Деревенщина в Пекине 2 (СИ)

— Ваша позиция более чем ясна, — киваю в знак полного согласия. — На вашем месте я поступил бы абсолютно аналогичным образом. Здравомыслие и осторожность в делах такого масштаба — превыше всего.
Ван Мин Тао возвращается к изучению снимков. Видно, что каждую деталь он разглядывает с удвоенным, если не утроенным вниманием, дабы исключить малейшую возможность подвоха.
— Что ж, увиденное меня устраивает, — бизнесмен откладывает телефон и переводит взгляд на нас. — Теперь мне потребуются контактные данные лиц на той стороне, уполномоченных принимать решения о возможной купле-продаже вверенного им товара. Вы можете предоставить?
До Тхи Чанг, немного поколебавшись, поначалу тянется к своему смартфону, но в последний момент уточняет:
— Вы не могли бы хоть в общих чертах обрисовать ваш план действий?
— Можете ни о чём не беспокоиться, — твёрдо отвечает Ван, безошибочно уловив нотки недоверия. — Мы заключили с вами сделку, я привык всегда держать данное слово. Репутация в бизнесе — не пустой звук, поверьте многолетнему опыту.
— Переживаю не столько за деньги, сколько за сам бизнес, в который вложено много труда. Я в свои двадцать кое-чего добилась и заработать ещё раз при моей сноровке — вопрос времени, не более. Мне просто любопытно, как именно вы планируете действовать.
— Весь процесс вызволения застрявшего товара я беру на себя. Прямо сейчас направлю своих переговорщиков — китайцы в возрасте, с опытом, владеющие вьетнамским языком. Дальше они сообщат собственникам груза, что такая задержка товара на складе рискована — малейший сбой и всё испортится. Затем предложат продать его по себестоимости. Прибыль ваша. Просто поверьте на слово, при текущих раскладах убедить вьетнамскую сторону принять наши условия не составит особого труда.
— Вы настолько уверены в способности своих людей заключить такую сделку? На таких условиях? — скептически хмыкает вьетнамка.
— Более чем. Не сомневайтесь в их компетентности, — скромно улыбается Ван Мин Тао. — В конце концов, это я даю вам деньги, а не наоборот.
До Тхи Чанг понимающе кивает и пересылает собеседнику несколько номеров в вичат.
Следующие пятнадцать минут ждём, пока бизнесмен согласовывает детали. Ван раздаёт указания, чётко объясняет, что и когда нужно сделать.
Передав исполнителям все необходимые данные — от номеров фур до контактов принимающей стороны, — он сворачивает инструктаж и переводит взгляд на нас:
— После реализации по вашим каналам за мои средства, как мы намерены делить прибыль?
— Пятьдесят на пятьдесят, — без раздумий выдаёт вьетнамка.
Бизнесмен отводит глаза в сторону.
По его реакции понимаю, что такое решение для него не самое шикарное, обычно сама идея мало чего стоит.
С другой стороны, До Тхи Чанг тоже многим рискует. Речь не о голой идее, а о том чтобы показать миллионеру изнутри суперприбыльный бизнес, в котором сейчас дырка на прилавке — всё равно, что оставить сейф с деньгами открытым и уйти гулять, надеясь на порядочность партнёров.
Спустя десять минут его телефон оживает и тишина нарушается звонкой мелодией вызова. Бизнесмен многозначительно переглядывается со мной и включает громкую связь:
— Докладывай.
— Босс, встреча с вьетнамцами назначена, — чеканит невидимый собеседник.
— Отлично. На какое время намечены переговоры?
— Через шесть часов. Насчёт оплаты — можете смело делать перевод, реквизиты я уже выслал на вашу почту.
Вьетнамка аккуратно толкает меня локтем.
— Всё под контролем? — шёпотом спрашивает она.
— Можешь даже не сомневаться.
* * *
Как только Ван Мин Тао направляется к двери, До Тхи Чанг окидывает его ледяным, пронизывающим взглядом. Кажется, я вижу перед собой не хрупкую девушку, а хладнокровного киллера, который сейчас на работе.
— Спасибо большое за помощь, — безэмоционально говорит вьетнамка, стоило бизнесмену покинуть комнату. — Это был первый вариант. Из неизвестного количества возможных.
— Почему ты так легко отмахнулась от совместных счетов? — интересуюсь я, не понимая причин резкой перемены чужого настроения. — Он ведь протянул тебе руку для дальнейшего сотрудничества. Разве не логично было ухватиться за возможность?
  
— Хм.
— Не, что лезу в чужие дела, хочу просто понять. Если уж ты согласилась на разовую сделку здесь и сейчас, почему было не пойти дальше и не перевести партнёрство на системную основу?
До Тхи Чанг возвращается на подоконник и скрещивает руки на груди:
— Этой сделки мне вполне хватит, чтобы закрыть текущие потребности и хотя бы на время обрести некоторую финансовую независимость. А предоставлять ему доступ — всё равно что добровольно распахнуть перед акулой бизнеса дверь собственного сейфа. Мы видим друг друга в первый раз, он сам это сказал.
— Он же и так всё знает. И, несмотря ни на что, готов дать тебе деньги.
— Нет, он даёт их не мне, а посредникам с вьетнамской стороны — тем, на ком лежит прямая материальная ответственность за сохранность и доставку груза, — качает головой вьетнамка. — Если вдруг я возьму и сделаю свои счета прозрачными для Ван Мин Тао, ему тут же станут видны все мои контакты — начиная от казахских поставщиков живого веса и заканчивая вьетнамскими фермерскими хозяйствами. То есть, он получит доступ к сведениям о моих конечных бенефициарах, готовых отдавать качественное мясо за существенный дисконт от биржевой стоимости.
— Ты только за это переживаешь? Или есть что-то ещё?
— Через мои счета он тут же отследит не только производителей мяса, но и транспортные компании. Поверь, правильный выбор перевозчика в этом деле порой важнее поставщика! Из десятков фирм, предлагающих услуги рефрижераторов на маршруте, от силы три-пять работают действительно качественно и ответственно.
— А что не так с остальными?
— Парочка справляется с перевозкой на троечку, с потерей где-то десяти-пятнадцати процентов груза. Фрагментарная разморозка, микробиология внутри холодильника, много чего, — поясняет вьетнамка. — Связываться с остальными — вообще себе дороже, в прямом смысле: риск в итоге не получить вообще ничего стремится к ста процентам. И всех этих поставщиков я тестировала на практике — набивала шишки, получала опыт. За очень большие деньги.
Возвращаюсь в кресло, где ещё несколько минут назад сидел господин Ван.
— Лян Вэй, надеюсь ты меня поймёшь. Я пока не готова. Весь бизнес — это настолько отлаженный, буквально ювелирный техпроцесс, к которому мы пришли сотнями успешных и неуспешных повторений, что это уже интеллектуальная собственность, настроенная, как гитара! — всё не унимается До Тхи Чанг.
— По-моему, так дела не делаются. Это не совсем верный подход к выстраиванию деловых отношений, — возражаю я. — Особенно с тем, кто протягивает тебе руку. Хотя и не моё дело, — спохватываюсь.
— Именно так дела и делаются! — в голосе вьетнамки прорезаются не звучавшие ранее нотки. — Он бы не стал тем, кем он является, если бы он не умел вовремя, э-э-э, видеть момент, скажем так. К тому же…
Она подмигиваети расплывается в улыбке. Спрыгнув с подоконника, вьетнамка оказывается возле меня:
— Если ты, простой парень, нашёл пару лямов баксов по щелчку пальцев, то что будет, если я хорошенько покручусь? Похоже, Пекин — город гораздо больших возможностей, чем мой дом. Я не вижу ничего добросовестного работать с ним в долгую, когда мой сейф открыт, а он стоит рядом. В его бескорыстие я как-то слабо верю, как и в непроходящую готовность довольствоваться одной второй прибыли, когда можно наложить руку на всё. Только вникнуть поглубже и все процессы через себя пропустить.
— Ну что ж, дело твоё, — развожу руками я. — Не хочешь верить — не верь.
— А ещё я хотела тебя пощекотать на упитанность. Вот на какую тему. Это ты один канал сейчас дёрнул. Может, у тебя второй такой есть? Или даже третий? Мы потенциально можем выкупить вторую половину мяса…
Она хлопает ресницами и глядит щенячьим взглядом, становится не по себе. Неужели всерьёз надеется, что у меня в кармане припрятано ещё несколько лишних миллионов про запас?