Псайкер. Путь изгоя (СИ)

– Весьма глупо было бы тратить столько времени на твоих сошек сейчас, – произнёс Аларон задумчиво, рассматривая собственные пальцы, покрытые кровью из его раны. – Вы все равно все обречены. Пожалуй, оставлю вас на растерзание своим друзьям.
– Нет, предатель, не смей!!.. – крикнул Эатайн, но было уже поздно.
Аларон вонзил посох в землю. Спустя мгновение раздался грохот, с трудом описываемый человеческой речью; Марианна даже закрыла уши, однако ей показалось, что звук был похож на то, как обычно рвётся ткань. Только в этот раз разошлась по швам ткань самого мироздания, это девушка-псайкер со всей ужасной ясностью поняла сразу. Имматериум, Запретные Царство, Обитель Хаоса, всё это время ждущий своего часа, терзающий реальность, хлынул на Серапис во всем своем ужасающем величии – Аларон, великий колдун, сам открыл эту дверь. И как он может быть настолько силён?! Откуда у него ещё хватало энергии после тяжелой битвы? Марианна не была демонологом, но прекрасно знала, что призыв Нерождённых – дело не только запретное и опасное, но и крайне сложное. А теперь всё, похоже, кончено… Девушка прекратила борьбу, отползла поглубже в щель между камнями и заплакала. Через несколько секунд туда, где она сидела, упало сожженное почти до неузнаваемости тело Альве.
Эатайн непреклонным взглядом наблюдал, как расширяется рана в пространстве, как оттуда выходят сонмы и сонмы демонов Архитектора Судеб, – как проигрывается его битва. Битва, призванная защитить Серапис. Инквизитор устало закрыл глаза и мысленно похвалил свою предусмотрительность. Этот мир ещё может быть спасён, но вот его люди, члены его свиты…
Аларон медленно отходил назад, ликующе смеясь. Он знал и отчетливо чувствовал, как над их головами, в самой Атолле происходит почти то же самое, – а скоро так будет во всем Сераписе и секторе Фарида. Вторжение демонов, о котором он мечтал с самого начала Чёрного Крестового Похода, началось. Теперь оставалось только пожинать плоды своего великого триумфа.
– Пожалуй, я оставлю вас. Вы будете первыми свидетелями столь грандиозного зрелища – первыми, но отнюдь не последними, – Чемпион улыбался под своим змеевидным шлемом. Теперь, наконец-то, было даже не важно, что подумает и решит Андроатос – под натиском демонического вторжения слуг Тзинча придётся отступить даже ему.
Эатайн открыл глаза, потянулся к своему поясу. Из разрезанной щеки всё еще обильно шла кровь.
– Роллан, уводи всех, кто ещё выжил, сейчас же. Отступайте на поверхность, на улицы Атоллы, там вы найдете своё спасение. 
– Что? Но учитель… 
– Делай как я сказал! То моя последняя воля. И будь инквизитором лучше…чем каким был я. 
Эатайн вложил в собственную защиту и усиление последние ментальные силы, поднял клинок. Никогда ещё лорд-инквизитор Ордо Маллеус не двигался столь быстро. Он оказался возле чернокнижника за считанные минуты, скрестил с ним мечи. Среди рёва начинающегося вторжения раздался отчётливый звон стали. Роллан, приказывающий всем, кто ещё стоял на ногах, уходить к выходу, краем глаза заметил, как его наставник даже теснит врага. Горстка выживших пробилась к решетке, ведущей наверх, и за ними по пятам, окруженная вихрями варп-пламени, следовала всё преумножающаяся орда Нерождённых Тзинча.
Марианна и Роллан обернулись одновременно, в самый последний момент.
Колдун собирался уйти в портал, им же и созданный, но Эатайн беспощадно теснил его. Однако спасение для Аларона находилось буквально за его спиной, и казалось, что он даже уйдет, безнаказанный…
Де ла Вье вонзил клинок в одно из сердец колдуна и исчез вместе с ним в ослепляющем взрыве крак-гранат и пси-вихрей.
Руксус вместе с выжившими частями сил Имперской Гвардии, оборонявших северо-восточные подходы к столице, едва успели пройти через ворота, когда юноша почувствовал, как содрогается реальность.
Солдаты и техника ещё пересекали огромные черно-белые врата, когда до них раздался грохот битвы. Война перешла на улицы Атоллы. Вдалеке виднелись силуэты вражеских титанов.
  
– Я впервые вижу, чтобы у солдат Империума было настолько тяжелое положение, – признался раненный в правый бок Карл Россе.
Руксус понимал, что как старший офицер, он обязан сохранять стойкость духа перед рядовыми солдатами – и чувствовал тревожный страх Карла. Каким бы славным офицером он ни был, он оставался обычным человеком. Псайкер отвёл взгляд. Он всё ещё не мог принять смерть Альберта, мысленно дав дорогу надежде и словам Ламерта: быть может, его брат действительно только ранен. Сейчас был не самый удачный момент для отчаяния. Юношу так же тревожил уход Кериллана и полное молчание со стороны Марианны. Генерал Оттон ранен, его штаб тоже отступил в Атоллу, так почему от девушки нет никаких вестей? Руксус искренне надеялся, его подруга (подруга ли теперь?) догадается найти укрытие получше, если станет совсем жарко. Пока что только к этому всё и идёт.
Оставшиеся части под командованием Карла Россе успели пройти всего несколько улиц по направлению к южным воротам Атоллы, когда Руксус внезапно упал на колени, словно подкошенный. Рядом тут же возник лейтенант.
– Руксус! Руксус, что случилось?! Ты в порядке?
Юноша приложил пальцы к переносице, взгляд его неопределенно застыл.
– Это всё же случилось… случилось… а ведь я…
– Говори яснее, Руксус!!
Псайкер рывком поднялся, показал на здания поблизости:
– Всем в укрытия, немедленно! Россе, прикажи всем занять оборону, сейчас!
Лейтенант удивился, но повиновался. Потрёпанная колонна, почти перестроилась, когда Атоллу охватили вихри, потоки и молнии пси-энергии. Руксус выстроил вокруг всех солдат ментальный барьер, но его всё равно передёрнуло от увиденного.
Нерождённые Повелителя Перемен хлынули на улицы столицы, и словно с каждой секундой их становилось только больше. Выжившие гвардейцы на несколько секунд застыли в ужасе, все они видели тварей Варпа впервые. Раздались тихие, полные страха возгласы и вторящие им тихие слова молитвы. «Бог-Император, защити нас от всякого, даже неведомого зла»… Карл тоже в шоке застыл рядом с Руксусом, опустив болт-пистолет и саблю.
Юноша острее многих псайкеров ощущал, насколько миры, столь разные, но неразрывно друг с другом связанные, сплелись в это мгновение воедино. Кто-то все же нанёс финальный удар острым кинжалом в грудь умирающего. Хохот, завывания, рык и прочие звуки, едва поддающиеся человеческому восприятию, раздавались словно бы везде: не только глубоко внутри сознания, но и здесь, прямо в ушах. Руксус решил было, что они обречены, раздалась отчаянная, но почти бесполезная стрельба. Сотни лазерных всполохов едва наносили Нерождённым повреждения, и даже от прямых танковых попаданий демонов порой просто отбрасывало. Будучи полу эфемерными существами, они были практически неуязвимы для обычного оружия, и Руксус это прекрасно знал. Он возвел вокруг гвардейцев стену из чистого, белого огня, готовясь умереть бок о бок с этими простыми солдатами, защищать их до самого конца, как вдруг почувствовал ещё чьё-то приближение. Кого-то, совсем ему незнакомого.
Посреди безумного потока пси-пламени и толпы Нерождённых внезапно материализовались, словно из ниоткуда, могучие, рослые фигуры. Их окружал ореол чистого, яркого света, губительного для тварей Варпа, от которого они отступали, визжа от боли и страха.
Воины эти были облачены в серые, покрытые благословенными рунами доспехи.
  
Глава 40
 
С каждым новым разорвавшимся над головой снарядом Кериллану хотелось ускориться, но он разумно экономил силы. Грядущая схватка обещала быть одной из самых важных и сложных, что у него были до этого, а потому следовали прийти к ней максимально готовым.
Чемпион Императора всё же немного ускорил шаг, когда в ближайшее здание рухнул какой-то самолёт. Руки его сами невольно сжали «Призывающего к ответу». Близок час, когда всё это закончится – он сам будет тому причиной.