Третья грань реальности (СИ)

– Конечно! Но вы тоже вампир. Отчего тогда…
– Я не так голодна, – ответила я, пытаясь не вдаваться в подробности, где успела перехватить свою каплю крови. – Но если бы не вмешался Лаврик, я бы не смогла удержать мужа.
– Кто? – удивилась женщина, подловив меня на оговорке.
– Лаврентиус, – вздохнула я, путаясь в собственном вранье. – Он странствующий святой, который нам помогает. Мы путешествуем в поисках амулета цели – надеемся, он способен излечить нас. Только из-за сведений о нём мы прибыли сюда.
– Бедная девочка! – всплеснула Элеонора руками. – Я окажу любую помощь.
– Спасибо огромное, – кивнула я.
– Лия, – неуверенно позвал меня Лаврик. Я тут же бросилась к богу, который едва стоял на ногах. Лейф валялся рядом. Надеюсь, живой. – С ним всё хорошо… будет. Но отсюда надо перетащить. Ты сможешь? Я устал.
Он и вправду, бледный и разбитый, вымотался настолько, что присел на траву рядом с Лейфом, не заботясь ни о чём – обычная внимательность к внешнему виду куда-то пропала.
– Почему ты не сказала мне, что он вампир? – укорил Лаврик, пока я суетливо осматривала «мужа» – жутко он выглядел, но даже глаза держал открытыми. Правда, не реагировал ни на что. – Я же едва успел. Лучше б по две порции крови таскал.
– Прости, – искренне покаялась я. – Совершенно об этом не подумала. Вообще казалось, что ты знаешь.
– Не подумала она, – проворчал Лаврик и, наклонив голову, устало потряс волосами. – Ладно, идите уж. Но крови ты ему попробуй достать, от греха подальше.
– Хорошо, – кивнула я и предупредила: – Кстати, ты – святой Лаврентиус, который помогает двум вампирам найти амулет цели и снова стать людьми.
– Чего? – скривился бог, но только устало и понятливо кивнул, когда я указал взглядом на Элеонору. А она, сверкая милой понимающей улыбкой, уже приближалась. – Ох, Эния, ты даже в такой ситуации… актриса.
Сочла за комплимент.
Сев рядом с Лейфом, я осторожно спросила:
– Сможешь встать, – не слишком, правда, надеясь на реакцию.
Но неожиданно вампир не только встал, но и, покачиваясь, пошёл к дворцу. Лейф добрался сам – я только проследила, чтобы он оказался в комнате, а потом убежала на поиски кухни. Несмотря на поздний час, там прибирался мальчонка, до блеска полируя столы и прибирая оставшуюся после ужина посуду.
– Простите, – позвала я, до смерти перепугав поварёнка, не только поздним визитом, но и видом. Грязная, растрёпанная, окровавленная, с натянутой уставшей улыбкой.
– Да? Что? Вы что-то хотели? – отозвался мальчишка, отступая и краснея, словно я поймала его за чем-то непристойным.
– У вас не найдётся немного крови животного? Стаканчик, – увидев удивлённые глаза, я на всякий случай уточнила: – моему мужу нездоровится, я хотела приготовить снадобье.
– А, – понятливо протянул мальчишка, посчитавший объяснение приемлемым, – сейчас принесу!
Не знаю, откуда он достал нужное, но вернулся быстро. Наверное, утром будет рассказывать, что индранская принцесса чёрная колдунья, да только всё равно. Герцогиня знает, что я вампир – это похуже.
Когда вернулась, Лейф спокойно лежал на кровати, не двигаясь и, казалось, не мигая. Я присела на край, подала ему стакан. Вампир присел, послушно принял, осушил до дна, поставил рядом с кроватью на столик.
– Всё в порядке? – участливо спросила я, пытаясь выдавить из себя улыбку.
– Нет, – шепнул он, опустив взгляд. – Как ты?
– Перепугалась, – честно призналась я. – Но уже ничего не болит. Тебе настолько плохо? Я думала, на нас всё заживает в момент – даже пострадать не успеваем.
– С телом всё в порядке. На душе погано.
– И всё? – изумилась я. – Ты что переживаешь за эту дуру? Боже мой, да съел бы ты её – не велика потеря. Разве что Лаврик поворчал…
– Нет, за Элеонору мне ни капельки не стыдно. Не подавился бы даже, – поднял Лейф левый уголок губ. – Дело в тебе.
– А что такое? – моргнула я. – Я же сказала, что всё нормально – обошлось.
– Значит, во мне. В моём эгоизме.
Не выдержав, я закатила глаза и встала, пытаясь похлопать Лейфа по голове.
 
– Ты, кажется, ударился. Такую чушь несёшь.
Но неожиданно мою руку перехватили.
– В нашей истории всё сложно, – вздохнул вампир, заглядывая мне в глаза. – Я ждал тебя семь лет, готовился принять любую: дурную, жадную, кривую. И вот когда встречаю – умную, красивую, воспитанную, весёлую, отважную, такую родную, о которой я и мечтать не смел… Ты даже близко меня не подпускаешь. Не потому, что не нравлюсь или у тебя кто-то есть, нет! Из-за того, что я не сунулся в дом, где тебя не должно было быть и откуда бы меня выставили, даже не дав нам поговорить!
Я как проклятый пытаюсь вымолить прощение, заслужить доверие… Казалось, я даже в этом преуспел. И тут всё крахом! Сейчас ты ещё не поняла, что случилось, а к утру подумаешь и возведёшь между нами стену потолще прежней. Знаешь, я ненавижу ту нашу первую встречу, когда обратил тебя. Если бы не она, сейчас бы у нас всё сладилось. Всё могло бы быть хорошо!
– Лейф… – озадаченно протянула я, сбитая с толку исповедью.
Обдумать её я сейчас не могла, но на секунду, на одно мгновение представила...
– Ничего бы не было, – внезапно осознала я. – Если бы не та встреча, я бы умерла. А не умерла – вышла бы замуж. Я не стала бы чародейкой, не обратись в вампира. И мы бы никогда не встретились.
– Никогда?
– Никогда, – покачала я головой.
И раз уж всё случилось, раз мне нравится этот мужчина, а он готов меня добиваться, то ради чего я сопротивляюсь? Ради одиночества? Чтоб не обжечься? Проще запереться в четырёх стенах, если я боюсь. Но тогда зачем нужна жизнь? В мире нет ничего вечного, и не смертельно, если чувства остынут, когда мы приедем в Ромарию.
Я наклонилась и медленно поцеловала Лейфа. Отстранилась, отступила на несколько шагов. Сердце трепетало, я сейчас была уже не той Энией, к которой все привыкли. Что-то во мне изменилось.
– Мне надо раздеться. Поможешь? – спросила я, не зная, что ещё могу сказать. Зато уверенная в том, что хочу сделать.
– Эния, – заинтриговано протянул вампир, покорно вставая с постели, – это изощрённая месть?
– Нет. Я… – замялась я и опустила глаза. Никогда ещё себя не предлагала.
Лейф встал у меня за спиной. Губы невесомо, словно крылья бабочки, притронулись к шее. Я подалась вперёд, но вампир перехватил – обнял ладонями за плечи. Лёгкая ткань накидки, не без помощи, скользнула до локтя, обнажая бледную кожу, которой коснулись поцелуй и горячее дыхание. А потом пылающая дорожка поднялась выше, к уху. Лейф чуть прикусил мочку – по телу прокатилась приятная дрожь.
– Я так давно об этом мечтал, – обжёг меня шёпот, сладкой истомой расходясь по телу.
Ноги подкосились, я запрокинула голову и устояла только благодаря поддержке.
– И ты тоже, правда?
Вместо ответа – стон. Взамен разговоров – шуршание иноземного платья, вуалью опадающего на прохладный пол. И нижнее бельё поверх, точно завитки на торте. С моих приоткрытых губ то и дело срывают поцелуи. Сердца колотятся как бешеные – я чувствую не только своё. Кожа горит, требуя прикосновений, но стоит Лейфу дотронуться – словно разряд молнии прошибает насквозь.
Это было безудержно и так естественно. Мы повалились на кровать, прерывая поцелуи лишь для вдохов, чтобы вынырнуть из омута страсти и с жадностью снова пропасть там.
Мгновение, когда наши взгляды встретились, превратилось в секунду, скользнувшую между нами, и растеклось отрезвляющим озерцом минут. Реальность возвращалась, расплетаясь из бешеного клубка по цветным ниточкам: голубые глаза, раскрасневшиеся губы, яркая шершавая одежда между нами.
Она мешала.
Лейф сел, и не сговариваясь мы в четыре руки управились с пуговицами. Пальцы заплетались. Прикосновения к его груди снова дурманили разум. Скинуть рубашку с плеч, проведя ладонями по рукам, он мне позволил, но не более. Освободившись, тут же опрокинул меня на спину, навис сверху. И снова все нитки сплелись в один клубок, собрали бледную кожу, блестящие светлые волосы и пронзительно-голубые глаза.