Похищение алмаза

– Мы должны идти! – Мулька взял себя в лапы и соскочил с дерева. – Представляешь, как страшно Заяше?
Кукся, отдирая от себя колючки, вылез на тропинку. И друзья, взявшись за лапки, пошли вперёд.
Наконец деревья расступились, и дорога уткнулась в закрытую калитку. Дом волка огораживал плотный и высокий забор.
– «Волк Зубохвост. Молодец и красавец», – прочитал Мулька вывеску на двери.
– Похоже, он давно себя в зеркале не видел, – хихикнул Кукся.
– В калитку мы не пойдём, это слишком опасно, – сказал Мулька, оценивая высоту забора. – Надо перепрыгивать.
– Ну тебе-то хорошо – ты прыгучий. А я как перелезу?
Кукся прислонился к забору, как вдруг одна из досок со скрипом провалилась внутрь. Хорошо, что в эту минуту ударил гром, заглушивший скрежет.
Мулька помог Куксе протиснуться в образовавшуюся щель и следом юркнул сам.
Прячась от дождя под деревьями, друзья подкрались поближе к дому и притаились за кустами. Дом Зубохвоста напоминал заброшенный рыцарский замок с высокой башней на втором этаже. На крыше под порывами ветра крутилось множество флюгеров. Некоторые из них были старыми и ржавыми, поэтому сильно скрипели. Узкие окна были закрыты решётками, балкон отсутствовал, да и единственная дверь тоже оказалась запертой.
– Давай посмотрим, что там с другой стороны, – предложил Кукся.
Друзья, скрываясь за кустами, обошли дом.
– Вот он! Смотри! – Мулька указал на единственное открытое окно. Волк, расхаживая по комнате, что-то кричал, размахивая лапами. Друзья подбежали поближе, но ливень так громко барабанил, что расслышать ничего не удавалось.
– Это он с Заяшей ругается, – решил Кукся. – Вот злодей!
Вдруг волк исчез, и тут же хлопнула входная дверь.
Мулька с Куксей еле успели спрятаться в кустах, как появился Зубохвост. Друзья затаили дыхание. Волк большими скачками пересёк двор и скрылся в сарае.
– Скорее в дом! Найдём Заяшу! – шепнул Мулька.
Друзья кинулись к двери, вбежали в дом и оказались в узенькой прихожей, заваленной хламом.
– Ты – на первом этаже, я – на втором! – распорядился Мулька, и друзья бросились искать пленницу.
Бельчонок пробежался по второму этажу дома: заглянул в кабинет, заставленный, на удивление Мульке, стеллажами с книгами, заскочил в небольшую кладовку и тёмную спальню, где вместо кровати раскачивался гамак, а стены были обклеены фотографиями волка. Бельчонок сбегал даже на чердак, но Заяши нигде не было.
Мулька спустился на первый этаж. Навстречу ему выбежал Кукся:
– Её нигде нет! Ни в гостиной, ни в ванной, ни в кладовке.
– Заяша! Отзовись! – крикнул Мулька.
– Может, она в сарае? – предположил Кукся.
– Или в подвале! – хором воскликнули друзья и побежали вниз по маленькой лесенке.
Громыхнул гром, и во всем доме погасло электричество. Скудный свет лился из открытой настежь двери. Друзья почти добежали до подвала, когда услышали топот.
– Здрафьте пожалуфста! У меня непрошеные гости? – раздался голос волка.
Друзья оглянулись.
Вспыхнула молния, осветив на верхней ступеньке волка. Его глаза блестели, а зубы клацнули так, что Кукся чуть не упал от страха. В лапе волк держал ещё одни зубы из блестящего метала.
– Не понял. Это что, вставная челюсть? – шепнул Мулька.
– Ага. Железная. Ну вот и всё! – пробормотал Кукся и закрыл лапами глаза.
– Ничего и не всё! – крикнул Мулька и, изловчившись, подпрыгнул так высоко, что, долетев до самого верха лестницы, ударил задними лапами волка в грудь.
Волк, не ожидавший удара, пошатнулся и растянулся на полу. Запасная челюсть вылетела из лап, заскакав вниз по лестнице.
Кукся подскочил, и друзья навалились на волка, прижав его лапы к полу.
– Эй, фы чего? – захлопал глазами волк. – Вот эфто гости!
– Говори, куда ты дел Заяшу? А не то…
Мулька сделал самую сердитую мордочку, на которую был способен.
 
– Кто дел? Куда? – удивился волк. – Нифчего не понимфаю.
– Обманщик! – сказал Мулька. – Мы знаем всё!
– Я не обманфик! В чём я винфоват? При чём тут Заяша?
– Где алмаз? Зачем ты сломал камеру? – спросил Кукся и клацнул зубами. Зубы у него были хоть и плоские, зато два передних даже больше, чем у волка.
– А-а-а… вы про эфто! – вздохнул Зубохвост. – А ну-ка, отпустите меня.
– Сначала признавайся во всём! – Мулька кивнул другу – и Кукся ещё раз щёлкнул зубами. – А то я тебе тут всю мебель перегрызу!
Волк нахмурился:
– Не знафю я, кто сломал камферу! Я рассерфился и ушёл! Я вашей зайчихе сенсафционный репфортаж снял, а она меня обфанщиком назвала. Вот и пусть тепферь сама на своём телевифдении сидит и бегает по всему лесу – новости собфирает! А мне это не надо! Я сделал себфе ровные зубы. Вот научусь красиво гофорить – и пойду в театр артистом рабофтать.
– Подожди, – замотал головой Мулька, – при чём тут зубы? В отснятом сюжете явно было видно, как чьи-то лапы украли алмаз.
– Что вы прифцепились со своим алмафзом! Не нужен он никфому. А вашей Заяфше… – Волк усмехнулся: – Так ей и надо, что профстудилась. Меньше будет чефстных волков обманфиками обзывать! Пусть тепферь с больным горлом нофости рассказывает!
Мулька и Кукся переглянулись.
– Ты что, хочешь сказать, что не крал Заяшу?
– Я крал Заяфшу? Что за чушь! Я люблю жить офдин и восхифщаться сам собой. А ваша зайчифха мне доброго слова не скафзала! Зря я ей только коробку морофженого послал.
Мулька растерянно развёл лапами:
– А зачем ты ей мороженое дарил?
Волк оттолкнул державшего его Куксю, сел на пол:
– Мне ёж сказал, что Заяфша безумно любит морофженое. Если она его переест и забфолеет, то новости будет вести некфому. И меня возьмут на телевифение вместо неё. Мы дали муравьеду бублик, и он прифнёс коробку в съёмочный павильон. – Зубохвост задумался и махнул лапой. – Ёж много чего прифумал! Только нифчего у него не получафется!
Мулька насторожился:
– А что он ещё придумал?
– Да много всего! Например, пофдарить выдре цефлое ведро цветов, чтобы она обрафдовалась и дала мне интервью. А когда муфзей стал ломфаться, ёж забрал это ведро и решил перефдарить его Заяфше. По-моему, это нечефстно. – Волк поднялся и встряхнул чёлкой. – Тоже мне – звезда телевифения: и морофженое ей, и цветы ей. Лично мне кажется…
– Дальше что было? – нетерпеливо перебил волка Мулька.
– Пока мы ехали на телевифение, Фёша все цветы выкифнул. Вот этого я вообще не понял. Зачем, скажите, тафщить с собой пустое ведро? А ведро это знаете какфое тяфжёлое?
– Не понимаю! Пустое ведро не может быть тяжёлым, – озадачился Кукся.
– А я, кажется, понимаю, в чём тут дело! – протараторил Мулька. – Что дальше?
– Ёфжик в него груз положил, чтобфы ведро тяжелей было. Скафзал, что лёгкое ведро с цвефтами любой дуфрак может принести, а ты попробфуй принеси тяжёлое. И как грохнул туда стекляфку! Большую! Размером с дыню.
– Какая стекляшка? – насторожился бельчонок. – Такая прозрачная и светится?
– Ага. Мне она сразу не понрафилась. От этой стекляфки у меня глаза болят.
– Уж не алмаз ли это? – ахнул Кукся.
– Да какфой алмаз? – рассердился волк. – Алмазы – они малюсфенькие, в колечках, а эта стекляфка – большая и… в ведре.
Зубохвост встал и помотал головой. Вид у него был крайне обиженный.
– Теперь понятно, кто алмаз украл, – сказал Кукся.
– Кто? – спросил волк.
– Фёша украл. Значит, и Заяшу украл он. – Мулька от волнения застучал хвостом по полу. – Может быть, она догадалась, что ёж – преступник, и хотела рассказать это по телевидению, но тот подстроил так, чтобы все подумали, будто волк сломал камеру.
– Ужас. Нефужели про меня могут такое подумфать? – Волк прижал уши и чуть не заплакал. – Всё-таки это правда, а я не повефрил… – Но через секунду он подскочил и затараторил так быстро, что Мулька едва понимал, что говорит Зубохвост: – Тепферь ёж испортит телевифение! Он просил меня помфочь, но я подумфал, что это шутка. Он хофчет через стекляшку пропуфтить луч солнца и направить его на антенну.