Сияние вечности (СИ)

Ясеневый Лес был полон разных энтов, которых друиды начали пробуждать и отправляли их воевать с демонами. Как раз Стражи Ужаса сейчас вели бой с громадными живыми деревьями, самые древние энты имели огромные размеры и мощь где-то трёхсот пятидесятого уровня, но их было не так много.
А вот правая рука Архимонда — Владыка Судеб Каззак, имел шестьсот девяносто пятый уровень и этому демону генерал Пылающего Легиона поручил оберегать своё личное оружие — огромный магический меч, которым Каззак легко перерубал древних энтов.
Левая Рука Архимонда — Каз’Рогал имел силу в шестьсот восемьдесят один уровень, и все Стражи Ужаса, подчинённые этим командирам обладали минимум двухсотым уровнем, так что с энтами они могли воевать без особых проблем, и благодаря энтропическому огню в итоге сжигали противников из горючей магической древесины.
Ночные эльфы не были беззащитными и уже начали организовывать нормальную оборону, но в целом, Архимонду им противопоставить нечего, генерал Пылающего Легиона сильнее любого Аспекта Дракона, а ночные эльфы могут попросить помощи сейчас лишь у Аспекта Природы Изеры, но она в Изумрудном Сне и не просыпается. Видимо на неё тоже сильно повлияла смерть Кенария, всё же она его приёмная мать, которая воспитывала этого Дикого Бога по просьбе Малорна и Элуны.
Малфурион собрал Круг Кенария и вместе с друидами и Тирандой сейчас обсуждали, что им делать против Архимонда, надеяться на меня и на Иллидана они не могут.
А мы с Иллиданом, сейчас вполне успешно истребляли демонов, вместе нам не составило труда убить сначала Каззака, а после и Каз’Рогала, так сказать мы отрубили Архимонду и правую и левую руки.
— Гляди какой у этого демона меч отличный, не хуже чем меч Архимонда. — осмотрел я огромный прямой пылающий клинок Каз’Рогала, которому Иллидан недавно отделил голову от тела, но перед этим я отстрелил демону ноги с помощью взрывной стрелы.
— Демоны умеют делать оружие, эти глефы я забрал у командира Стражей Ужаса Аззинота, его я убил десять тысяч лет назад. А потом, когда меня посадили в темницу, мои тюремщики специально оставили клинки рядом с клеткой, чтобы я видел оружие, но не мог до него дотянуться и использовать для их убийства… как же сильно я хотел прирезать Майев. — осматривал Иллидан вычурные лезвия глеф, — Когда вы с Тирандой начали прорываться в тюрьму, видимо повредили защитный периметр Каземат и в мою клетку начала проникать магическая энергия, так что я смог возобновить магическую связь с клинками и призвал их в руки. Я уже был готов убивать своих тюремщиков, но явилась Тиранда… и весь мой пыл пропал. — опустил руки Иллидан в бессилии.
— Не можешь смириться, что любовь всей твоей жизни тебя отвергла и выбрала твоего брата? — спросил я очевидную вещь, и в это время упаковывал меч Каз’Рогала в хранилище.
— Я, Малфурион и Тиранда росли вместе, и с братом мы постоянно боролись за внимание Тиранды… я постоянно соревновался с ним, чтобы доказать, что я лучше него и что Тиранда должна быть со мной… то, что Тиранда в итоге выбрала Малфуриона, будто говорит, что я хуже брата… сама Тиранда считает меня хуже моего брата! — бросил Иллидан в ярости свой клинок и через миг призвал его обратно в руку.
— Ну, как и говорил, я убил своего брата, и кстати, одной из причин была ревность к моей сестре Ониксии, которую я в итоге сделал своей секс-рабыней.
— Сестра? — уточнил Иллидан.
— Мы ведь чёрные драконы, у нас это в порядке вещей — и инцест, и сексуальное рабство. Кстати, ты тоже можешь убить брата и сделать Тиранду своей секс-рабыней. — предложил я.
— Я не могу навредить Тиранде, я хочу её искренней любви и признания. — отмёл Иллидан отличную идею.
— Ну, Иллидан, пошли дальше убивать демонов, ближайший к нам командир — заместитель Маннорота — Азгалор. Будь аккуратен, Властители Преисподней перед смертью любят взрываться. — предупредил я.
— Где сейчас Архимонд? — решил уточнить Иллидан.
— Архимонд выдвинулся к Горе Хиджал, видимо он понял, что если не поторопится, то останется один в окружении врагов. Сейчас убьём Азгалора, а после вернёмся к Горе Хиджал, посмотрим, как с генералом Пылающего Легиона справится твой брат, а потом, когда станет ясно, что он бессилен, мы с тобой вмешаемся и одолеем Архимонда. Ну и конечно же, Тиранда после этого бросит твоего брата и отдастся тебе… маловероятно, но шанс есть… крайне мизерный. — похлопал я эльфа по спине, и мы продолжили охоту на демонов.
 
— Больше не подбадривай меня, у тебя плохо получается. — попросил Иллидан.
— К слову, я артефактор, так что, когда Тиранда опять тебя отвергнет, я в качестве утешения могу улучшить тебе глефы с помощью собранного демонического оружия. У меня там в запасе есть пара крайне опасных и сильных демонических артефактов, когда я передам их силу твоим клинкам Аззинота, они ещё лучше смогут нарезать демонов на ломтики.
— Думаешь, даже если я лично убью Саргераса, Тиранда все равно не изменит свой выбор? — решил всё же узнать Иллидан моё мнение.
— Иллидан, я тебе уже сказал решение твоей проблемы — братцу рогатую голову с плеч, а Тиранду в кандалы и делай с ней что хочешь… я вот точно так же сделал со своими братом и сестрой-рабыней.
— Если я так поступлю, это будет признание перед самим собой, что я недостоин любви Тиранды. — выбрал Иллидан путь любовного страдальца… но есть в этой ситуации и положительный момент — я могу быть уверен, что этот эльф не станет засматриваться на моих любовниц, ибо его интересует лишь Тиранда.
Властитель Преисподней Азгалор руководил отрядами Стражей Скверны и Гончих Скверны, так что, приближаясь к этому демоническому командиру, нам приходилось вырезать толпы демонических псов и воинов расы мо’арг, у которых я экспроприировал всю демоническую сталь, чтобы создать кузню для улучшения демонического оружия Иллидана.
Сейчас Властитель Преисподней атаковал какую-то крепость Часовых на подходе к горе Хиджал и демонам в данный момент противостояли эльфийки Часовые и друиды, которых недавно пробудил Малфурион и бросил в бой с демонами… отличное у них утро получилось. В целом, друиды-медведи по силе были на уровне Стражей Скверны… то есть, на уровне демонической пехоты, а вот Азголор был для них непобедимым противником.
Маннорот помимо того, что был сильнейшим представителем расы аннигилан, также обладал высоким интеллектом, чтобы строить различные планы и командовать войсками демонов, а вот его лейтенант лишь немного уступал Маннороту в силе, но был более тупым, а также славился своей яростью и желанием разрушать.
Мы с Иллиданом как раз застали момент, как Властитель Преисподней уничтожает отряды друидов, и Иллидан с улыбкой смотрел, как гибнут эльфы… не любит он их, особенно друидов и особенно рогатых, как его брат.
Как раз одной из жертв Азгалора был рогатый друид и прежде чем мы вмешались, Иллидан решил дождаться, чтобы демон его убил. Но этот друид был сильнейшим среди присутствующих друидов, в основном из-за его особого артефакта в виде изумрудной статуэтки дракона, что усиливала его связь с Изумрудным Сном. Однако, в бою с Азгалором друид случайно выронил статуэтку и демон чуть не уничтожил артефакт своим копьём, но я решил вмешаться, чтобы спасти… артефакт, меня он заинтересовал.
Сам Азгалор выглядел, почти так же, как Маннорот, разве что броня была красной, в остальном это был всё такой же гигантский драконоподобный монстр, обладающий чудовищной силой сравнимой с мощью Дракона Аспекта.
Самое сложное в бою с Властителями Преисподней, это уничтожить их быстро и не дать им взорваться, так что пока Иллидан там отвлекал Азгалора и мельтешил у него спереди, я пробрался к демону сзади и накопив в Дюрандале как можно больше Божественного Света, срубил голову демону и из его отрубленной шеи в небо ударил гейзер зелёной крови, что начала гореть энтропическим огнём. Взрыва не произошло, но получился аналог извержения очень скверного зелёного вулкана.
— Так, из сильных демонов остался лишь Архимонд, хотя для этих эльфов любые демоны сильные. — осмотрел я разрушенную крепость Часовых и разбросанные тела раненых или мёртвых эльфов… зато я спас изумрудную статуэтку дракона, она осталась невредимой и судя по моим ощущениям была связана с очень сильным зелёным драконом… потом разберусь, что это за артефакт.