Сияние вечности (СИ)

Используя Ронго и «Молот Эонар», я стал изгонять и освобождать души погибших эльфов Азсуны и заодно исследовать разрушенную и затопленную академию Нар’таласа, отыскивая в её руинах осколки Приливного Камня. Как раз из-за этого случая с разрушением Столпа Созидания, троллям Гурубаши удалось заполучить обломок Приливного Камня, который они нашли на берегу моря, а после использовали его, чтобы призывать водяных элементалей, и в итоге они призвали Повелителя Воды Нептулона, который затопил приливной волной половину их империи Зул’Гуруба, на юге от Каражана.
Сам Приливной Камень Голганнета ранее выглядел как монолитный рунный камень с крупной жемчужиной в центре, сейчас целой осталась лишь жемчужина, а всё остальное было расколото на части. Пришлось буквально по камушку собирать Столп Созидания, обыскивая руины академии, все осколки я забрал с собой и отправился дальше. Вновь объединить Приливной Камень сможет Джайна и Сильвана, ибо этот артефакт позволяет управлять ветром, водой и молниями, а значит для его ремонта необходимы эти стихийные силы.
В Зале Оракула в Каражане я просмотрел события прошлого во времена Войны Древних, чтобы понять, где искать Столпы Созидания и в видениях я узрел битву Малфуриона Ярости Бури и сатира Ксавия. Самым первым ночным эльфом, который связался с Саргерасом был королевский верховный советник Лорд Ксавий, именно он убедил Азшару открыть для демонов портал на Азерот. И Ксавий стал первым сатиром, преобразованным энергией Скверны лично Саргерасом.
Во время боя Ксавия и Малфуриона, в сатира выстрелили стрелой и друид прорастил древко стрелы внутри Ксавия, обращая противника в древо, где душа Ксавия была заперта в Изумрудном Сне. В общем-то, это вот древо с духом первого сатира находилось сейчас в Азсуне, и я решил его также уничтожить с помощью Молота Эонар и своего посоха. Само древо стояло на берегу Азсуны и когда я сжёг его Святым Пламенем, то вдруг услышал:
— Он был полезен для меня и для моего владыки. — произнесла прекрасная сереброволосая эльфийка с золотыми глазами, что миг назад появилась возле берега моря, — Мои слуги передали мне о твоём желании узреть мою красоту, и я решила смилостивиться и озарить тебя своим величием, дракончик. — говорила одна из красивейших женщин, что я видел в этом мире.
— О, королева Азшара, какая честь встретить вас… но, я надеялся узреть вашу настоящую красоту, а не иллюзию, что скрывает ваше истинное величие… я же дракон и предпочитаю более чешуйчатых женщин.
— Тогда, наслаждайся моим великолепием. — стала изменяться эльфийка, с которой спала иллюзия и гладкая кожа женщины покрылась чешуёй, её серебряные волосы обратились в щупальца, а на лбу подобно короне раскрылся гребень с тремя дополнительными глазами.
Тело эльфийки также преобразилось, оно тоже обросло чешуёй, на торсе появилась ещё одна пара рук, а ноги превратились в восемь щупалец.
— Да, вот так мне определённо больше нравится. — покивал я, рассматривая эту сциллу с очень интересной внешностью, но при этом Азшара по-прежнему оставалась прекрасной, — И всё же, королева Азшара, не поведаете мне истинную причину своего появления передо мной?
— Отдай мне Приливной Камень, дракончик, считай это платой за лицезрение моей красоты. — протянула ко мне руку Азшара… к слову, эта нага имела тысяча пятисотый уровень, по силам она была равна Королю-Личу.
— С сожалением должен отказать вам, мне нужен этот артефакт, а у вас были десять тысяч лет, чтобы забрать его из академии, вряд ли бы вас сдержала магическая защита.
— Дракончик, камень лежал там, где я хотела, когда бы он мне понадобился, я бы могла его забрать, а ты же решил похитить его и сейчас отказываешься возвращать. — подобралась ко мне поближе Азшара и её щупальца начали угрожающе ко мне приближаться.
— Приливной Камень может помочь мне добраться до Н’Зота скрытого на дне морском, поэтому он послал тебя забрать артефакт? — задал я вопрос и окружил Азшару барьерами Божественного Света, что усиливались Ронго и Молотом Эонар, — А раньше ты его не забирала, ибо Н’Зот тебе запрещал, ведь ты сама могла им воспользоваться, чтобы избавится от этого Древнего Божка. — приблизил я лицо к хищному личику этой сциллы и смотрел ей прямо в глаза.
 
— Ох, дракончик… Н’Зот тебя боится, он слабейший из Древних Богов. В отличии от твоего отца, ты не подвластен его шёпоту… но должна тебя предупредить, на Азероте есть лишь одно оружие, что может тебе помочь убить Древних Богов — это клинок, воплощающий их силу, его же можно обратить против самих Древних Богов. — рассказала Азшара, что даже и не пыталась выбраться из оков, хоть у неё это и не получилось бы.
— Ксал’атат уже находится в моём распоряжении, не волнуйся. И какую цель ты преследовала, рассказывая мне о оружии против своего владыки? Могу предположить, что королева не хочет быть слугой Древнего Бога. — с улыбкой смотрел я на эту сциллу.
— Я была рождена, чтобы править, а не для того чтобы пресмыкаться перед падшим богом! — подтвердила мои догадки королева, — Отпусти меня, и когда мы встретимся в следующий раз у темницы Н’Зота, я окажу тебе помощь… или изо всех сил постараюсь не мешать. — явно не хотела признавать королева Азшара, что она марионетка огромной каракатицы из Бездны, что закована на дне морском.
— Буду рад вновь узреть ваше великолепие, королева Азшара. — развеял я оковы и отпустил эту сциллу, — Перед тем как мы расстанемся, почините то, что вы разрушили. — выложил я на берег собранные обломки Приливного Камня Галгонетта… сейчас вот и проверим намерения Азшары.
— Я выполню твою просьбу, дракончик. — направила Азшара на сломанный Столп Созидания свой Посох Вечности и из него стали бить молнии, благодаря которым Приливной Камень начал наполняться магией и руны на нём вновь активировались. Азшара вложила все свои силы, чтобы полностью восстановить Приливной Камень.
— Что ж, благодарю, с нетерпением буду ждать нашей новой встречи. — уменьшил я Приливной Камень и приложил к Молоту Эонар, заключая его в кристалл, что помогло наделить оружие силой ещё одного Столпа Созидания.
— Я приготовлю достойную встречу, дракончик. — погрузилась в океан Азшара… которая явно хочет поражения Н’Зота. Учитывая, что Азшара была сильнейшей волшебницей эльфов и её сила превосходила даже мощь Аспектов, возможно это позволило не утратить ей разум, в отличии от Смертокрыла… хотя и мой отец и королева явно безумны, но в разной степени.
Четвертый Столп Созидания можно отыскать на востоке Расколотых Островов в Штормхейме, в этом месте живут викинги-врайкулы и здесь высоко в небе парит часть крепости Ульдуара — Чертоги Доблести, которые местные обитатели называют Вальхаллой. Эгиду Агграмара после Войны Древних забрал себе Один, так что придётся наведаться в его обитель и отнять нужный артефакт.
Пока шёл в Штормхейм, как раз убивал по пути штормовых драконов, сильнейшим из них оказался крупный ящер Нитхегг, что имел пятисотый уровень силы… это почти в два раза меньше, чем мощь изначальных Аспектов, но достаточно близко к силе нынешних Аспектов, которые за прошлые десять тысяч лет растеряли около трети своей мощи — часть они передали в Душу Дракона и их поглотил Смертокрыл, часть они передали Нодрассилу, и их поглотил уже я. Сейчас я был вооружён Ронго, что подавляло драконов, а также «Громовым Молотом Эонар», сочетающим в себе мощь трёх Столпов Созидания, так что Нитхегг умер очень скоропостижно, а уж более слабые рептилии гибли вообще с одного удара.
Штормовые драконы были разумными и делились на несколько стай, какие-то стаи служили Одину, какие-то просто жили сами по себе, но вот как раз стая Нитхегга была злой, а сам этот дракон был местным Смертокрылом. Так что я не просто геноцидил безвинных драконов, а наоборот даже хорошее дело делал.
Рядом со Штормхеймом на меня напала какая-то пантера, пропитанная силой Диких Богов и как оказалось, в логове этой кошки лежало копьё Хална Крутогора — Хищный Коготь, которое благословили многие Дикие Боги во времена Войны Древних. После, потомок Хална — Дорро Крутогор отправился в Штормхейм убить опасную пантеру, терроризирующую юг Расколотых Островов, ну и эта пантера убила таурена и его копьё осталось лежать в логове этой хищной кошки, что под влиянием копья и сама превратилась в Дикого Бога… всё такого же агрессивного, и любящего нападать на всех в округе, чтобы добыть мяса для своего потомства.