Хочу быть твоей... (СИ)

— Достал! — он в раздражении подхватывает смартфон, прерывая звон. — Надо было вырубить его, чтобы не мешал.
Снова раздается звонок, Коля настойчив. Я отбираю мобильник и отвечаю на вызов. Сейчас выскажу все. Но в трубке слышу женский голос, причем плачущий будто.
— Простите… — всхлипывает женщина в динамике, — я нашла этот номер последним в списке вызовов. Вы же брат? Так записано.
— Я подруга брата. Что случилось? Где Коля? — предчувствие снова холодит душу, колет мелкими морозными иголками. Денис вопросительно смотрит, с тревогой.
— Он тут… он на повороте в столб врезался… я мимо ехала и вот…
— Он жив?! — так и знала, ведь уехал злой.
— Да, жив, но сейчас без сознания… я «скорую» вызвала, просто он говорил, что брат недалеко…
— Мы сейчас.
Быстро одеваемся, без слов, мчимся на место аварии, которое совсем недалеко. Картина предстает страшная, перед черного седана всмятку, из-под покорёженного капота дым валит, Коля на земле и лицо его в крови. Возле него женщина стоит на коленях, что-то говорит ему, а недалеко воют сирены. Денис рвет волосы в отчаянии, а я чувствую себя такой виноватой, что даже стоять не могу, висну на двери внедорожника, не имея сил подойти к пострадавшему.
Все как в замедленной съемке. Набегает народ, невесть откуда взявшийся, приезжает «скорая» и полиция. Мы с Денисом едем в больницу, куда везут его брата. Уже там, когда Колю осматривают врачи, и мы ждем за дверью, приезжают родители. Мама плачет, обмякнув в кресле, отец расспрашивает Дениса, слушая серьезно, он полковник в полиции, многое повидал.
Потом мы все молчим, просто ждем. Отец обнимает мать, Денис меня. И даже в мыслях нет познакомиться. Все сейчас переживаем об одном. Наконец врач выходит, улыбается. Это кажется хорошим знаком.
— Ну что, жить будет ваш летчик! — ободряет нас несколькими словами. — Лицо немного пострадало, небольшое сотрясение мозга, перелом левого запястья. Можете навестить его.
Я снова плюхаюсь в кресло, теперь уже от облегчения. Денис обнимается с родителями, я не хочу мешать, лишняя здесь.
— Мам, пап — это Катя, — вдруг говорит парень и подходит ко мне, берет за руку, намереваясь подвести к родителям. — Ма, я хотел вас познакомить в субботу, но раз так получилось…
Теперь его мама обнимает меня, плача, почему-то. Отец оглядывает одобрительно, а Денис хмурится, наблюдая за ним.
Придя немного в себя, мы по очереди идем навестить Колю. Я не хочу заходить к нему, смотреть в его серые глаза, которые будто облизывают меня всегда. Да и виноватой так и чувствую себя, будто предала его. Мы предали, с его братом.
— Он заснул, ему сделали укол, — рассказывает мама, когда выходит из палаты, и мы с Денисом синхронно выдыхаем, видимо ему тоже не хотелось навещать брата.
— Ну пусть отдыхает, мы завтра приедем, да Катюша? — бодро говорит парень, и я киваю. Пусть спит.
Когда выходим на парковку, я прошу отвезти меня домой, и Денис везет, без вопросов. Продолжить начатое после увиденного и пережитого, кажется неуместным. Возле моего двора сидим с минуту, не хочется идти домой, там, наверное, вовсю идет знакомство с женихом сестры.
— Давай я утром заеду за тобой? Мне тоже на работу.
— Давай, — соглашаюсь, тут же жалея. — Или я сама…
— Катюш, мы не виноваты в случившемся, — злится Денис, сжимая кулаки на руле. — У меня чувство, что он нарочно аварию подстроил, чтобы помешать нам. Уж больно легкие травмы получил, и вообще, мне показалось, что сознание он не терял, а притворялся.
Мне тоже так показалось. Я глаз с Коли не сводила, когда он лежал на земле, заметила его слишком глубокое дыхание и румянец на щеках.
— Я не хочу, чтобы вы стали врагами из-за меня, — поворачиваюсь к любимому, протягиваю ладонь, чтобы коснуться его щеки. Зеленые глаза в полутьме салона почти черные, завораживают. — Я пыталась поговорить с твоим братом, но он не понимает. Я не люблю его. И сил нет больше, чтобы бороться с его любовью.
— Так, только не говори, что нам нужно расстаться. Я не хочу тебя терять. Особенно из-за этого придурка. Я сам с ним поговорю, как поправится.
 
— Хорошо. Только не деритесь, — прошу, придвигаясь ближе, хочу поцеловать. — Я еще не знаю график работы, и когда выходные будут. Завтра узнаю. Созвонимся тогда? Погуляем, в выходной.
— Конечно, — бархатистый голос завораживает, любимые глаза улыбаются, а теплые губы целуют в ответ.
Глава 9
Денис
Катюшка работала всю неделю, ее как новичка поставили патрулировать пляж, с утра и до вечера. Я отвозил ее на работу и встречал у ворот, доставлял до дома. Странно, но мне нравится крутиться возле нее, опекать, гулять, взявшись за руки, приносить разные мелочи в подарок или гостинцы.
Это новые чувства для меня, раньше никогда не был сопливым романтиком, а тут кайфую от вида девчонки с наслаждением жующей конфеты, которые я ей подарил. Тепло разливается в душе, когда понимаю, что доставил ей немного удовольствия. Раньше такого не было, я не дарил ничего женщинам, с которыми спал, да и они не спрашивали ничего, будто хватало только мимолетной связи.
Я работаю помощником следователя, тоже каждый день, кроме субботы и воскресенья, как и моя девочка, наш график совпадал. Но у меня времени было немного больше, я носился по городу, собирая улики и помогая вести следствие. После неудавшегося первого секса я долго думал и пришел к выводу, что хочу иметь собственную квартиру, чтобы ни брат, и никто другой не смог больше помешать нам.
В пятницу вечером я с нетерпением ждал, когда Катюшка появится в воротах своего морского отдела полиции. Я хотел попросить ее об одном одолжении — помочь выбрать квартиру, через час как раз встреча с риелтором.
Я не бедный парень, любимая бабушка оставила мне наследство, огромный дом в пригороде и деньги. Дом я уже продал, хочу жить в городе, и хочу, чтобы кареглазке понравилось мое новое жилье.
Получив наследство в прошлом году, у меня было желание поделиться с братом, но сразу отпало, после того, как увидел его встречу с Катей в пустой аудитории. Он признавался ей в своей любви, она молча смотрела в окно. Ревность будто взрывом накрыла, именно тогда я понял, что тоже люблю эту девушку, что день без ее аромата, без ее улыбки прожит зря. Я ушел, думал, она примет его эту дурацкую любовь. Бесился весь день, пока брат не сказал, что Катя его отшила, сказала, что любит другого. И я знал, кто этот другой. Я.
Знал об этом и брат, именно тогда у нас началось противостояние, но я бабник, боялся с ней связываться и отходил всегда в сторону, освобождая дорогу Кольке. До поцелуя на выпускном. Ее взгляд до сих пор помню, такой обиженной я девушку еще не видел. Ведь бутылка показала на меня, а я отказался от сладкого приза в пользу брата, в который раз.
Но до меня дошло, что больше не хочу соревноваться с Колькой, я не отдам ему Катю. Вот только квартиру куплю. Краем глаза вижу движение и поворачиваю голову, летит моя стрекоза, порхает, сияя улыбкой на солнце. Выскакиваю из тачки, я должен немедленно ее обнять и поцеловать, глотнуть свежего воздуха. Сгребаю ее в охапку, приподнимая над землей.
— Я соскучился, — шепчу в ее ароматные волосы, дышу ею. — И у меня дело к тебе.
— Дело? Это интересно.
Усаживаю девушку в машину и обрисовываю ситуацию, рассказывая о наследстве и желании обзавестись отдельным жильем. Везу ее домой, переодеться после работы.
— Скажи своим, что сегодня ночуешь у меня, завтра на работу не нужно же, как раз пробежимся по магазинам, мебель прикупим. Короче, дел на все выходные, будем обустраивать гнездышко.
— Ладно, помогу тебе, как же орлу без гнезда? Надо же куда-то приглашать залетных орлиц, — ерничает Катя, но отчасти права, я только усмехаюсь.
Я выбрал две квартиры, а вот из двух никак одну не выберу. Первую Катя отметает сразу, говорит, что дорого и вид из окна отвратительный, как и сами окна. Мне она понравилась простором, огромные комнаты, светло. А вот во второй квартире моя стрекоза стала задумчивой. Долго стояла у большого панорамного окна, смотрела вдаль.