Сила искушения (ЛП)

— Дуешься.
— Нет.
— Ты сам себя слышишь? Так говорит тот, кто дуется. — Харли моргнула, когда Джесси вскочил на ноги и перекинул её через плечо. — Эй! Это грубо. Откровенно грубо.
Она попыталась задрать его трусы, чтобы они врезались между ягодиц. Но ублюдок шлёпнул её по заднице! Поэтому она принялась колотить кулаками его по спине. Наконец, он швырнул её обратно на стул.
— Довольна?
Она напряглась на его резкий тон.
— На самом деле…
— Вот и отлично.
Мудак.
  
Глава 16
 
— Ладно, детка, перерыв.
Харли прицелилась кием и нанесла удар. Белый шар сильно ударился о треугольник из пятнадцати шаров. Один из полосатых закатился в лунку и Харли улыбнулась.
— Полосатые шары — мои.
Полосатый или полностью окрашенные Джесси было плевать, по каким шарам бить, учитывая, что на его паре только белые стринги и кружевная сорочка в тон, которая абсолютно ничего не скрывала. Он хотел, чтобы они играли в бильярд голыми, но Харли настояла быть полуодетой, поэтому на Джесси всё ещё были джинсы.
Он ждал, что Харли просто переоденется в топ, но никак не ожидал, что она спустится по лестнице в кружевном боди, которое безумно сексуально и напоминало пытку.
Джесси внутренней застонал, когда Харли наклонилась над столом, чтобы сделать ещё один удар, и её грудь едва не вывалилась из сорочки. Член был настолько твёрдым и тяжёлым, что мешался ходить. Джесси расстегнул пуговицу на ширинке, и Харли посмотрела на его пах, затем сглотнула и вернулась к игре. Но, в этот раз промахнулась. Джесси улыбнулся.
— Моя очередь.
Харли отошла от стола, внимательно разглядывая задницу Джесси, когда он подходил ближе.
— Ждёшь, что победишь?
Обходя бильярдный стол, она чувствовала его жаркий взгляд на себе, напоминающий хищника, наблюдающего за своей добычей. Да она победит.
Ну это продолжалось вплоть до того момента, как он расстегнул ширинку, и налитый толстый ствол возбуждал Харли больше раз, чем она могла сосчитать. Она не могла смотреть на него без желания, чтобы он оказался в ней. Наблюдая, как он загнал в лузу два шара, Харли тихо выругалась. И она, и кошка ненавидели проигрывать. Очевидно, ей придётся немного слукавить. Когда он готовился к следующему удару, Харли сбросила с плеча бретельку и, медленно обходя стол, провела пальцами по краю. И остановилась напротив Джесси. Он замер, заметив упавшую бретельку, которая ещё немного приоткрыла грудь.
— Ты пытаешься отвлечь меня, милая? — спросил он хрипло.
Она изобразила обиду.
— Стала бы я так поступать?
— О, да.
Перегнувшись через стол, она сжала грудь.
— Ты так хорошо меня знаешь. Будешь бить или нет.
Харли улыбнулась его прищуру. Джесси выровнял кий, прицелился, ударил… и шар закатился прямо в лузу. Ублюдок.
Самодовольный Джесси сказал:
— Не нужно шипеть, детка. — Она отвлекала его с подросткового возраста; теперь он привык.
Не сводя с него глаз, она поставила кий на пол. Затем обхватила верхушку и начала поглаживать кий; заставляя Джесси вспомнить, насколько нежно и мягко ласкала его член.
— Хитрый котёнок.
Харли одарила его улыбкой, полной вызова. Она знала, как решительно он настроен на победу. Они составили собственный набор правил для игры и договорились, что победитель будет рулить в сексе, который последует. Он очень любил все контролировать, а она ни разу не отдавала ему полный контроль в постели.
— Признайся, ты хотел бы, чтобы в моей руке был твой член. Ведь только его я должна так ласкать.
Джесси не смог сдержать улыбки.
— А ты молодец. — Она не только вкладывала визуальные эффекты в его голову, но и играла на чрезмерном чувстве собственности. — Не выйдет. — Это оказалось принятием желаемого за действительное с его стороны, потому что он промахнулся. Выглядя очень довольной собой, его пара вышла вперёд. Она загнала один мяч. И ещё один. И, похоже, была готова забить и третий. Он не мог этого допустить.
— Когда закончим, я трахну тебя так, что будет больно.
Белый шар пролетел мимо полосатого и закатился в лузу.
 
Харли выругалась.
— Ты полный мудак
Он подошёл к ней.
— Ты забила белый шар, детка. Знаешь, что это значит. — Они заранее договорились, что если кто-то из них сделает это или забьёт не свой мяч в лузу, последует небольшое сексуальное наказание. Прижав её к столу, он отложил оба кия в сторону, а затем усадил Харли на край стола. Встав между бёдер, он сказал:
— Помни: ты не можешь кончить… если не хочешь проиграть.
Харли ахнула, когда он прикусил её сосок прямо через кружево.
— Помни: у тебя только две минуты.
— Не волнуйся, я буду считать. — Он стянул вниз сорочку, поддерживая её грудь, и крепко ухватился за сосок. Зная, что ей нравится, он посасывал, лизал и кусал твёрдый бутон. Аромат её желания усилился и заполнил его лёгкие, заставив член дёрнуться. Она зарылась руками в его волосы, царапая кожу головы… ему это чертовски нравилось. Он скользнул под сорочку и обнял её, и Харли закусила губу. Стринги с шумом разорвались, а затем Джесси скользнул пальцем по её складкам. Чувствовать его горячий рот на соске, его палец, дразнящий складки, и тыльную сторону его руки, ласкающую клитор… Это было слишком. Её лоно начало сокращаться, но Харли боролась с начавшим нарастать оргазмом.
— Давай, детка, — пророкотал он. — Ты же хочешь этого.
— Этого не случится, — прохрипела она. Взглянув на настенные часы, она улыбнулась. — Две минуты истекли.
— Ты права, — сказал он, в последний раз прикусывая её сосок, прежде чем отступить. Джесси, застонав, начисто облизал палец. Он хотел почувствовать её вкус на языке. Не сейчас.
Харли соскользнула со стола. Её сердцевина пульсировала и горела. Какого чёрта она согласилась на это? Потому что он хотел играть, что было большой редкостью для её пары. Джесси очень серьёзный волк. Не в том смысле, что он не улыбался или не находил развлечения. Дело в том, что у него был такой серьёзный подход к жизни, что, в отличие от других волков, мало играл или шутил. И всё же…
— Твои правила жестоки
Джесси усмехнулся.
— Мой волк тоже на меня злится. Он хочет посмотреть, как ты кончаешь, и услышать твой крик. Всё будет позже.
— Самоуверенный ублюдок.
— Всегда такая раздражительная, когда возбуждена. — Он схватил кий. — Моя очередь.
Харли точно знала, как стереть самодовольное выражение с его лица. Когда он отправил очередной шар в лузу, она схватила один из обеденных стульев и повернула к нему.
— У меня ноги дрожат. — Опустившись на стул, она раздвинула ноги, открывая ему прекрасный вид на то, чего, как она знала, он хотел.
Джесси сглотнул.
— Ты действительно маленькая сучка. — Он приготовился к следующему удару, но не мог отвести глаз от набухших складок Харли. У него потекли слюнки. Сжав болезненно твёрдый член, он быстро погладил себя.
— Прости, я снова тебя отвлекаю? — ласково спросила она. Затем сжала ноги.
Джесси зарычал.
— Раздвинь их. — Её тело принадлежала ему. Он мог смотреть, пробовать на вкус и погружаться в неё всякий раз, когда хотел. — Сделай это, Харли. Покажи мне, что моё.
— Если настаиваешь. — Она очень медленно раздвинула ноги, слегка откинув голову назад, обнажая горло. Он настойчиво просил её показать ему своё горло; иногда она это делала, иногда нет. Она почувствовала, что — каким-то странным образом — он немного завёлся, не зная, откажет она ему или нет.
— Время идёт, Джесси. Конечно, ты можешь закончить игру сейчас… но тогда победила я.
Расправив плечи, Джесси сказал:
— Я не проиграю, Харли, что бы ты ни делала. — И затем он пропустил удар.
Улыбаясь, как… ну, кошка, которой достались сливки, его пара поднялась со стула и прокралась к столу. Возможно, это потому, что она была настолько уверена в своём превосходстве, но без особых усилий забила ещё три шара.