Наследник Темного Клана (СИ)

Откровенно говоря, на это я и рассчитывал. Пять тысяч, да даже пара дополнительных тысяч сверху, которые я выручу за оставшиеся предметы, — это, конечно, хорошо. Но мне с моими долгами за учёбу нужно куда больше. И желательно на постоянной основе!
— Дайте пару дней на отдых, и я сделаю это снова. Что вам требуется? Камни, стружка, обломки?
— Всего понемногу. И если есть что-то ещё, то и этого тоже. Да побольше! — довольно рассмеялся Богатырёв и понизил голос. — Марк, насколько мне известно, вы — единственный человек из всех, кто смог побывать в Чёрном доме и вернулся обратно. К тому же вернулся не с пустыми руками! Скажите… Там и вправду всё так плохо?
— Да. Монстры, желающие съесть твой мозг и выпить всю кровь, повсюду ловушки… — Я сделал страшные глаза. — Уж поверьте мне, развлечение не из приятных!
Делать вид, что поход в Чёрный дом был для меня как прогулка по бульвару, я не собирался. Во-первых, это было не так. Ну и во-вторых, Богатырёвы должны были понять, что добывать предметы в Чёрном доме — дело непростое. И никто кроме меня это сделать не может. Конкуренты мне не нужны!
Понятия не имею, какие выводы сделали дед и внук Богатырёвы, но, кажется, всё прошло довольно неплохо. Беседа перешла в дружеское русло. Мне передали причитающуюся мне сумму, которую я тут же спрятал во внутренний карман, мы все немного расслабились и даже перешли к закускам. Чайник оказался зачарованным, ничуть не остыл, и наше чаепитие закончилось на высокой ноте.
Конечно, близкими друзьями мы с Богатырёвыми не стали. Слишком мало времени, да и между мной и Степаном Аркадьевичем была большая разница. Зато никто не пытался напомнить мне о моём происхождении и обвинить в грехах Оскуритовых. И на том спасибо!
В конце беседы произошло нечто странное. Расслабившись от выпитого чая, старший Богатырёв, пожимая мне руку на прощанье, произнёс:
— Что же, Марк, надеюсь, это начало долгого сотрудничества наших семей. Возможно, что если вам будут удаваться рейды в Чёрные дома, то тогда вы сможете достать для нас ещё более ценные реликвии…
— Реликвии? — Я насторожился. — Что вы имеете в виду?
Но Богатырёва было уже не разговорить. Он понял, что и так сболтнул лишнего, и больше, сколько я ни старался, вытянуть из него хоть слово было невозможно.
Попрощавшись, я пошёл к выходу. Сопровождал меня знакомый слуга-ненавистник Оскуритов, Прохор. Он бросал на меня недовольные взгляды, но хамить в лицо не решался. То ли помогала репутация, то ли страх получить нагоняй от Степана Аркадьевича.
Оказавшись на улице, я вытащил из кармана прихваченную со стола печеньку с кремом и ягодами и положил её на ладонь.
— Угощайся!
Жижик скользнул на ладонь и одним движением слизнул её с руки. Печеньки как не бывало. Ох и прожорливый же он… Даром что клякса!
Пройдя несколько метров, я встретил за углом Альфреда. Как мы с камердинером и договаривались, оказавшись перед домом Богатырёвых, я сбросил ему сообщение с адресом, чтобы он мог меня подстраховать в случае, если ситуация на переговорах выйдет из-под контроля.
И, кажется, Альфред воспринял свою задачу чересчур серьёзно.
Он мерял улицу чеканным шагом, на голове у него красовался шлем, а в руках он сжимал внушительных размеров трость, которую с угрожающим видом ловко крутил в руках.
— Отставить, боец! На сегодня война отменяется, — рассмеялся я. — Вольно!
— Господин, вы живы! Как прошли переговоры? — тут же набросился на меня с вопросами камердинер.
— Весьма неплохо. Богатырёв-старший, конечно, тот ещё жук, но дела с ним иметь можно. За те предметы, что у меня были с собой, он заплатил пять тысяч.
— Пять тысяч?! — глаза Альфреда расширились, и мне даже показалось, что в них, как в мультфильмах из моего родного мира пронеслись денежные знаки. — Это же огромные деньги!
— Огромные не огромные, но мне нужно намного больше! — хмыкнул я. — Ну что, следуем плану? Ты готов?
— Конечно, господин! Истинный слуга всегда готов к выполнению планов своего господина! — отрапортовал он, и мы зашагали к ближайшему метро.
 
План был очень простой. Так как теперь мы знали имя наехавшего на Марка водителя, то мы решили навестить его и выяснить всё, что ему известно о Вороне, Пересмешнике и Воробье. 
Если уж быть совсем откровенным, то я не был уверен даже в том, что он знает хоть что-то. Авария могла запросто оказаться случайностью, и тогда весь мой план летел в тартарары. Других ниточек, ведущих к заговорщикам, у меня не оставалось.
Дом 28, в котором проживал Михаил Емельянов, оказался самой обычной многоэтажкой. Дверь подъезда была открыта, и мы отправились к нужной квартире.
Нажав несколько раз на звонок, мы так и не дождались ответа.
— И что теперь делать?
— Не беспокойтесь, господин! Просто положитесь на меня! — уверенно произнёс Альфред и, склонившись перед замком, извлёк из кармана связку отмычек.
— Ого! И где ты этому научился? Только не говори, что вскрытие замков входит в программу обучения камердинеров! — присвистнул я, наблюдая за тем, как ловко он обращается с отмычками, так и мелькавшими в его пальцах.
— Не буду, господин! — ответил он и больше не проронил ни звука.
Для того, чтобы не стоять совсем уж без дела, я отдал Жижику мысленный приказ и попросил его проскользнуть в квартиру и посмотреть, что там к чему. Он покорно соскочил с ноги и скользнул в микроскопическую щель между дверью и полом.
— Всё готово, господин! — гордо произнёс Альфред и распахнул передо мной дверь.
И в ту же секунду голову едва не разорвало от панического крика Жижика, пытающегося предупредить меня об опасности.
— Назад!!!
Я схватил камердинера в охапку, напитал мышцы энергией и что было сил прыгнул в сторону.
В квартире что-то щёлкнуло. Раздался взрыв, дверь разлетелась в щепки, а нас с Альфредом отбросило в сторону взрывной волной.
Уважаемые читатели!
Книга близка к завершению. Осталось две главы и одна интерлюдия. Обо всех новостях сообщу немного позднее.
  
Глава 47
 
Отделались мы достаточно легко. Пара царапин, разбитый нос у Альфреда да приличных размеров синяк у меня на лбу. Задержись мы перед дверью ещё хотя бы на секунду, нас двоих уделало бы так, что ни один целитель не починит.
— Господин, вы спасли нам жизнь! — восторженно прошептал Альфред.
— Не я. Благодари Жижика! — ответил я, поглаживая крохотную чёрную кляксу, едва ли не мурлычущую от удовольствия. — Если бы он вовремя не заметил, что там напротив двери установлен взрывающийся артефакт, то нас бы разнесло на месте.
— Господин, вы думаете, что эта ловушка была направлена против нас? — испуганно посмотрел на меня камердинер.
— А вот фиг его знает! Могли просто зачищать следы. Честно говоря, очень бы не хотелось, чтобы этот сюрприз предназначался для нас…
Мы с ним переговаривались, сидя прямо на ступенях лестницы на этаж выше площадки, на которой находилась злополучная квартира. Внизу сновали соседи, сотрудники специальных служб и просто любопытные зеваки.
Нас с Альфредом почти не беспокоили. Жандармы задали нам пару вопросов, но я ответил, что ничего не знаю и пришёл проведать старого товарища. А затем использовал Дар, применив технику отпугивания, чем напрочь убил желание спрашивать нас хоть о чём-то.
Тут внизу началось какое-то движение. Двое крепких ребят в форме экспертов-криминалистов выносили из квартиры какую-то бесформенную обгоревшую стопку одежды, в которой лишь отдалённо угадывалось человеческое тело.
— Ух ты ж, ребята, жмурик! И вы посмотрите, напрочь обгоревший… Судя по документам, Михаил Емельянов! — прошептал дежуривший у дверей жандарм.
— Что, опять ребята из Чёрного Предела шалят? — спросил его кто-то из коллег.
— Да нет, не эти фанатики. Тут другое…
Мы с Альфредом переглянулись. Михаил Емельянов был тем самым водителем, что сбил настоящего Марка и теоретически был связан с Вороном и Пересмешником. Наша последняя ниточка, ведущая к ним, окончательно оборвалась.