Папа за триста дней (СИ)

- Что, даже не побежишь за ней?
Артем скосил взгляд на сваху. Достала его эта баба просто донельзя.
- Нет. Ей лучше отдохнуть. И вам, наверное, тоже, не мешает, - непрозрачно так намекнул Орлов.
- На том свете отдохну, - отмахнулась Роза Эммануиловна. — А пока интересы клиентов превыше всего, знаешь ли. Так вот, это я к чему? Ты, если что, обращайся. Ну, когда она тебя в очередной раз пошлет. Я, за определённую плату, помогу найти вам точки соприкосновения. Это, - Роза Эммануиловна открыла сумку, достала ручку и что-то быстро настрочила на его многострадальном эскизе. — Сумма, в которую обходятся услуги нашего агентства по устройству брака. Работаем с гарантией. Оплата по факту.
- Ничего себе! Да это — грабеж средь бела дня.
Нет, он, конечно, не собирался платить такие деньги. И на нацарапанные каракули взглянул из чистого интереса. Увиденное впечатляло. Может, конечно. там закрался лишний нолик. Но даже так - услуги свахи обходились зверски дорого.
- Поди, не обанкротишься.
- Ах, я ж забыл. У вас исключительно богатые клиенты.
- Да всякие клиенты. Если на то пошло, с того же Козыря я бы поимела намного больше. Скажи спасибо, что я на твоей стороне.
От упоминания Олигарха у Артема задергался глаз. Тот был серьезным конкурентом, он это признавал. И как там Алена сказала? Их история с Козырем началась романтично! Будет что детям рассказать.
Да только черта с два! Если они что и будут рассказывать своим детям, так это то, как она к нему с ними притарахтела. А он ни сном ни духом. Вот ведь смех. Или... нет. Наверное, не стоит ничего рассказывать. Зачем Нике знать подробности? Еще чего доброго решит, что он ее не любит.
- Не нужны нам ваши услуги, я же ясно сказал.
- Уверен?
- Абсолютно.
- А вот Алена считает, что ни один мужчина не предложит ей того, чего она хочет на самом деле. Выходит, ты понял, о чем она толкует? - Роза Эммануиловна впилась в него взглядом, выждала пару секунд, а потом, вся преисполненная довольства, потерла пухлые ладошки: - Ха! Так я и знала. Ты понятия не имеешь, откуда ноги растут!
- Это я не имею понятия? Бред! Алене нужны моя рука и сердце. И я ей это дам.
- Да ты ей сначала нервы верни, благодетель. Эх, ну что за мужик пошел? Сил на вас нет! Пойду я.
И ведь, правда! Собралась и ушла. Артем с облегчением выдохнул. Он ни на секунду не поверил, что сводня поняла Алену лучше его. Потому что он про нее за время, проведенное вместе, кажется, все вообще понял. И оценил по достоинству. Единичный экземпляр. Такой другой больше не было. Да и не нужна ему была никакая другая. Артем Аленку хотел и только с ней свою дальнейшую жизнь видел. Он мог выхватить любую картинку из своего прошлого, того прошлого, в котором Алены еще не было, и запросто её представить рядом. Он мог представить ее в цеху, с любопытством наблюдающей за его работой. Мог представить ее в своем кабинете. В ночлежке, в интернате, возящейся с тамошними обитателями. На рыбалке в резиновых сапогах, или во время сбора лесных грибов — Орлов был заядлым грибником. Но, что еще важнее, Артем мог представить её в кругу родных. Хлопочущей с мамой на кухне, или болтающей с Аришей и Сашкой — женами его братьев. Мог представить ее матерью. Своих детей. Веника. Вероники. И тех, что у них с ней еще непременно появятся.
Артем пробрался в спальню, не в свою - в детскую! И забравшись к Аленке под бок, блаженно зажмурился. Он столько времени искал свое место в жизни, а оно вот где оказалось. И после осознания, куда вел его путь, Артему вдруг стало так легко, что он, опасаясь воспарить над кроватью, обнял Алену и покрепче прижал к себе.
 
Ей все же удалось уснуть, а вот у него со сном в ту ночь вообще никак не складывалось. Поэтому, когда у него в половине восьмого зазвонил телефон, Орлов ответил практически сразу:
- Да!
- Я тебе сейчас скину адрес, приедешь, заберешь малого.
- Чего? - Артем облизал губы.
- Говорю, малого поедешь заберешь. Ты что там - в шоке? Или еще не проснулся? — усмехнулся Ринат.
- Да, - пробормотал Артем, ответив сразу на два вопроса, и растроганно добавил: - Спасибо! Ты не представляешь, как это для меня важно.
- Ну, почему же не представляю? Когда такая беда с сыном.
Второе предложение Ринат тоже произнес с вопросительной интонацией. И Артем, чуть откашлявшись, подтвердил:
- Да. С сыном. Именно.
- Когда познакомишь?
- Скоро. Только немного приду в себя.
Глава 25
Поколебавшись некоторое время, Артем решил Алену не будить. Нацарапал на клочке бумажки записку «Поехал за Веником! Скоро буду», натянул первые попавшиеся под руку вещи. А потом вдруг вернулся к тумбочке, разорвал записку в клочья и написал еще одну: «Ненадолго отъехал. Не переживай. Скоро буду». И на этот раз таки заставил себя уйти.
Всю дорогу до указанного в сообщении брата места Артема преследовал суеверный страх. Стыл за грудиной. А что, если Ринат что-то напутал? Что, если он приедет, и вдруг окажется, что никто его не ждет? И слышать о нем не слышал? Он потому и записку переписал. Не хотел дарить Алене надежду. Не хотел радовать заранее. Уж лучше потом. Когда он будет уверен в том, что их с Аленкой взяла... Что они действительно уже совсем скоро будут снова все вместе.
Следуя указаниям навигатора, Артем свернул с довольно оживленной улицы в подворотню, проехал узкими лабиринтами дворов и остановился у симпатичного небольшого здания, больше похожего на детский сад. Вышел из машины. И вдруг понял, что оделся совершенно не по погоде. Температура явно стремилась к минусовым отметкам. Ничего удивительного. Осень перевалила за середину... Деревья наполовину сбросили листву. И теперь в проплешинах крон можно было рассмотреть холодное белое солнце, которое на мгновение его ослепило.
- Артем!
Орлов резко обернулся. Перед глазами плыли яркие пятна. Зрение подвело, он будто ослеп в тот момент. Благо его направляло сердце... и та внутренняя необъяснимая связь, которая протянулась между ним и Веником ниточкой.
- Веня!
- Артем...
Веник врезался в его грудь с разбегу. Тут же отскочил, явно застеснявшись своего порыва. Или, может быть, так для себя и не решив, уместны ли эти порывы в принципе. К черту! Артем сам его сгреб в объятья. Прошелся ладонями по спине.
 
- Холодный какой! — обхватил маленькие ледяные ладошки своими горячими руками. Сжал. Чувствуя что-то странное. Страшное. Невыносимое. Заморгал. Часто-часто. Кое-как картинка перед глазами обрела очертания. Но тут же вновь размылась. На этот раз никаких кругов. Лишь поволока, вызванная набежавшими будто из ниоткуда слезами.