Сага о неудачнике 2 (СИ)

Когда полубог развернулся, его ждал сюрприз: я вновь был вооружен двумя мечами, причем один из них был его. В его глазах появилось удивление и легкий страх, но он бы еще больше удивился, если бы узнал, что в моей голове появился чужой голос.
«Это не обычный меч, Серж. Это легендарное оружие. Меч способный искажать восприятие времени — Сильон. Также им можно навсегда убить бессмертного. Но и это еще не все, все легендарные вещи обладают одним важным свойством, они не дают фиксированное количество статов. Они увеличивают твои базовые статы в несколько раз».
Кто это говорил, мне неизвестно, но его голос был исполнен силы и от него внутри у меня все задрожало.
Сильон
Сила х3, Ловкость х3, Магическая сила х2, Выносливость х3, Восприятие х5.
Особые способности: убийство бессмертных.
Встроенный Талант: искажение восприятия времени, на пять секунд. Повторное использование таланта возможно через минуту.
Ограничение: только для людей.
Кажется, что все объяснение заняло целую минуту, но в реальности прошло мгновение. Я ухватился за рукоять меча, и эти знания мгновенно влились в меня. Особенно меня заинтересовало ограничение. Впервые сталкиваюсь с оружием, которое предназначается только для конкретной расы. Вся фишка в ограничении в том, что представитель другой расы может только использовать его особую способность, ни таланта, ни бонуса в виде увеличения статов он не получит.
Ливуал хотел было атаковать меня, но поймав взгляд, остановился, затем метнулся в сторону к одному из убитых им эльфов и поднял меч. Наверняка какой-то великий, но это неважно. Я почувствовал силу. Более того сейчас я прекрасно различил движения эльфа, они были быстры, но не стремительны. С учетом этого меча, зелий усиления и магии усиления мои статы должны выглядеть примерно так:
Сила — 303, Ловкость — 287, Магическая сила — 93, Выносливость — 227, Восприятие — 262.
Ливуал устал и измотан, это видно по его состоянию. Множество ран и одновременный бой со столькими противниками высосали из него почти все силы. Я тоже устал, но не так сильно, к тому же, мои раны были успешно вылечены целительницей. На Ливуале ко всему прочему еще наложено и проклятие от Тайи. И даже так, я чувствую, что он все еще сильнее меня, только сейчас у меня есть шанс победить.
— И как так могло случиться? — спросил он.
— Кто знает.
Я сорвался с места. Он прыгнул навстречу, но стоило нашим клинкам встретиться, как я использовал встроенный талант Сильона — искажение восприятие времени. Время вокруг словно замедлилось. Я прекрасно видел, как не спеша летит удар Ливуала, сместился в сторону, пропуская его, и после ударил в ответ. Время вновь потекло в привычном темпе. Ливуал в последний миг все же успел отклониться и избежать смертельного ранения. Зло контратаковал. Я почувствовал резкую боль в боку. Пусть мне и удалось уклониться, но все же Ливуал смог ранить меня.
Мы продолжили жестокую рубку. Ливуал атакует одним мечом, держа его в левой руке, из обрубка на правой руке течет кровь. И даже с таким преимуществом я никак не могу добиться паритета, на каждую мою удачную атаку Ливуал отвечает двумя. Воистину его звание — не пустые слова. Как вообще подобные монстры могут существовать? Наконец минута прошла, и я вновь на пять секунд смог использовать искажение восприятия времени.
Зал заполняет звон, надсадное кряхтение и хрип. Минута, пять, десять. Мы перестали бесполезно бегать по залу, даже двигаться перестали, просто наносим удары и отбиваем атаки. С каждым мгновением сил остается все меньше. И вот уже в ударах нет былой скорости и силы, они более вялые, как у двух боксеров тяжеловесов раунде в двенадцатом.
Он нанес сильный удар, я прикрылся Сильоном, ткнул «Ночью», Ливуал зарычал, когда ему пронзило плечо, качнулся и упал на колено. Я взмахнул Сильоном, стараясь воспользоваться преимуществом и добить, но в этот миг поскользнулся на луже собственной крови, и упал на бок. В глазах Ливуала блеснуло торжество, он поднял меч, чтобы добить меня, но тут позади него появилась тень. Оборачиваться и отбивать удар у него просто не осталось сил. Так что, когда два клинка ударили его в шею, он просто вздрогнул, из ослабевших рук выпал меч. И пусть кинжалы не проткнули его кожу дракона, но он уже настолько ослаб, что его может повалить любой тычок. Полубог упал на пол. Я же с трудом поднялся, взял Сильон в обе руки, приставил его к груди противника и навалился, что есть силы. Раздался хруст. Ливуал вздрогнул, клинок на ладонь погрузился в его тело. Я же, окончательно обессилев, сполз вниз и повалился на пол.
 
Надо мной появилась тень. На миг у меня замерло сердце, показалось, что это Ливуал. Но нет, это была Элантира. Она поднесла к моим губам бутылочку, я почувствовал во рту вкус зелья лечения. С трудом глотая, я все же смог его выпить.
— Лежи. С Малтианом и Нейтой все в порядке. Лайс, Корвин и Трон тоже дышат. Что с остальными — не знаю.
— Хорошо, — тихо прошептал я и с чувством выполненного долга закрыл глаза и уснул.
Когда Серж пронзил его грудь, Ливуал вздрогнул, но не от боли. Последние минуты боя из-за потери крови он вообще перестал чувствовать свое тело. В тот момент как у Сержа оказался легендарный меч когда-то принадлежавший Ярхвье, Ливуал вдруг осознал, что проиграл. В полной же мере он это ощутил, когда без всякой подготовки охотник стал использовать встроенный в меч талант. Похоже, тут не обошлось без Ярхвье. Понятно, что за игру они ведут. Не вмешиваются, но подталкивают смертных и помогают советами.
Ливуал кашлянул, почувствовав на губах кровь, жизнь медленно уходит из него. Слева появилась расплывчатая фигура, он с трудом различил лицо. Элантира. Сейчас, когда черты лица ее не так четки, она еще больше напомнила ему Ирли.
Это случилось много тысячелетий назад. Тогда еще не было открытых войн между Драконидами, Альваидами и Демонидами. Были стычки, но три великие расы по силе были равны, и никто не стремился начинать войну первыми. Все копили силы.
Именно тогда путешественник и воин Ливуал, сражался в приграничных стычках с демонидами. Не раз и не два он встречался в бою с демонами и даже архидемонами. Но однажды в одной стычке он увидел ее — Ирли. Она была прекрасна, как может быть прекрасна эльфийка, и все же она была демоном: и кожа, и рога — все в ней выдавало представителя враждующей с эльфами расы.
Сначала было первое сражение, после которого они разошлись ничьей. Потом второе. Потом третье. Как-то так получилось, что они специально старались перевестись на другой участок границы, чтобы не встречаться друг с другом, но в итоге все получалось с точностью до наоборот: в первом же бою на новом месте они вновь сходились в схватке.
Они выучили имена друг друга. Они выучили повадки. В бою они даже стали общаться. Узнали любимые блюда и любимые хобби. Ливуал любил пошутить, во время боя, а Ирли всегда смеялась над его шутками. И пусть со стороны это могло показаться жестокой сечей, но для них этот бой был словно танец на балу.
В один прекрасный день к Ливуалу прибежал запыхавшийся разведчик. Он сообщил радостную, как казалось всем, новость: после внезапного нападения драконидов, была пленена сестра короля демонов и непримиримый соперник Ливуала — Ол-демо Ирли. Каково же было всеобщее удивление, что Ливуал вместо того, чтобы радоваться схватил меч и пулей вылетел на улицу.
Он день и ночь преследовал уходящую на восток группу драконидов и в один прекрасный день догнал. Подобно яростному вихрю, он налетел на лагерь ящеров, перебил их всех, уничтожил палатки, а затем, разбив клетку, на руках вынес замершую от удивления и покрасневшую от смущения Ирли.
Любовь, достойная воспевания поэтами, родилась в тот день. Нет, она родилась раньше, но расцвела в тот самый день. Все родные были в шоке, когда Ливуал привел в дом демона и сообщил, что собирается на ней жениться. Ему пришлось преодолеть многое: неприязнь, непонимание и страх. Но он был упорным и вскоре, все свыклись с мыслью, что теперь рядом с ними будет жить семья, состоящая из демона и эльфа.