Бастард рода Неллеров. Книга 4 (СИ)

О боевой подготовке тоже никто не забывает. Молодой ли ты рекрут или уже опытный в военном деле монах, будь добр не пропускать тренировки, которые организует брат Макс.
А мой лейтенант, такое чувство, вообще не спит. Надо будет как-нибудь в приказном порядке определить ему выходной. Не перегорел бы. Морально вымотанный командир мне тоже не нужен.
Кто о чём, а вшивый о бане. Первым делом с дороги велел её истопить, а там, отбиваясь от восторженных вопросов Ника, составившего нам с Карлом компанию, подумал, зачем откладывать беседу с моим разведчиком до позднего вечера? Ещё не известно, в каком я состоянии вернусь с кузиной из лазарета.
В моих покоях, куда я вернулся после помывки, Юлька с Ангелиной вещи уже разобрали. Походное отправили в прачечную, а мне приготовили всё свежее, чистое. Молодцы у меня девушки, расторопные.
Переодеваться при них уже не стесняюсь. Мне так и положено себя вести. Но их присутствие утомляет.
— Девчонки, оставьте меня. — не требую, скорее, прошу. — Не мельтешите перед глазами. Сергий!
— Да, ваше преподобие. — просунул тот голову в мою гардеробную, совмещённую со столовой.
— Ты тоже иди, займись своими делами. Отдохни с дороги, заслужил. — выпроваживаю и его.
Остальные мои соседи по покоям сейчас во дворе. Мне бы по идее тоже к ним присоединиться, дел у меня невпроворот, даже не знаешь, за что хвататься в первую очередь, но могу же я себе позволить хоть немного побыть наедине?
Вот чему я точно научился в своей новой жизни, так это ценить краткие мгновения одиночества, когда оказываюсь предоставленным самому себе.
Редко теперь такое происходит. Сейчас тоже надолго без собеседника не останусь. Подхожу к окну и вижу, как через площадь, где на виселице болтается молодой раб, решивший воспользоваться военной суматохой и сбежать из монастыря, ко мне по вызову спешит быстрым шагом Эрик Ромм.
А стекло-то на окне мутноватое и неровное. Могли бы расстараться у меня поставить качественней. Надо будет распорядиться, если не забуду.
Переодевшись в лёгкий домашний костюм из тонкого батиста, перемещаюсь к себе в кабинет, падаю в кресло, закрываю глаза и прислушиваюсь в ожидании появления разведчика. Караульные у моих апартаментов уже знают, что его нужно пропустить.
Заметил, что походка у сержанта неслышная как у кошки. Если бы не его разговор с часовыми, появление Ромма оказалось бы для меня внезапным.
— Ваше преподобие? — заглянул он в кабинет.
— Заходи, садись. — приглашаю, показывая рукой на стул напротив моего кресла у стола. — Там в шкафчике вино и кубки. Угощайся, если желаешь. Только сам себя обслуживай, девушек я отпустил. И рассказывай, что за важное дело у тебя ко мне.
Как-то он странно смотрит. В сторону. И ни за вином не идёт, ни садится. Приблизился наконец к стулу и взялся за его спинку обеими руками. Выдохнул, вдохнул. Он что, нырять собрался? Так у меня тут не бассейн. Нырнёшь — ударишься головой об пол, а он у меня дубовый.
— Ваше преподобие, — говорит негромко, по-прежнему глядя на высокий шкаф слева у стены. — а я ведь пришёл сюда, чтобы вас убить.
Вот это номер! Мысли не помчались, полетели. Рука судорожно дёрнулась к поясу, где часто ношу с собой кинжал или меч, да вот только сейчас нет ни того, ни другого. Ни на поясе, ни вообще в кабинете. Чернильница вот есть на столе. Тяжёлая. Использовать её в качестве оружия? Не поможет.
Допрыгался, Степан Николаевич? Расслабился? Вот тебе и тут конец пришёл. Магия? А чем она поможет, когда убийца, вооружённый мечом, в четырёх шагах от меня стоит? За то время, которое я потрачу на плетение, он меня в винегрет покрошит. Даже надоевших кольчуги и лат в самый нужный момент на мне не оказалось. Амулет полного исцеления? Так кто же его активирует-то? Приплыли, называется.
Караульные, сволочи, даже не изъяли у Ромма оружия. Нет, это не они сволочи, а я старый осёл. Не отдал соответствующего распоряжения.
В сложной ситуации тяни время. Кто мне это сказал? Не помню, давно было. А может и никто не говорил, а где-нибудь прочитал.
 
— За что, позволь спросить? — стараюсь внешне сохранять спокойствие.
Одно оружие всё-таки у меня имеется. Это развитая ловкость моего юного тела. Может удастся как-нибудь увернуться и убежать?
Подожди. Стоп. Почему одно? Ножик же лежит в столе! Я им воск с мачехиного письма стирал, бросил в стол и забыл. Конечно не бог весть какая защита против меча, но всё лучше чем ничего.
Стараюсь незаметно протянуть руку и выдвинуть ящик. Когда-то в прошлой жизни я неплохо метал ножи. В детстве баловался, а потом и в армии довелось. Вот только, чёртов дурак, адаптировать этот навык под новое тело не подумал.
— Простите, ваше преподобие. — Ромм вдруг садиться на стул. Всё же воспользовался моим приглашением. Передумал нападать? Похоже, ситуация не так критична, как я подумал. Но ножик надо, тем не менее, попытаться достать. — Я не имел в виду сейчас, в этот момент. — наконец он посмотрел мне в лицо, ничего угрожающего там не вижу. — В монастырь. Я прибыл в монастырь, чтобы выполнить заказ на ваше убийство.
Вот даже как? Ничего себе. Вечер перестаёт быть томным. Кидаться на меня с мечом сержант вроде не собирается.
— Ты не похож на наёмного убийцу. — рука нащупала рукоятку ножа, но вынимать его не спешу. — Да и брат Макс знает, знал тебя как разведчика.
— А вы знаете, как должен выглядеть наёмный убийца? — едва заметно улыбается Ромм. — Я действительно служил в подразделении капитана Ронова, только с тех пор многое в моей жизни поменялось. Милорд, ваше преподобие, клянусь, вам ничего с моей стороны больше не грозит. Вы спасли мне жизнь, а такой долг выше денежных обязательств.
Уфф, отлегло. Ножик всё же вынул и, не показывая руки, держу в ней оружие на коленке. Так спокойней. А то, сейчас он не хочет меня убивать, через минуту вдруг захочет. Бережёного бог бережёт, Создатель то бишь. Какой раз себе об этом говорю? Не первый. И вот, чуть не влип.
Как там у Ильфа нашего с Петровым? И на старуху бывает проруха, сказала подруга моего детства польская красавица Инга Зайонц, выйдя замуж за друга моего же детства Колю Остенбакена.
Получается, магия меня всё-таки спасла. Превентивно. Целительская. Да, вот он, немного напряжённый убийца, вытащенный мною из лап смерти, сидит и кидаться на меня с мечом не торопится.
— Я могу узнать подробности? — спрашиваю, поёрзав своим тощим задом в кресле, где спокойно наш виночерпий брат Олег разместится, а он размерами с бегемота. — Ты же знаешь, кто меня заказал?
Надеждам выяснить, кто мой враг, не пожалевший ради моего устранения целых шесть тысяч драхм — три в качестве задатка и три после — увы, не суждено оказалось сбыться. У Эрика Ромма не было даже догадок на этот счёт. Понятно, что кто-то богатый, но вот кто именно?
— Почему ты считаешь, что это не виргийцы? — уточняю. — И акцент у посредника, и то, откуда он прибыл, всё указывает на север.
— Потому что они не дураки. — пожал плечами Ромм. — Не стали бы они так явно подставляться. Полагаю, расчёт был на то, что ваша матушка герцогиня не будет иметь возможности досконально разобраться и станет действовать на эмоциях.
— Мачеха. — поправляю. — Она мне не мать. И эмоции — это не про неё. Нет, она конечно тоже испытывает сильные чувства, вот только руководствуется всегда холодным рассудком. Кстати, как я понимаю, раз решили выставить виновниками моей смерти северян, то как-то должны были и тебя выдать. Так?
В глазах Эрика читаю уважение. Теперь я для него не только спаситель, великий целитель, могучий боевой маг, а и мыслитель. Спиноза. Вольтер. Кто там ещё? Ильин.
— Я это сразу же понял. — дёрнул подбородком мой несостоявшийся киллер.
— И?
— И мы решили за второй частью суммы не возвращаться. Уехать в республику и там на какое-то время затаиться. В Верцию много людей ото всюду стекаются. Мятежники, беглые рабы, дезертиры, изгои из родов или гильдий, там легко среди них затеряться. Через год я бы пришёл к своему армейскому товарищу и напомнил о должке.