Псайкер. Путь изгоя (СИ)
Столица Сераписа встретила захватчиков мощнейшим артиллерийским, а затем и пулеметным огнём. Крупнокалиберные турели пробивали насквозь даже легкую технику, не говоря уже о пехоте. Со стороны этот решительный штурм мог показаться чистейшим безумием; армия Андроатоса походила на рой черных муравьёв, собравшийся вгрызться в огромную мраморную статую.
Затем раздался звук, не похожий ни на что, до сих приходилось слышать лейтенанту; словно это пробуждалось жерло кровожадного вулкана. Подняв могучие руки, Титаны выпустили пять огромных небесно-голубых лучей, - и стены Атоллы пошли ходуном, задрожали так, как Россо не мог себе даже представить. Падшие машины войны готовились к новому залпу.
Однако даже они не могли безнаказанно стоять лицом к лицу со столь огромной боевой мощью, и их пустотные щиты постепенно таяли. У того титана, что стоял правее всех, полупрозрачный купол вокруг силуэта становился совсем бледным, почти незаметным. Россо даже мог поклясться, что парочка снарядов попала в корпус самой машины.
Раздался новый рёв: то ли это титан, разозленный резкой, давно забытой болью, то ли пушки вновь собирали мощь для ещё одного залпа. Лейтенант продолжал командовать твёрдым, уверенным тоном, не давая своим людям пасть духом, – хотя он видел, как вытягивались от страха их лица.
Колоссы выстрелили снова, посыпались ракеты с их спин, обрушились снаряды уже вражеской артиллерии, включилась, пусть минимально, даже авиация врага. Россо, прослуживший на этих стенах более тридцати лет, понял, что этот единственный, но решительный они не сдержат, при всей своей выучке, отваге и огневой мощи. Затем последовал оглушительный взрыв, а за ним не менее могучий грохот – это падал именно тот участок укреплений, которым лейтенант посвятил всю свою службу. Вместе с обломками, рухнувшими внутрь Атоллы, закончилась и его жизнь. Произошло то, чего столица Сераписа не знала более шести столетий – её стены были пробиты, и в образовавшиеся бреши стремительно двигалось воинство Чёрного Крестового Похода.
Драконт откровенно скучала, сидя в глубине своего трона.
Левая её рука лениво играла изогнутым клинком, который, на её взгляд, уже давно не вкушал чужой крови, правая тоже словно не находила себе места. Даже взгляд лилового оттенка глаз – и тот блуждал, не зная, за что зацепиться. У ног предводительницы рейда полулежали рабы и слуги, тщетно пытавшиеся развеять скуку своей госпожи.
– И долго нам ещё ждать? – не выдержала драконт.
– Терпение, моя госпожа. Мы здесь всего час, и спешка, учитывая обстоятельства, может нам даже повредить…
Ау’Силла прервала слова своего «советника» взмахом руки, резко встала, приблизилась к чёткому изображению напротив своего трона, где застыли в небе над планетой два враждебных друг другу флота.
– А я вижу, дорогой Затронш, что ты трусишь. Мон’кеи активно занимаются резней – так почему бы нам не присоединится? Они вцепились друг другу в глотки, явно ослабели. Почему мы до сих пор стоим в стороне? Сейчас самое время устроить жатву.
Драконт откровенно недолюбливала Затронша, вверенного ей, как утверждают, в советники. Ни для кого во всем флоте не было секретом, что его прислали с целью наблюдать и оценивать действия одной из младших сестер его величества архонта. Спустя многие годы он наконец доверил своей «дорогой Ау’Силле» несколько кораблей для рейдов, и драконт уже показала себя довольно умелой, жестокой и кровожадной охотницей, – но отнюдь лишенной терпения. Его светлость архонт, наставляя устами слуг Затронша, наказывал тому зорко следить за сестрой, дабы та не натворила глупостей, но главное – не опозорила кабал Истерзанного Сердца и не погубила вверенный ей небольшой флот. Затронш, разумеется, внимал словам господина, однако в глубине души желал нетерпеливой его сестре одних лишь неудач. В конце концов, он был ещё слишком молод, чтобы раболепно служить какой-то соплячке, которая была почти в два раза его младше…
– Вы вольны поступать так, как вам вздумается, госпожа драконт, – Затронш стоял без шлема, обнажив бледнокожее, с высокими скулами лицо, в одинаковых пропорциях покрытое шрамами и татуировками. Темные густые волосы он собирал в высокий затылок, что придавало ему почти аристократический вид, что ещё больше выводила из себя драконта.
– Однако мой долг, как представителя власти вашего старшего брата, его величества господина архонта, предупредить вас…
– Только я здесь воплощаю его власть! – повысила голос Ау’Силла. – Его силу и власть! А ты… ты лишь мелкая сошка, присланная, чтобы досаждать мне. Стоит сказать, здесь и сейчас, при всех, что тебе повезло, дражайший Затронш, что мой венценосный братец так тебя ценит, – она встала напротив него. Уступая в росте, драконт казалась гораздо более ловкой и гибкой. Красновато-рыжего оттенка её изящные локоны развевались огненной бурей вокруг такого же скуластого лица, известного своей отталкивающей красотой, как и у всех чистокровных друкхари в Галактике.
– С первых минут твоего пребывания в моем флоте я поняла, что твоё убийство скорее сослужит мне дурную службу, чем принесет пользу. Как минимум, братец мой точно будет не доволен. Теперь ты, как и все, знаешь, что пока ты в моём рейде… – промурлыкала драконт, – жизнь твоя в опасности. Оглядывайся чаще, дорогой наш Затронш… и прикажи выступать.
Она отвернулась, ясно давая понять, что разговор окончен. Однако Затронш, известный в кабале под негласным прозвищем «Левая Рука», так легко не сдавался.
– А как же просьба наших мягкотелых братьев? Они ещё прячутся в Паутине, и просят, чтобы мы не падали. Вроде там какой-то мон’кей, нужный для их пророческих бредней…
Ау’Силла вновь резко повернулась к нему. В глазах девушки плясали насмешливые огоньки.
– А я не знала, что тебя так заботит мнение наших оступившихся братьев и сестёр.
Затронш начал терять терпение.
– Вовсе нет, госпожа, однако не забывайте, что вы действуете от лица кабала, как представитель вашего брата…
– Вот именно, дорогой Затронш. Я здесь ради рабов, добычи и славы, а не ради дипломатии. Отправь в этот их…Мир-Корабль наш вежливый отказ, или как это у вас тут принято. Я же выдвигаюсь через полчаса. Вот здесь, – изящный палец, облаченный в черную, гибкую броню, ткнул в изображение на карте, – находится это их…как бы сказали эти примитивные формы жизни…прибежище. Настоящий немощный скот, бегущий от войны. Они называют эту клетку храмом. В первую очередь я хочу ударить туда, - а затем мы будем пожинать их тылы, забирая всё больше зверей в свой загон. Мой брат, да славится в Коммораге его имя, будет доволен!
Затронш посмотрел туда, куда указывала драконт, и мысленно признал разумность её плана. Возможно, добыча будет небольшой, несмотря на всё бахвальство, но в том, что там будет мало стражи, сомневаться не приходилось. Левая Рука кивнул, и величественным шагом отправился исполнять волю своей госпожи.
– Попрошу вас благосклонно относиться к нашей гостье.
Марианна вновь бросила на лорда-инквизитора Эатайна удивлённый взгляд. Инквизитор – и просит! Ещё и свою свиту!
Впрочем, заметив рослую фигуру священника девушка подумала, что уж от него ждать теплого отношения не стоит. Смело встретив его недружелюбный, фанатичный взгляд, псайкер поняла, что оказалась права.
– Это святой отец Агустео, Марианна, мой давний соратник. Мы прошли немало битв вместе.
Воин Церкви сдержанно кивнул, и девушка едва удержалась, чтобы не прочесть его мысли.
– Ты пренебрегаешь моей просьбой? – внезапно спросил Эатайн, и из его голоса пропала обычная спокойная вежливость.
Агустео даже бровью не повёл.
– Мы это обсуждали с тобой множество раз, Эатайн, и каждый раз я лишь укреплялся в своем мнении: только агенты Священного Трона, такие, как ты, ещё могут достойно носить клеймо Архиврага. Остальные колдуны опасны, сама их природа низка и тлетворна. Если…