Наследник Темного Клана (СИ)

— Надеюсь, это смертельно? — с надеждой спросил я.
— Оскуритов! Если он умрёт, то вылетишь из Академии! А уж про компенсацию для его Рода я и вовсе молчу! — рявкнула на меня Амалия Людвиговна.
— Не думаю, что смертельно. Но повозиться придётся, — успокоил её целитель и в сопровождении коллег отправился в Академию.
Начала рассасываться и толпа из учеников. На нас с Апраксиным, как единственным, кто не угодил в медицинский отдел, таращились, но вопросы задавать не решались.
Апраксин на меня тоже не смотрел. Он отошёл в сторону и о чём-то разговаривал с Баратынской.
— Марк, ты в порядке? Не пострадал? — налетела на меня Алина.
— Да нет, лёгкий удар током, ничего страшного, — отмахнулся я.
— Ну смотри! Сегодня мой первый рабочий день в лаборатории. Почувствуешь себя плохо — приходи, — смущаясь, произнесла она и залилась краской.
Я посмотрел на часы. По времени получалось, что занятие закончилось. Причин оставаться здесь дольше положенного не было, и я двинулся к Академии. Переоделся, захватил рюкзак и уже хотел двигаться к выходу, когда в пустой раздевалке появился неожиданный персонаж
— Оскуритов, нужно поговорить, — произнёс артефактор Максим Богатырёв. Он запыхался — видимо, торопился переговорить со мной один на один.
О чём он хочет поговорить, догадаться было несложно.
— Слушай, между мной и Алиной ничего нет. Мы с ней просто общаемся, и если ты что-то от неё хочешь, то от меня подлянки можешь не ждать…
— Да нет, я не об этом, — смутившись, ответил он. — Я про то, что ты носишь в своём рюкзаке…
Учитывая, что в рюкзаке у меня лежали принесённые из Чёрного дома предметы, разговор обещал быть интересным…
  
Глава 38
 
С самоконтролем у меня всё всегда было в порядке, поэтому своих эмоций я не выдал. Лишь забросил рюкзак за спину и смерил Богатырёва изучающим взглядом.
В том, что он говорит об обломках из Чёрного дома, сомнений у меня не было. Вот только я не знал, какими последствиями для меня чреват этот разговор. С местными законами я был знаком плохо и не был уверен, что не совершил что-то запретное.
А что, если обломки опасны и за их вынос положено какое-нибудь наказание? Вот же я идиот, мог и раньше подготовиться!
Но махать кулаками было уже поздно. Богатырёв был передо мной и знал куда больше моего. А ещё он что-то от меня хочет. Вопрос в том, что именно…
По сути, о нём, как и о большинстве однокурсников, я ничего не знал. Не из дворян, а из состоятельной семьи артефакторов, не зазнавшийся. Скромный, воспитанный, умный. Владеет неизвестными мне уникальными семейными техниками.
К характеристике можно добавить то, что он не из робких. Обращается ко мне на ты, хотя даже не является дворянином. По правилам Академии мы были равны, но местные даже здесь продолжали следовать негласным правилам. То, что он ведёт себя таким образом, много говорит о его характере.
Единственная точка пересечения между нами — Алина. Я с ней дружу, он к ней неровно дышит. Но это даже на не к ночи помянутый любовный треугольник не тянет!
Так что чего от него ожидать, было непонятно. Придётся действовать осторожно.
— А что у меня в рюкзаке? Книжки, тетрадки…
— Не только! — упрямо помотал он головой. — Когда ты сегодня утром его открыл, я почувствовал присутствие мощной энергии…
— Это ты про запах что ли? Не бери в голову — я там банан забыл месяца три назад, вот он и затух…
— Оскуритов, не надо строить из себя дурака! — повысил он голос и тут же смутился. — Извини. Не хочу на тебя давить. Дело в том, что я, как ты знаешь, артефактор. Для того, чтобы сделать сильный артефакт, мы используем специальные материалы с особой энергетикой. Я от природы чувствителен к энергии и сегодня ощутил очень необычные колебания…
Судя по тону, ни сдавать меня, ни шантажировать он не собирался.
Сказать откровенно, он сумел меня заинтересовать.
— И что это за колебания?
— Вот, смотри, — произнёс он и вытянул правую руку. На неё был надет браслет из крупных камней разных цветов и размеров, насаженных на металлическую проволоку. — Это анализатор. Конечно, я и сам неплохо чувствую, но он помогает разобраться, с чем именно я столкнулся. Если мы имеем дело с положительно заряженным артефактом, например, целительским, то светиться будет вот этот жёлтый камень. Если заряд негативный, то вот этот круглый…
 
Я вытащил из ножен меч и приложил его к анализатору. Он замигал как гирлянда на новогодней ёлке, а затем одновременно зажёгся круглый камень, отмечавший за негативную энергию разрушения, и полностью чёрный камень с кроваво-красными прожилками.
— Что это значит?
— Этот камень отвечает за энергию зла. Тёмную энергию. Она достаточно редкая, но в артефактах Оскуритов её много… — снова смутился Богатырёв. — Каждый камень здесь что-то значит. Но самый редкий — вот этот фиолетовый. Я ношу анализатор всю жизнь, но ни разу не видел, чтобы он реагировал на что-то…
На первый взгляд в фиолетовом камне не было ничего обыкновенного. Ну да, довольно красивый, с белыми прожилками. Но особенным он мне совсем не казался.
Я снял рюкзак и немного его приоткрыл. Фиолетовый камень мгновенно вспыхнул ярким светом.
Глаза Богатырёва зажглись ничуть не менее ярко.
— Вот видишь! Не знаю, что у тебя там внутри, но это что-то уникальное…
— И? — поторопил его я.
— Что и? — опешил он.
— И что тебе нужно? Ты ходишь вокруг да около, рассказываешь про энергию и работу артефактора. А о сути твоего предложения я так пока ничего и не услышал.
В прошлой жизни я был довольно успешен в предпринимательской деятельности. И преуспел я далеко не благодаря умению красиво улыбаться. Нет, у меня была деловая хватка, и я умел использовать любую ситуацию себе на пользу.
Вот и сейчас кожей чувствовал, что Богатырёв мной сильно заинтересовался. Точнее не мной, а содержимым моего рюкзака. И он, а вернее его семья, была готова заплатить. Я знал это на сто процентов. Вопрос в том, насколько щедро.
— Оскуритовы… Всё время забываю, насколько вы отличаетесь от остальных! — Богатырёв улыбнулся, и я понял, что это был комплимент. — Пока не могу сказать точно, но, вероятно, содержимое твоего рюкзака можно было бы использовать для изготовления артефактов. Пока непонятно, как, но такая энергия могла бы пригодиться нашей семье. Но для начала я хотел бы узнать, что именно там лежит…
Ох, Максим, Максим… Хотел бы и я это знать! Когда я брал это в Чёрном доме, то думал, что нагружаю рюкзак обыкновенным мусором, а никак не ценным товаром. И пока сам не узнаю, с чем имею дело, то ничего тебе не скажу!
— А вот это тебе пока знать рано! — хмыкнул и закрыл рюкзак у него перед носом. — Для начала мне нужно понимать, с кем я буду разговаривать.
— В смысле?! Ты разговариваешь со мной!
— Нет. Ты не понял. При всём уважении, ты — всего лишь младший член своей семьи. Ты не принимаешь решений. А я хочу разговаривать с тем, кто уполномочен их принимать.
Богатырёв задумался. Для него это явно было сложным решением.
— Хорошо! Если всё действительно так, как я думаю… Ты должен увидеть моего деда! Он легендарный мастер и всё тебе объяснит. Поехали к нему прямо сейчас!
— Ну уж нет, — улыбаясь, но теперь куда более дружелюбно, я покачал головой. — Сегодня у меня планы. А вот завтра я пока свободен.
— Отлично! Тогда завтра! — просиял Богатырёв.
Распахнулась дверь, раздевалка наполнилась парнями. Это наши однокурсники, вдоволь обсудив последние новости, вернулись в Академию.
Нестеров попытался отвесить какую-то шутку, но, наткнувшись на мою мрачную физиономию, передумал. На шутки я сегодня не настроен. К тому же у меня и в самом деле были планы.
В целом, я был не против сделки. Учитывая долги перед Академией, да и в целом весьма плачевную ситуацию с деньгами, любой доход мог быть мне полезен. А если он ещё и будет неплохим, то просто отлично!