Пособие для адептки, или Как влюбить ледяного дракона

После того как мне выдали контракт на обучение, я отыскала кастеляншу женского общежития, и меня временно поселили в комнате на третьем этаже и даже выдали форму. Конечно, если не заплачу в течение трех дней, которые мне дали на поход в банк и оформление ссуды, то меня тут же выселят, а форму заберут. Но пока я была безмерно благодарна за то, что могу сходить в душ и переодеться в новое, хрустящее от крахмала форменное платье.
Платье село, как влитое – подозреваю, не без магии. А я, застыв в своей комнате, счастливо выдохнула. Я никогда не жила в таком месте – где в комнате стояло всего две кровати, а не шесть, и они были застелены мягкими темно-синими покрывалами, а не линялыми дырявыми дерюгами. Я никогда не носила такую форму – которая была сшита из плотной, явно дорогой ткани, и была точно по размеру, отчего талия казалась изумительно тонкой, а фигура приобретала небывалую изящность.
– Даже как будто бы осанка появилась, – выпрямившись, пробормотала я своему изображению. Кстати, зеркало в комнате тоже было, что показалось мне неслыханной роскошью и расточительством. А если я его разобью? Надеюсь, нет, иначе придется выплачивать стоимость…
Разложив свои вещи в шкафчике, я оглянулась на вторую кровать. Она выглядела нетронутой, а на придвинутой тумбочке не было никаких личных вещей. Наверное, моя соседка еще не приехала. Ну или у меня не будет соседки, что тоже неплохо. А то вдруг со мной поселится какая-нибудь благородная дама и сразу начнет шпынять за недостаточно голубую кровь и прочее…
Впрочем, пока шпынять меня было некому, и я спокойно высушила волосы, заплела их, перехватив несколько прядей у висков новой голубой лентой, и отправилась искать столовую. В банк пойду завтра: пока я заселялась в комнату, читала длиннющий договор и приводила себя в приличный вид, уже наступил вечер. А значит, банки успели закрыться.
«Ничего, завтра пойду прямо с утра!» – оптимистично подумала я и, распахнув дверь своей комнаты, чуть не поскользнулась на белом плотном конверте, обнаружившемся на полу. А это что такое?
– Дорогая адептка, ты поступила в элитную академию магии, – зачитала я, распечатав послание. – Но тебе нужно доказать, что ты достойна остаться тут. Сегодня на закате мы ждем тебя у скульптуры грустной девы, что в центре парка. Пройди испытание и войди в наше общество – или тебя выживут в первый же месяц.
– Что за бред? – возмутилась я и перевернула лист. Там было витиеватым почерком написано “Женское студенческое общество академии Айвери”. – Какое такое студенческое общество? И почему я должна куда-то идти?
Раздраженно смяв лист, я села на кровать. Я не собираюсь встраиваться в местную иерархию – мне нужно лишь вести себя максимально незаметно, пока не пойму, кто из однокашников высший маг. А потом придумать, как сблизиться с ним. Я не обязана ходить на странные сборища!
Однако уже через пару минут, вздохнув, я развернула приглашение. Если местные королевы решат, что меня нужно выжить, мне нечего будет им противопоставить. У меня нет ни знакомых, ни друзей, которые бы за меня вступились, и даже магия барахлит. Поэтому… видимо, придется пройти это испытание, каким бы оно ни было.
И вот несколько часов спустя я стояла в парке и пыталась понять, шутит Женевьева или нет. Однако по ее раздраженному виду было ясно, что старшекурсница предельно серьезна.
– Объясняю еще раз, – процедила она, окидывая меня презрительным взглядом. – Я даю вам задания, а вы уже сами придумывайте, как их выполнить. Если не пройдете – то можете паковать чемодан!
Последнюю фразу она чуть ли не выкрикнула. Мы – сбившаяся в кучу стайка первокурсниц – настороженно примолкли. Кроме меня, тут было еще около двадцати девушек, но никто не решился дать Женевьеве отпор. Вот и я, смирившись, не стала лезть на рожон в первый же день.
– Какой номер комнаты? – мрачно буркнула я. – И кто там хотя бы живет?
Спрашивать, зачем холеной старшекурснице нужны мужские портки, я не стала. Может, у нее тайная влюбленность… Пусть потом обнимается с ними и вдыхает, так сказать, любимый запах. Специально для нее постараюсь добыть ношеные.
 
– Там… пятикурсник, – Женевьева внезапно замялась, а ее глаза подозрительно забегали. – Но он сейчас занимается в библиотеке, потому что ботан, поэтому иди быстрее, пока не вернулся, – поторопила меня она.
Смирившись с неизбежным, я потопала к общежитию. Вот прямо чувствую, что мне дали несправедливое задание! Девушкам до меня пришлось спеть песенку или попрыгать на одной ножке. И только меня отправили в чужую комнату воровать штаны… Точнее, портки.
Хотя, те девушки были явно знакомы с Женевьевой и вовсю передавали ей приветы от своих мам и кузин. Слушая “баронесса такая-то просила позвать тебя на бранч”, я явно чувствовала то, насколько не вписываюсь в местное общество. Я даже на обычном бранче ни разу в жизни не была, не говоря уже о бранче у баронесс. Стоит ли удивляться, что самое странное задание досталось мне?
Дойдя до пятого этажа, я замедлилась и пошла на цыпочках, настороженно вслушиваясь в тишину. Чем ближе я подходила к нужной комнате, тем сильнее колотилось сердце, и под конец мне начало казаться, что его слышат весь этаж. Вот комната пятьсот два… пятьсот три… пятьсот пять!
Стукнув пару раз, я подождала. И когда не дождалась ответа, приоткрыла дверь и рыбкой нырнула внутрь. Фух! Я попала в комнату! Теперь быстро ищу штаны и смываюсь отсюда…
– Однако, в каких шикарных условиях живут пятикурсники, – пробормотала я, запнувшись об диван и пытаясь разглядеть силуэты мебели сквозь окутывающий комнату полумрак. По понятным причинам, свет я зажигать не стала.
Комната старшекурсника оказались чуть ли не в пять раз больше моей, и из того, что кровати нигде не было видно, я сделала вывод, что это только гостиная. Кровать и шкаф с вожделенными портками, скорее всего, находятся вон за той дверью в противоположной стене.
Обнаружив, что глаза уже привыкли к темноте, я радостно рванула вперед. Надеюсь, ты просидишь в библиотеке достаточно долго, незнакомый мне старшекурсник-ботан, и я смогу добыть для Женевьевы твои штанишки… Пальцы легли на холодную дверную ручку. И тут комнату вдруг залило ярким светом, таким, что я мигом перестала что-то видеть.
– Надеюсь, я не помешал? – раздался за спиной холодный, как вечные льды, голос.
Я застыла, словно примерзнув к ручке. Похоже, старшекурсник вернулся раньше, чем ожидалось…
 
3
 
Секунда, вторая, третья… Медленно расцепив судорожно сжавшиеся на ручке пальцы, я обернулась, точно во сне. Что же делать…
И тут же дернулась от неожиданности, потому что застукавший меня человек чуть шевельнул пальцами, и мои руки тут же буквально приморозило к двери позади! Пресветлая Богиня… Надо срочно извиняться и врать! Скажу, что заблудилась.
Однако стоило мне вскинуть на него взгляд, как все извинения застряли в горле. Потому что у двери стоял тот самый блондин, в которого я врезалась у ворот. И он был очень, очень зол.
– Адептка, что вы делаете на преподавательском этаже? – спросил он тихо, обманчиво мягко. Но от этой мягкости кровь застыла у меня в жилах. А может, она застыла оттого, что от ног мужчины по полу медленно расползался иней. Один шаг ко мне – и, вздрогнув, я поняла, что надо что-то срочно врать. Какую причину мне придумать? Ошиблась комнатой?
– Я…– слабо отозвалась я, – я просто…
– Не советую мне лгать, – мужчина, казалось, читал мои мысли. А может, и не казалось, потому что в голове вдруг стало гулко и пусто, и все заготовленные варианты вранья испарились. А вместо этого нестерпимо, до ужаса захотелось рассказать ему правду…
Телепат. Я попала.
– Я жду, – чуть ли не шепотом произнес блондин.
К инею прибавились снежинки – пока всего несколько. Остановившись прямо напротив, мужчина обхватил мой подбородок жесткими пальцами и заставил взглянуть себе в глаза. Холодные, серые, с роившимся в них снежинками – такими же, что сейчас кружились вокруг нас…