Мы влипли (СИ)

— С чего ты решил, что я начну истерить?
— Все так делают. Ну так что, Полька?
Так вот, на что он рассчитывает. На еще одно представление.
— Отвали, — говорю снова, — лучше уж сидеть в клетке, чем делать то, что ты предлагаешь.
— Что ж, ты сама выбрала.
Он грубо подталкивает в спину, а я спотыкаюсь и чуть было не лечу носом вниз. Но все же удерживаюсь на ногах.
Я не упаду. Не доставлю ему и всем остальным такого удовольствия.
— Иди давай, живее.
Он снова толкает, и я снова иду, попадая в фокус внимания всех присутствующих.
Сидеть в этой клетке перед всеми ними. Придется сидеть.
Слезы готовы брызнуть из глаз, но я сдерживаюсь. Наоборот, повыше задираю подбородок и делаю вид, что вполне довольна текущими событиями. Начинаю представлять, что это вовсе не я и все, что происходит сейчас, происходит не со мной, а с кем-то другим, совершенно мне незнакомым.
— Да в принципе, Семен, мне без разницы, где сидеть, — оборачиваюсь к парню.
Головная боль от резкого движения усиливается настолько, что я на мгновение зажмуриваюсь. Но тут же сжимаю руки в кулаки и снова распахиваю глаза. Шум в ушах стоит такой, что перекрывает все другие звуки, а ответ Семена читаю скорее по губам.
— В смысле? — спрашивает он.
Несмотря на то, что издевательская улыбка все еще кривит его губы, взгляд делается недоуменным.
— А что? — продолжаю непослушными губами, стараясь говорить осознанно.
— По крайней мере там не будет душно, или темно. А будет весело. Я ведь люблю зрелища, а оттуда все будет прекрасно видно. Знаешь, Семен, все девушки так или иначе хотят оказаться в центре мужского внимания. А сейчас, благодаря тебе, я получу его столько, что все подруги обзавидуются. Не об этом ли может мечтать каждая девушка? А если станет скучно, то я вздремну. Ты так удачно придумал с этой водой, что я готова завалиться спать где угодно. А все ваши разборки будут идеальным фоновым шумом. Люблю засыпать, когда перед глазами что-то маячит.
Мне кажется, Семен в шоке от моей тирады.
Он продолжает скалиться, но это лишь попытки сохранить хорошую мину при плохой игре. Внутри меня что-то ликует, несмотря на ужас ситуации.
Я понимаю, что взяла верный тон, и если уж мне предстоит позор, то Семен хотя бы не сможет им упиваться.
Я распрямляю плечи и иду, сжав зубы.
Да, это будет ужасно. Настолько ужасно, что не знаю, как буду справляться со всем этим, но это все будет потом. Сейчас… сейчас пусть он не рассчитывает, что сломает меня какой-то клеткой.
— Оу.
— Ниче так девочка.
Комментарии собравшихся долетают до моих ушей и становятся началом моего позора, но я не реагирую. Все также иду вперед, под контролем Семена, пропуская мимо себя идиотские возгласы. Пытаясь абстрагироваться от всего и смотреть только внутрь себя, и поверх всей этой гудящей толпы.
— Ну, что? — спрашивает Семен, когда до клетки остается всего шаг, — не передумала?
— Нет.
— Прямо нет?
Похоже он все еще ждет от меня истерического припадка или чего-то похожего. Слез и просьб передумать.
Еще надеется, что я доставлю ему удовольствие сопротивлением, которое, как хорошо понимаем и он, и я, окажется бесполезным, а только развеселит толпу.
Я прямо кожей чувствую, как разговоры притихают и все, видимо ждут интересное зрелище с моим участием.
Пожимаю плечами, нацепляю на лицо полуулыбку и спокойно делаю последний шаг.
Делаю, но неожиданно упираюсь в преграду.
Передо мной вдруг, словно из-под земли, вырастает фигура какого-то парня и оттесняет от входа.
— Привет, — говорит он и я с удивлением узнаю в подошедшем Андрея. А еще начинаю понимать, что означает выражение «словно из-под земли».
Замираю.
Мотаю головой, чтобы выйти из транса и убедиться, что это не глюки. И тут же невероятная волна облегчения от осознания, что я не одна.
Представляю, как, наверное, зол сейчас Семен. Если, конечно, все это мне не мерещится.
— Привет, — цедит Семен из-за моей спины, и я понимаю, он не просто зол, а в настоящем в бешенстве.
Значит, появление Андрея не плод моего воспаленного воображения.
 
— Вроде бы был уговор, или нет? — спрашивает Андрей, а я оборачиваюсь к Семену.
Тот чуть ли не зубами скрипит.
— Или ты не держишь слова? — продолжает Андрей, а я смотрю на парня во все глаза.
— О чем он говорит?
— Тогда, может, Матвею и торопиться не стоит?
И Андрей слегка поднимает брови.
— Где он? — рявкает Семен.
— Скоро будет, — отвечает Андрей.
Несмотря на агрессию Семена, витающую в воздухе, голос друга Матвея спокоен и от этого мне становится чуточку легче.
Семен молчит несколько секунд, видимо стараясь взять себя в руки, после чего его тело несколько расслабляется.
— Девчонка вот, живая и невредимая, — произносит Семен уже словно с ленцой, — так что, пусть поторопится.
— Хорошо, — кивает Андрей.
Пока Семен раздумывал над ответом, парень кидал на меня изучающие взгляды, а я старалась улыбнуться. Но мне показалось, он все равно заметил, что со мной не все в порядке.
— Пока что невредимая, — продолжает Семен, — но, если он все же нас кинет… Не поздоровится ни ей, ни тебе.
Семен полностью вернул себе уверенность и теперь в его голосе сквозит неприкрытая угроза.
После этого предупреждения и словно по волшебству за его спиной вырастает несколько крупных и воинственно настроенных парней без печати интеллекта или своего мнения на лицах. Они стоят вроде бы просто так, но я уверена, ждут приказа хозяина.
— Он приедет.
В тоне Андрея полная уверенность и опять же абсолютное спокойствие.
— Хорошо, — кивает Семен.
— А сейчас, если ты не против.
Андрей вдруг подхватывает меня под локоть и разворачивает в противоположенном от клетки направлении.
Ведет меня через толпу и усаживает куда-то. Сам садиться рядом. Парни Семена следуют по пятам, хоть и держатся на некотором расстоянии.
— Ты как, Полин? — спрашивает Андрей, чуть наклонившись к моему уху.
— Нормально. Накачали чем-то. Я пила воду, а туда было что-то добавлено, из-за этого реакции заторможенные и голова болит, но… нормально.
Я все еще не верю, что друг Матвея сейчас здесь и что я избежала той позорной участи, к которой готовилась.
— Я так и понял. Поскольку мы не знаем, что это было за вещество, придется терпеть, пока не пройдет его действие.
— Где Матвей?
— Скоро будет. Не волнуйся, мы вытащим тебя отсюда. Нужно было раньше соглашаться на нашу помощь, но что уж теперь.
— Семен хотел посадить меня в клетку.
Говорю и не верю, что теперь этого не будет.
— Не посадит.
— Ты так уверен.
От облегчения, что не пришлось садиться, до сих пор кружится голова и я словно пьяная сейчас.
— Это часть уговора.
— Какого уговора?
— Внимание! — раздается резкий крик и все вокруг оживает.
Я вдруг понимаю, что мы сидим совсем рядом с рингом и все, что будет на нем происходить, отсюда как на ладони.
Сейчас, в этот самый момент, на ринг выходят двое парней и начинают разминаться, каждый в своем углу. Из одежды на них только просторные шорты до колен, руки закрывают красные полуперчатки. Не такие огромные, как боксерские, а поменьше.
Парням навскидку лет по двадцать. Оба примерно одинакового роста и комплекции.
Тут же на ринге появляется третий парень и дает команду.
Эти двое подбираются, выжидают немного, а потом накидываются друг на друга и начинают дубасить один другого, словно заведенные.
Я отворачиваюсь от ужасного зрелища.
— Какого уговора? — вновь спрашиваю я, — и вообще, как ты здесь оказался?
— Матвей позвонил и попросил узнать, что происходит, пока он едет. Мне проще это сделать, потому что я ближе. Тем более есть кое-какие знакомства.
— Ты тоже участвуешь в таких боях?
— Участвовал пару раз. Очень давно и до появления здесь Семена и его идеи с клеткой. Сейчас нет. Но когда зашла речь, я примерно понял, о чем говорит Матвей. Поспрашивал кое-кого, и информация подтвердилась. Когда Семен позвонил, Матвей поставил дополнительные условия. Что он пришлет своего человека следить за твоей безопасностью и что… в общем, что тебя не будут сажать в клетку.