Псайкер. Путь изгоя (СИ)

Реакция Андроатоса позабавила Змеиного Глаза, но не так, чтобы сильно. 
– Неужели он так хорош? И так ли нужны тебе Несущие Слово Вимунда? 
– Я не разбрасываюсь своими бойцами словно мусором, чтобы ты там себе не придумал, колдун. У меня грандиозные планы, и для их воплощения нужна каждая живая душа, любой раб, способный держать орудие. Тем более полезны слуги, способные эффективно повести за собой других. А этот их Чемпион… Тебе хватит знать и того, что на момент моего ухода из Ордена этот малый считался лучшим фехтовальщиком в наших рядах. 
– Лучшим? – улыбнулся Аларон сквозь шлем. – Выходит, он даже лучше тебя, Андроатос?
Этот вопрос поставил его в тупик. Он впервые задумался над ним.
Его и Кериллана отделяла минимум сотня лет службы, и звезда Андроатоса, как преемника магистра Аралеха была в зените, когда всходило солнце Кериллана. Они пересекались крайне мало, общались и того меньше, но всего один раз ему все же довелось увидеть этого паренька в действии. На тренировке против него выставили сразу троих, причем куда более опытных боевых братьев. Мальчишка без каких-то особых усилий победил всех, пропустив всего два удара, и то несмертельных. Это впечатлило Первого капитана, и он тогда тоже подумал, что этого юношу ждёт великое будущее, но не более того. С того случая они виделись лишь однажды, когда сердце Андроатоса уже терзали нерешаемые противоречия, отупевшая злоба и отчаяние. Короткий обмен взглядами и сухими приветственными кивками – вот всё, чем ограничилась их последняя встреча. Даже забавно, что судьба свела их именно сейчас, в столь мрачный, кровавый час. 
– Вижу, мой вопрос озадачил тебя. Видно, всё действительно не так просто. 
– Я бы с удовольствием поспешил бы скрестить с ним клинки, – незамедлительно ответил Воитель, – однако Вимунд ему точно не ровня. Подозреваю, что во всем Походе лишь я смогу победить его в честном бою. Впрочем, лучше до этого не доводить. Я уже повелел любой ценой убить этого сосунка на месте, – надеюсь, мои подчинённые все уже умеют исполнять приказы. 
Тёмный Апостол Вимунд Тацио понял, что поспешил бросить вызов после первых же действий своего врага. Чемпион Анафемы двигался совершенно не так, как обычные астартес. Казалось, что каждое его движение куда более отточено, выверенно, смертоносно. Ничего лишнего, только слепая эффективность. Едва уклонившись от первого выпада, несущий слово впервые в жизни почувствовал себя медлительным, неуклюжим. «Это только его первая атака. Дело плохо. Похоже, остальным всё же придется вмешаться… Темные Боги, дайте мне сил»! 
Кериллан, однако, не спешил ликовать и предпринимать какие-то решительные действия. Сильно увлёкшись атакой, ослабляешь свою защиту – один из первых уроков, что он усвоил в жизни. Нельзя давать противнику и шанса на успех, даже если твоё преимущество очевидно.
Вимунд едва поспевал за противником. В основном уклоняясь, он пользовался булавой скорее как щитом, чем оружием. Ни разу ему не удалось контратаковать, столь страшен был натиск противника. Краем сознания Тацио понимал, что при всём этом с ним бьются далеко не в полную силу, и это даже злило его, но страх смерти был куда сильнее. 
Он увернулся от выпада в лицо, попытался атаковать снизу-вверх, но противника там уже не было. Едва заметив вспышку сбоку, успел пригнуться, однако за первым ударом последовал второй, лёгший на оружие. 
Что ещё неприятно поражало несущего слово, так это, какую легкость его враг умудрялся вкладывать в каждую свою атаку. Он не использовал всю свою силу, но будто всегда, даже в самом гарантированном, смертоносном ударе оставлял для себя лазейку для защиты. Проклятый лоялист всегда со стремительной непринужденностью возвращал клинок в исходную позицию. Его не подловить. 
Вновь сверкнули расщепляющие поля силового оружия, и Вимунд попытался отступить немного назад, перегруппироваться. Где-то раздались отдалённые крики, похожие на приказы. Однако его противник словно этого и ждал. 
  
Кончик лезвия чиркнул по наплечнику, ещё через удар сердца отсёк один из рогов на шлеме. Апостол махнул куда-то в воздух, вроде как даже во что-то попав, но спустя мгновение вспышка боли пронзила его тело. Откуда-то из левой половины нагрудника обильно хлынула кровь. Рана по меркам Астартес ничуть не смертельная, и Вимунд собирался продолжить битву, однако молниеносный второй удар рассёк его грудь от живота и почти до шеи. Колени подогнулись сами собой. Только тогда он увидел, что трижды проклятый цепной пёс Империума даже сейчас держит некоторую дистанцию, не сближаясь с ним окончательно. Булавой, даже если ему хватало сил её поднять, на такой дистанции до него не достать. Проклятие… Почему Боги отвернулись от него? Ведь он был верен им.
– Убейте его! Сейчас же! Темный Апостол, нет!! 
Кто же это кричал? Имеет ли это хоть какое-то значение?
Кто-то возник рядом с ним, треща расщепляющим полем силового оружия. Схватившись за раны, словно это могло остановить кровотечение, Вимунд попытался поднять голову.
Сразу двое набросилось на Кериллана. Поблизости раздалась болтерная очередь, тут же прервавшаяся. Похоже, кто-то из предателей понял, что может попасть в своего. Ещё один спешил поднять своего предводителя, унести с поля боя. Этого Кериллан допустить не мог. 
Клинки сверкали в безумной пляске, и теперь уже этим двум предателям в полной мере пришлось столкнуться со смертоносной отточенностью его движений. С ними ему пришлось изменить своему обычному принципу не спешить в бою; следовало убить их быстро.
Одному несущему слово удалось задеть его наплечник, второй едва не достал до лица, однако Кериллан успел пригнуться, переместиться вправо. К счастью, предатели действовали не очень скоординированно, хоть и явно пытались. Он вознёс очередную мысленную мольбу Императору.
Возможно, Владыка всё же услышал его, ибо «Призывающий к ответу» метнулся быстрее молнии в руках Кериллана, пробив горло одному из несущих слово. Клинок его боевого брата успел полоснуть противника по наколеннику, не задев кожи. Принимая более устойчивую позицию, Кериллан успел заметить, как почти поверженного вожака предателей поднимает один из его прихвостней. Нельзя, чтобы этого ублюдка спасли, нет! 
Короткая болтерная очередь поразила противника за спиной. Возрадовавшись, но ничуть не замедлившись, Чемпион Императора бросился за своей добычей. Предатель, водрузивший своего предводителя себе на плечо, успел только неуклюже вынуть меч. «Призывающий к ответу» отсёк ему сначала руку, а затем впился в горло.
Однако Тацио не упал, хотя должен был. Кровотечение его замедлилось, хотя с момента получения ран прошло не более двух минут – все же Астартес не так просто убить. Темный Апостол встал на ноги и собирался вернуться в бой, но Кериллан не оказал ему подобной милости. Меч Чемпиона рассёк его голову почти до самого мозга, второй удар вошёл ровно в одно из сердец. Последовал мощный удар ногой и короткий полёт, однако кроваво-белого снега под собой Вимунд Тацио уже не видел. 
Капитан второй Роты Ордена Непреклонных, Гизар, учился владеть клинком у лучших мастеров, каких ему только могли дать. Сначала это был старый Олфорд, самый старший в Ордене, если, конечно, не считать Древних. Олфорд застал уже трёх магистров, считая Раума, и делился своим четырёхсотлетним опытом бесконечных войн с молодыми неофитами. Отбыв вместе со следующим учителем Гизара, капитаном первой Роты, грозным Маукаром, старый Олфорд значительно ослабил их ряды. Где же сейчас они оба? Выжили, ранены? Или на них ни царапинки, и они до сих пор спешат на Серапис, мстить за родной дом?
Гизар вспомнил всегда суровое, непроницаемое лицо капитана Маукара, казалось, выкованное сталью и закаленное временем. Когда-то он мог занять кресло магистра Ордена, но почему-то не стал. Закованный в ониксово-чёрную терминаторскую броню, вершину мастерства технокузнецов, он всегда возвышался над полем боя. Вернувшись к своим боевым братьям-терминаторам, ветеранам Непреклонным, лучшим из лучших, Маукар первым принял удар, обрушившийся на сектор Фарида, а разыгравшаяся Варп-Буря окончательно отрезала первую Роту от дома.