почти ощутимыми. Казалось, что грот медленно вращается, отчего легонько закружилась голова.
Ора и не хотела, а засмеялась, расставив руки – несмотря на творящееся волшебство, всё-таки тянуло опереться на что-то материальное. Ноэ тут же шагнул к ней, оказавшись за спиной, придержал под локти.
– Вам плохо? – спросил напряжённо. – Некоторые к таким эффектам привыкнуть не могут. Если хотите…
– Здорово! – выдохнула Роен. – Нет, правда, это же здорово!
– Грот дед построил, – пояснил атьер гораздо увереннее, – для бабушки. То есть, конечно, он не сам строил, по его приказу и планам возвели. В общем, старик был ещё тем затейником. А теперь позавтракать не желаете?
– А всё прямо сюда принесут? Сквозь воду? – Ора и понимала, что спрашивает что-то не то, не серьёзное, но любопытство на самом деле одолевало.
– Нет, внизу есть небольшая кухня. Плиты пола раздвигаются, и поднимают уже накрытый стол. И кресла. И если ещё что-то понадобится. Правда, там не только это.
– А что ещё?
Роен глянула на атьера через плечо.
– Кровать. Тоже со всем необходимым, – смертельно серьёзно ответил муж.
– Шутите? – после немалой паузы уточнила девушка.
– Да как вам сказать… – озадачился Ноэ. – Про кровать нет, не шучу. Она действительно есть.