Академия божественных жен. Бесконечность
– Я не настолько благороден, – Эхран усмехнулся. Казалось, он видел меня насквозь.
Так… ладно. Пора заканчивать с бредом и поговорить уже нормально.
– Эхран, я хочу понять, почему ты решил записаться в нашу комиссию. Ты чувствуешь, что уже на грани? Есть вероятность, что можешь сорваться?
– Вероятность срыва есть всегда. Сейчас она небольшая, но я бы предпочел, чтобы таковой она оставалась. Ты на самом деле переживаешь, Алена? У меня создалось впечатление, что ты обо мне совершенно забыла.
– Я помню. Просто… дела.
Что он вытворяет? И почему я чувствую неловкость?! Я ничего Эхрану не должна. И все же… я обещала присматривать за ним во благо всех окружающих. А сама все последнее время счастливо проводила с Арваном.
– Я наивно полагал, что ты обратишься ко мне за помощью. Чтобы я подсказал тебе, как лучше управляться с Вердвольдом. В конце концов, это был мой мир.
– Был. Но ты подарил его мне. И я имею право им распоряжаться. Разве нет?
– Право имеешь, – Эхран прищурился.
Сделала глубокий вдох, пытаясь собраться с мыслями. Весь этот разговор казался странным: как будто я Эхрану что-то должна, и теперь он закатывает сцену ревности.
– Прости, – я вздохнула.
– Что я слышу? – удивился бог.
– Повторять не буду. Сама не знаю, почему вырвалось. Я ничего тебе не должна! Извиняться тоже не должна. Но я слишком привыкла относиться к тебе враждебно из-за обмана с замужеством. И при этом… старалась игнорировать все хорошее, что ты для меня делал. Да, наверное, я извинилась за то, что врала каждый раз, когда говорила, будто ценю все, что ты для меня делаешь. Теперь, когда брачные узы не давят и не принуждают, я могу оценить по-настоящему.
Эхран слушал меня с изумлением на лице и весьма интригующе вздернутой бровью.
Я вздохнула и продолжила:
– Учитывая твои намеренья, было бы правильней держаться от тебя подальше. Это было бы лучше для нас обоих.
– Не решай за меня. Или ты говоришь об Арване?
– Я говорю о нас с тобой, но… да, для Арвана, как минимум, это было бы безопасней. – Я мотнула головой, сообразив, как странно это звучит. Будто я собираюсь защищать Арвана от Эхрана. Ну уж нет! Больше не собираюсь. В конце концов, они взрослые, самостоятельные мужчины. А я… уже выбрала одного из них. – Однако стоит взять во внимание, что ты в любой момент можешь сорваться. Поскольку я обещала присматривать и помогать, я не стану тебя отталкивать. Все, что я могу предложить тебе, это дружеское общение.
Если большую часть моего монолога Эхран слушал заинтересованно, то на последней фразе помрачнел.
– А если я не захочу общаться дружески? Если меня это не устраивает?
– Вероятно, я ничего не смогу сделать. – Я стойко встретила его взгляд. – Не мне тебе указывать. И я все равно буду вынуждена общаться с тобой, чтобы присматривать. Но ты действительно веришь, что я смогу простить тебе, если однажды ты спровоцируешь Арвана, а заодно и себя? Потеряешь контроль и убьешь его? Думаешь, я смогу простить и когда-нибудь у нас что-то получится?
– Кстати, чтобы этого не произошло. Буду благодарен, если намекнешь в комиссии, что хочешь посетить академию жен.
– Конечно. Я сделаю это.
– В таком случае… – Эхран кривовато усмехнулся, – вероятно, ты победила. Мне придется пообещать, что я не убью Арвана. Однако… провоцировать не перестану, – его усмешка приобрела зловещий оттенок. – Это так весело. А главное, пробуждает эмоции. Как знать, возможно, именно на эмоциях ты все же поменяешь решение и взглянешь на меня по-другому?
– Если ты будешь провоцировать Арвана – это будет меня бесить. Наверное, это не те эмоции, которые ты жаждешь от меня получить?
– Как знать… – на этот раз улыбка Эхрана показалась мне подозрительно предвкушающей.
Глава 4
Эхран стал наведываться часто. Каждый раз, когда комиссия собиралась. Даже чаще, чем Эгран, хотя тому явно было любопытно, к чему приведет этот взрывной коктейль, сменивший некогда уютную атмосферу.
Сегодня Эхран превзошел самого себя. Он заявился с подарком. Преподнес мне шикарную диадему со сверкающими камнями, похожими на бриллианты. Вот только радужные переливы проявлялись отчетливее и ярче – сверкала буквально каждая грань. Под одним углом в глубинах камней вспыхивал изумрудный, под другим – темно-фиолетовый или насыщенно-синий. А на свету они искрились желтым.
Красиво, конечно. К тому же, диадема выполнена в изящном стиле и не кажется тяжеловесной. Чувствуется вкус.
– Эхран… зачем? – упавшим голосом спросила я.
– И ни слова благодарности? Сразу требуешь объяснений? – он усмехнулся, буквально загоняя меня в угол.
Я разозлилась. Отчеканила:
– Благодарю за такой красивый подарок, но я не стану его принимать.
– Мир приняла, а диадему не станешь?
Я могла бы сказать что-нибудь вроде «Тебе вернуть мир?», но, несмотря на раздражение, мозг еще соображал. Я ценю Вердвольд и разбрасываться им, даже на словах, не собираюсь.
– Тогда я была твоей женой. Теперь – нет.
– Но ты и не жена Арвана. А значит, имеешь право принимать подарки и ухаживания других богов.
Знает, куда надавить. Гад! Причем надавил-то он не мне…
– Я против того, чтобы другие мужчины оказывали моей женщине подобные знаки внимания, – заявил Арван и притянул меня за талию к себе. Весьма показательно.
Эхран лишь вздернул бровь, продолжая насмешливо улыбаться. Похоже, его лишь забавляло все происходящее.
– Тебе ли не знать, Арван, что богиня в праве выбирать до тех пор, пока не станет чьей-то женой. Впрочем, Алена превзошла всех наших богинь – она начала выбирать еще с того момента, как была замужем.
М-да. Нехорошо как-то вышло, если задуматься. Стоп. Я была верна Эхрану! Это большее, что я могла сделать, став его женой против воли. Какого черта?!
Я медленно закипала. Арван – тоже.
– Вот и делай выводы, – усмехнулся он, старательно изображая расслабленность, которой не было – я это чувствовала отчетливо. Хотя бы по тому, в каком напряжении рука лежала на моей талии. – Алена выбирала, будучи твоей женой, потому что не хотела быть твоей женой. А сейчас Алену все устраивает, можешь не стараться. Ты упустил свой шанс. Впрочем, никакого шанса у тебя не было. Никогда. Алена не прощает подобных манипуляций.
Взорвалась я уже от слов Арвана.
– Хватит! Мы собрались здесь, чтобы проводить исследования, анализировать, искать способ помочь превращенным девушкам и обезумевшим богам. Я считаю, это не место для выяснения отношений. Или… – я смерила Эхрана строгим взглядом. Затем отстранилась от Арвана, чтобы так же строго посмотреть на него, – если я решу, что мы тратим время впустую, вместо того, чтобы искать способы помочь, я просто выйду из состава комиссии.
Злость Арвана переплавилась в его глазах в нечто обжигающее. Он снова шагнул ко мне, притянул к себе.
– Как скажешь, дорогая. Твое желание – закон. – Его рука скользнула вдоль бока, от талии вверх. Но я была слишком раздражена, чтобы поддаться на эту ласку.
К тому же, голос Эхрана не позволил забыться:
– Так ты примешь диадему? Для богов это такие мелочи.
– Брось эту мелочь куда-нибудь. Поверх вон тех папок, например. Это же не мир.
Я развернулась и направилась к столу, всерьез намереваясь поработать. А диадема пусть лежит здесь, где ее оставит Эхран. Возможно, ему самому вскоре надоест, что эта «безделушка» мозолит глаза?
В свободное время, которого осталось не так много, я решила заняться лепкой из глины. Поздними вечерами уже перед самым сном я почитывала не только книги о перемещениях во времени, но и о силе созидания. Так вот, постепенно погружаясь в теорию, пришла к выводу, что лепка из глины – полезная практика для богини созидания. Еще не создание живого, но уже совершенно точно создание. Хотя бы чего-то.
Поскольку я больше не планировала издеваться над Арваном, остановила выбор на идее слепить котика. Ну а что? Котиков я люблю! Они вдохновляют достаточно сильно, чтобы постараться и не утратить интереса, скажем, слепив только голову. Б-р-р. Вот что я совершенно точно поняла – в созидании важна целостность. Больше никаких голов! Котик от начала и до конца.