Граф Воронцов. Книга II (СИ)

Она изменилась в лице, тепло улыбнулась, но пусечкой не назвала. Выпучила глаза и спокойно села на свое место.
— Последнее предупреждение выносится Кравц, — грозно сказал Укупник, когда Мария, по неуслышанному мною зову, принесла небольшую тетрадь.
Красноволосая при этом, заметно погрустнела. Но то и дело, бросая злобные взгляды на бледную Алевтину.
— Вернемся к нашим баранам, — продолжил глава, — Сегодня, как вам всем известно, был запланирован план перехват. Среди присутствующих есть кому, что сказать?
Ответа не поступило.
— Не сомневаюсь в вашей честности, — как-то криво улыбнулся он, — Но все же скажу. Среди нас, или вашего персонала, с кем вы «ведете» дела весьма открыто несмотря на запрет, появилась крыса. И от нее нужно избавиться как можно скорее. Маша…
Молодая девица вновь появилась из ниоткуда. В ее руках была вполне, шикарная хрустальная коробка с каким-то предметом внутри. Из-за игры «граней», различить, что было внутри — было крайне тяжело.
А вот когда она достала оттуда трубку, все ахнули. Кроме меня. Я не понимал, что происходит.
Старик между тем, продолжил.
— Как вы все знаете, я очень не люблю пользоваться трубкой мира, но мне придется. Все вы знаете про событие пятилетней давности, когда человек, на место которого сейчас сидит Гиви, — он указал на грузина, тот аж напыжился, — Оказался стукачом.
— Я против, — сразу высказалась Алевтина. — Среди нас есть личности, — она явно указала на Наташу, — Которые не буду соблюдать правила.
«Да, о чем они говорят-то…»
— Наташа дает обещание молчать, — успокоил ее Укупник, — Так ведь, Наташа?
Она молча кивнула.
— Объясняю суть Дмитрию и напоминаю вам. Старик сел на свое место, играясь с трубкой в руке. — По очереди, каждый из вас вдыхает травы через трубку. Я. И только я, — он опять посмотрел на потухшую Наташу, — Задаю один-единственный вопрос. Получив ответ на него, даю закурить второй раз, чтобы сбить эффект заклинания.
«Это что-то по типу детектора лжи? Я прав?»
— Вопрос будет банальным на сегодняшний момент. Знал ли «ты», — он показал пальцем на всех, — О том, будет ли засада. И если ответ утвердительный, опыт заканчивается и, увы, начнется допрос.
Все побледнели. Не знаю, правда, почему…
— А начнем мы…
  
Глава 17
 
Выбор пал на побледневшего Олега. Конечно, отказаться он не мог, хотя только по его виду стало понятно, что он, ой как не хочет сталкиваться с этой вещью.
Но Аркадий Семенович был очень настойчивым. Встал со стула, взял с рук Марии зажигалку, чем-то напоминающую зажигалку из моего мира марки «Зиппо». И чиркнув колесиком, зажег что-то внутри нее.
Комнату на удивление, почти моментально, заполнил дым. Зеленоватый, правда, что было странным…
— Втягивай, — Укупник махнул перед собой рукой, отмахиваясь от этого облака и протянул трубку Вертихвостикову.
Тот, с мольбой в глазах и не сразу, но все же, коснулся ее и втянул дым. Закашлялся.
Глаза слезились то ли от дыма и вкуса, то ли оттого, что он мог сейчас рассказать, но глава общества, подняв кулак вверх, требуя тишины… хотя и так все молчали, спросил его:
— Олег, скажи мне, пожалуйста, ты знал, что сегодня будет облава в торговом доме на Набережной улице?
— Нет, — тут же просипел Олег, после чего Аркадий дал ему «еще раз» трубку.
Жадно глотая после «табака», воздух, Олег Викторович закрыл лицо руками.
«Неужели это было настолько страшно?»
— Повторю для всех, если окажется, что среди нас нет крысы, допрос продолжится с ваших близких помощников. Если их здесь нет — срочно вызываете. Всем ясно?
— Да, — ответили многие.
Мне же звать не нужно было. Альбина была здесь. Она мне передавала место встречи.
Следующим, был Борис. Тут Наташа после вопроса главы, не удержалась:
— А какой рукой жену трогаешь?
— Правой.
Среди «лидеров» послышались смешки, и покрасневший Борис, жадно глотнувший «антипод», начал подниматься из-за стола. К счастью, Кравц, его остановил Укупник, но после этого, влепил ей такую затрещину, что мне показалось, он выбил из нее последние мозги.
 
— Еще одна подобная выходка, Наташа, и мы все разом поспрашиваем тебя о твоей жизни.
Она замолкла, косясь на трубку, которую протягивал Аркадий, и испробовав дым, опасливо покосилась на старика.
— Наташа, скажи мне, пожалуйста, ты знал, что сегодня будет облава в торговом доме на Набережной улице?
— Нет, — не сразу ответила она, и потянувшись рукой к трубке, застыла.
Старик оттянул ее обратно, хитро улыбаясь.
— Зуб за зуб, Наташа.
Красноволосая закрыла двумя руками рот и опасливо покосилась на широко улыбающегося Бориса. Но тот, все же, был человеком поприличнее, хотя так не казалось…
— Я не она. Прощаю.
Укупник великодушно протянул ей трубку и кивнул Борису в знак уважения. Настала очередь Воробьева.
Тот, не показывая страха, а он заметно побледнел, ответил на вопрос и оказался честен перед всеми нами. Но затем, дошло до меня.
Хотел было сказать: «я не курю», но оборвал себя на одной только мысли. Вдохнул терпкий дымок со вкусом чего-то елового, и замер.
Внутренние ощущения были странными. Казалось, что все мои мысли так и желали — вылиться наружу, вы только спросите.
Такой себе детектор… и следом пришло осознание. А вдруг сейчас кто-то лишнего спросит? Или вон та, успокоившаяся было, Наташа, отморозит какую-нибудь чушь? И все? Все, всё про меня узнают⁈
— Дмитрий, скажи мне, пожалуйста, ты знал, что сегодня будет облава в торговом доме на Набережной улице?
— Нет, — хрипло ответил я, поймав злобную ухмылку Наташи и не показывая слабость, замер.
Я не протягивал руку к трубке, что вызвало удивление у старика. Он, сам же нарушил свое обещание…
— Ты настолько открыт перед всеми нами?
— Да, — нехотя ответил я.
Ну, как нехотя? Все нутро требовало отвечать на вопросы. Да чем больше, тем будет лучше!
Он покачал головой, извиняясь одними глазами, протянул трубку, и как только с меня спала эта странная волна искренности, заявил:
— Прости, я ошибся. Ты слишком удивил меня своим поведением…
Гадая, как мне стоит ответить на все это, почесал нос и… кажется, я знал, что мне было нужно.
— Должок. Аркадий Семенович.
Глядя на его удивленное лицо, подумал было, что спросил с него лишнего. Однако, разразившийся после, хохот, стал ответом.
— Так и быть, — смеялся он, — Воронцов, — Спросишь меня, о чем захочешь, но с одним условием… — вопросительно глянул на меня, и я кивнул в ответ, — Наедине.
Казалось бы, обстановка разрядила донельзя. Улыбки были на лицах, почти всех сидевших за круглым столом. Но когда старик вновь «запустил свою шарманку», очередь дошла до Натальи.
Женщина, поправляя парик трясущимися руками, как бы, умоляюще посмотрела на Аркадия. Но ответ был очевиден. Тут даже спрашивать не нужно было.
Когда на ее глазах появились слезы, а дрожащие губы обхватили мундштук, пожалуй, не только мне стало все понятно.
— Алевтина, скажи мне, пожалуйста, ты знал, что сегодня будет облава в торговом доме на Набережной улице?
Пауза становилась непростительно долгой. С минуту уж точно она просидела, закрывал рот руками, и…
— Да… — просипела она.
Вот тут-то и началось. Крики, визги, угрозы. Но все было на корню оборвано главой.
— Ша! — не помогло, — Ша, я сказал!
Толпа успокоилась после третьего, фирменного «ша», и Аркадий Семенович, покосился на Наташу, которая, прикрывая рот руками, рыдала.
— Наташа, ты правда знала, что на нас готовится облава?
— Д… да.
— Среди присутствующих, — он обвел рукой всех нас, — Есть кто-то еще, кто знал это?
— Нет…
— Ты — хотела сдать нас всех?
Она вытерла сопли, уже не закрывая рот, сменившись в лице, и ответила:
— Да.
Не понимая такой перемены, я глянул на старика, который явно оскалился.