(не) Признанная фениксом (СИ)

― Как вы выбираете, кто умрёт? ― не удержалась, спросила, ещё и голову подняла, чтобы взглянуть в лицо мужа.
Орм ответил не сразу: сначала бросил быстрый взгляд на меня, затем пару раз глубоко вдохнул воздух, отчего крылья его точёного носа широко раздулись, а после вновь стал смотреть вперёд. Я уже подумала, что не ответит, но тут прозвучало в его привычной ледяной манере:
― Мы не выбираем, алтарь воззвания настроен так, чтобы призвать ту, кто стоит на пороге смерти, дабы избежать протеста здравствующих. Для этого потратилось немало сил, когда фениксы окончательно уверились, что Первый огонь убивает избранниц.
— Значит, вы женитесь на первой попавшейся обречённой? ― устало опустила голову и стала рассматривать густую конскую гриву, на которой плясал круглый солнечный зайчик, неизвестно откуда взявшийся. Солнце было скрыто за густой кроной дубов–исполинов, из-за чего лучи его пробивались сквозь этот плотное переплетение ветвей и листвы, очень редко обозначая себя яркими островками, горящими на тёмной земле круглыми островками.
― Не на первой попавшейся, а на той, что призвана, ― похоже, эта тема мирэ не нравилась, судя по тому, как напряглись его мышцы, и прижата я стала к его груди ещё сильнее. Вероятно, я задела мирэ своим напором узнать поподробнее причину моего здесь появления.
— Значит, ты втайне ото всех женился, чтобы никто ни узнал о твоём бессилии и поэтому ты не используешь магию, не хочешь раскрывать, что переиграл их? ― не стала больше играть с огнём, продолжила изначальную линию нашего разговора. На это моё предположение Орм чуть слышно хмыкнул: похоже, я права. ― Зачем ему это нужно?
― Ты когда–нибудь что–нибудь слышала о «Братьях огня»? ― ледяной тон мужа стал теплее.
― Нет.
― Странно: твой босс был одним из братьев, когда учился.
― Я не настолько хорошо знаю Бруно, ― упоминание Лиса заставило сердце ёкнуть: вспомнилась его недавнее ночное признание. Недавнее… Теперь мне уже казалось, что это было так давно, а ведь не прошло и пары дней. Интересно, а если бы я убрала выстроенный барьер между этим мужчиной и собой, как бы всё было? Смогла бы я открыться ему, принять? Хотя нет, вернее, точно нет: я не из тех, кто позволяют любить, я хочу любить сама. Я хочу таять в объятьях своего избранника, забывать о том, чего боюсь, быть уверена в том, что меня не предадут. Возможно ли такое здесь, в этом мире? Не знаю, пока каждый человек может быть для меня угрозой, а особенно этот мужчина, в чьих объятьях мне сейчас очень даже спокойно, и лошади я не боюсь, и хочется уже теперь чего–то большего.
Так, стоп! Опять меня понесло не в ту сторону!
― Бруно… ― задумчиво повторил имя Лиса муж. ― А почему «непризнанные» Ри?
― Что? ― не сразу поняла вопрос, пытаясь выбить из себя дурные мысли.
― Почему ты стала работать на Лиса? С твоим даром ты могла бы стать королевским целителем. ― Теперь мирэ задавал неудобные вопросы.
― А почему нет? Мне нравится то, чем они занимаются. Возможно, в душе я авантюристка, а о высокой должности я никогда даже и не думала, да и зачем — меня и так всё устраивало. ―Говорила я правду, а то, что недоговаривала, что первопричиной было спрятаться от тебя, «милый», так прости: меньше знаешь ― дольше живу.
Всё-таки даже его откровение не вызвало у меня желания самоубиться, а значит, нужно продолжать держаться намеченного плана ― прожить как можно дольше, и уже после того, как решу, — вновь встретиться со своей подруженькой с косой — вернуть огонёк.
― Но, кажется, мы отошли от темы: так что там с огненными братьями? ― вернула разговор в нужное русло.
― «Братья огня», ― поправил меня Орм, ― когда–то это было небольшое тайное общество, основанное на идее возрождения огня Фьеры. Молодые маги искали способ обойти зависимость нашего мира от магии фениксов, понимая, что мы с каждым поколением становимся слабее.
― Пока звучит неплохо, ― кинула комментарий, немного поёрзав на месте: филейная часть затекла так, что я её уже не чувствовала.
Прежде ездить было легче: во-первых, я сидела всегда сзади своего напарника и держалась сама, во-вторых, никогда не была так сильно прижата, точнее сказать, даже обездвижена, словно меня боялись потерять по дороге.
 
Мирэ при этом заметно напрягся и замолчал. Может, понял, что стоит немного ослабить свою хватку?
― Так где пошёл сбой в благородной идеологии? ― так и не дождавшись «свободы», но всё–таки немного размявшись, задала наводящий вопрос.
Муж внезапно заозирался по сторонам, словно выглядывая кого–то в чаще леса. Я тут же начала всматриваться в редкие просветы деревьев, как и он, но ничего не видела, кроме бесконечно огромных стволов, переходящих в плотную зелёную крону, нависающую над нами.
― Не знаю, где пошёл сбой, ― вдруг продолжил феникс, как ни в чём не бывало, снова глядя вперёд, опаляя мою макушку своим горячим дыханием, ― но почему–то они решили, что у них не выходит из–за нас ― фениксов. Дескать, пока Фьёра питается нашей магией, она не примет другую.
― Но драконы же нашли способ, как жить без вашей поддержки? ― я снова закинула голову вверх, чтобы посмотреть на мужа. Почему–то очень интересовала его реакция на расу, приспособившуюся жить без помощи главенствующей силы.
― Драконы… ― Орм тяжело вздохнул, на секунду остановив свой взгляд на моём лице. Глаза его сейчас грели рубиновым пламенем: яростным, всё поглощающим. Но его огненный взгляд меня никогда не пугал, в отличие от взгляда Крона, скорее наоборот ― завораживал. В эту секунду, что он на меня смотрел, я даже успела прикусить губу, сдерживая притяжение огонька, который, похоже, не упускал шанса ― сразу начинал тянуться к родному источнику, ведя меня за собой.
Проклятое притяжение! Вот за что мне всё это?
Орм же, оторвав свой взгляд от меня, сделал то, что я совсем не ожидала.
Он спрыгнул со своего коня на ходу и, взяв его под уздцы, пошёл рядом.
― Что ты делаешь? ― чуть не вскрикнула от такой внезапной свободы, ловя равновесие.
― Мы почти приехали, ― буркнул мне в ответ несносный принц. ― Хочу немного пройтись.
― Спусти и меня, я тоже устала ехать верхом, ― просьба прозвучала больше похожей на мольбу. Оставаться в одиночестве верхом я совсем не хотела.
― Нет, тебе нужно учиться управлять лошадью, ― с чего–то включил наставнический тон феникс, игнорируя мою просьбу.
― Да с чего ты взял, что мне это нужно? Жила до сих пор без этого умения и сильно не расстраивалась, ― уже совсем не по–доброму начала я ворчать, чувствуя, как ноги принялись вновь каменеть от напряжения, а голова кружиться. И опять–таки теория не помогала, как и то, что коня вёл Орм, и в принципе мне ничего не угрожало. ― Спусти меня, Орм…
― Не понимаю, ты с лёгкость управляешься с клинком, вырубила здоровенного мужика, вытворяешь то, что простой женщине и в голову не придёт, но при этом боишься лошадей? ― вновь проигнорировал мою просьбу феникс, не сбавляя шаг.
― Я не боюсь лошадей, я просто не могу управлять этим существом: всё внутри меня противится этому, я не знаю почему, но это так, ― уже совсем тихо призналась, чувствуя, как руки стали совсем холодными, а ноги начало сводить.
Орм, наконец, взглянул на меня.
Не знаю, что он увидел, но в следующую секунду я уже была на земле и прижата к мужской груди.
― Прости, ― услышала шёпот у своей макушки, ― я ― идиот.
С последним была согласна, но извинения приняла, кивнув пару раз в ответ.
Интересно, что отображалось у меня на лице, что вызвало такую реакцию у мужа, как извинения и объятья? По внутреннему ощущению, что–то очень неприятное, но сейчас, стоя на земле, чувствовала я себя уже очень даже неплохо, вот только обнимашки эти… Короче, моё сердечко опять забилось очень быстро, а мысли разбежались в разные стороны.
С этим определённо нужно что–то делать.
Так, о чём мы говорили? Ах да, драконы.
Тем временем Орм меня отпустил, и мы пошли, не спеша. Я думала, что мы идём в Ламору, который вот–вот должен был вынырнуть из–за исполинских стволов.