Псайкер. Путь изгоя (СИ)

– Вы уверены, что донесения верны?! – прорычал генерал. – Ибо честно говоря, это больше похоже на не очень смешную шутку!
– Астропатические хоры продолжают расшифровывать сообщения, сэр, но пока что нет ни единого повода им не доверять, - отозвалась Мириам. – Расстояние между нами и Илосом минимальное, Варп-Бурь, способных мешать связи, нет.
Оттон шёл в командный пункт как на самый тяжелый бой в своей жизни: нахмурив брови так, словно хотел соединить их.
– Когда я принимал командование, мне говорили, что зеленокожие крепко взялись за Илос. А теперь что?!
Ни Мириам, ни Раммонду нечего было ответить. Они понимали гнев генерала, хоть и не разделяли его.
Эскадра уже давно покинула воды Варпа, и теперь стремительно приближалось к пункту своего назначения. Впереди уже маячил чёрно-серый гигант: Илос, мир-улей.
  
Глава 21
 
Илос, часть первая
Транспортировка шла уже час.
Генерал Оттон внимательно смерялся с картами и донесениями, иногда советуясь со своими старшими офицерами. Несмотря на их звания, более действенные советы давал в основном Раммонд, в то время как Мириам имела явный талант к налаживанию снабжения.
Оттон выглядел сосредоточенным, но в то же время сердитым. Разочарование так и не покинуло его.
«Проклятый Администратум. От него действительно чаще всего больше вреда, чем пользы. Илос, видите ли, запрашивал помощь целых четыре года назад, и теперь, когда мы уже прилетели, преодолев целый сектор, вторжение на планете уже практически подавили. Мы прилетели разбирать объедки с чужого стола. Проклятье, ненавижу»! Но вслух он произнёс:
- Вот здесь, жилой сектор, неплохая высота. Другой полк уже поставил тут тяжелые стабберы, так ведь? Неплохое решение, однако если расположить рядом нашу артиллерию, то она окажет им неплохую поддержку. А вот здесь должны проехать «Химеры»…
Раммонд чётко передавал все приказы генерала по нижестоящим инстанциям, параллельно раздавая советы и общаясь с офицерами ниже рангом. В командном пункте, как и во всей эскадре, царила характерная суматоха. В конце концов, они простые люди, лишённые выверенности движений Астартес.
Подумав о них и вспомнив об эффективности Ангелов Императора в бою, кою ему довелось видеть вживую, полковник Раммонд даже немного опечалился. Биться с зеленокожими ему тоже доводилось: это крайне грозный враг, даже почти добитый. В сражении с ними никакие меры нельзя считать лишними, так что полковник действительно хотел бы увидеть на орбите хотя бы один корабль прославленного Космодесанта, но увы. Адептус Астартес не могут присутствовать на каждом театре военных действий. «Дай Император нам всем сил», отрешенно подумал Раммонд, бросив очередной взгляд на голографическую карту Некатара. « И не оступимся мы, и останется в руках наших оружие наше, дабы дальше биться во имя Твоё».
В этой части корабля часто было очень тихо. Её хозяин позаботился об этом.
Вот и сейчас он сидел в окружении свечей, символов и выдержек из Священного Писания, в полумраке, перед алтарём Владыки. Губы будто сами читали молитвы на Высоком Готике. Так могло пройти много времени – вплоть до нескольких часов. В такие моменты он чувствовал себя особенно живым, словно в него вливается Божья благодать и сам Владыка Людей обращает на Своего скромного слугу всезнающий взор. Мужчина знал: от очей Бога-Императора не ускользнёт ни одна мелочь, происходящая в Галактике.
И потому он неистово, искренне, от всего сердца молился, но не о своём спасении, но о службе, которую он надеялся нести и дальше. Его слова прославляли Владыку Людей и молили о силе, чтобы разить врагов Его и впредь.
За его спиной, откуда-то сбоку раздалось глухое шипение. Двери. Кто-то вошёл в его скромную обитель.
На пороге возникла и застыла в трепетном ожидании щуплая женоподобная фигура. Она не смела нарушать священный покой этого места.
  
Он дочитал молитву, которую начал, после чего встал, огляделся так, словно видел это место впервые. Тусклый огонь свечей действовал успокаивающе, несмотря на то, что кругом царила непроглядная тьма. Ему на какое-то мгновение подумалось, что так, наверное, со стороны и выглядит Галактика – сплошная пелена мрака, кошмара и ужасов, и только свечи – островки света, принадлежавшие Вечному Богу-Императору, могли развеять эту тьму.
Он взглянул на молодую женщину, всё так же смиренно ждущую его слов.
– Значит, время пришло?
Она кивнула.
– Да, святой отец. Генерал объявил о высадке. Все полки в полной боеготовности. Примерное время высадки…
– Это не так важно, моя дорогая Нора. Поспешность – главная слабость глупцов. Неважно, когда, где и как нам уготовил бой Владыка – мы в любом случае примем его, как вызов. Это неизбежно. Так же не вызывает сомнений и то, что эти солдаты не пойдут на битву без моего благословения. Или я ошибаюсь?
Нору настолько поразил этот вопрос, что она не нашлась со словами. Он прошел мимо неё, на его губах, едва видимых в этой темноте, молодая женщина, служительница Церкви, разглядела довольную улыбку.
– Прикажи остальным готовиться к церемонии. Я скоро буду.
Он шёл к ней спиной, но Нора и так знала, как выглядит святой отец Вильгельм: рослый, крепкий, с цепным мечом «Палач» на спине, зубцы которого уже начинали стачиваться. Лицо знаменитого священника покрывала густая россыпь шрамов и ожогов – на нём уже давно нет места прежней, живой плоти. Левый глаз искусственный, ибо настоящий в прямом смысле этого слова вытек из глазницы в том самом бою, который принёс святому отцу славу. Это произошло ещё до его подвига. Волосы светлые, достающие до плеч, но уже давно редеющие. Несмотря на статус, роба совсем простая, с открытым Священным Писанием на широкой груди. Открытые страницы демонстрировали миру, помимо прочего, один из самых любимых постулатов отца Вильгельма: «только в смерти заканчивается долг».
Служба прошла достаточно быстро и в простой, лишённой помпезности обстановке.
Ламерт, стоявший в плотном строю своих однополчан, видел где-то далеко впереди крупную могучую фигуру полкового священника, чьё лицо обильно покрывали шрамы. Так молодой гвардеец понял, что этот святой отец, во-первых, довольно аскетичен, а во-вторых, предпочитает словам действия. Он несет слово Владыки не молитвами, но голосом оружия. Таких Ламерту видеть ещё не доводилось, и глядя на изуродованное лицо священника, он почти не сомневался, что совсем скоро увидит его на поле боя.
Весь их Полк стоял на складе, заранее освобожденном как раз под службу. Здесь построили тысячи солдат, которые теперь через динамики, встроенные в стены и жутковатых детишек-херувимов, паривших над их головами, стояли и слушали молитвы. Им вторил глубокий и безупречно поставленный голос священника, к тому же ещё усиленный теми же динамиками.
– Дай нам Вечный Бог-Император сил, дабы могли мы сразить чудовищ. Сделай наши руки твёрдыми, а глаза – меткими. Не поселяться в нашей душе сомнения, ибо ведомо нам: только Человек может править Галактикой. Мы – огненный разящий меч Владыки, Его молот, Его щит, Его возмездие, что неизбежно обрушится на головы нечистых. С Ним мы не ведаем страха.
Ламерту казалось, что эти слова слышали даже на Илосе. Тем не менее, от них веяло силой, уверенностью…верой. Они зарождали на душе тепло. Истинно, верный слуга Императора не может познать ни страха, ни поражения. Его может настигнуть смерть, но не позор. Гибель на поле боя несет не ужас, но вечную славу, великое искупление. Владыка им всем даровал жизнь – и лишь Он вправе забрать то, что принадлежим Ему по праву. В Своей бесконечности мудрости Он повелевает жизнью и смертью верных слуг Своих, неся еретикам, мутантам и ксеносам ничего, кроме справедливой кары.