Перешагивая через Грань (СИ)

Надежно упаковав Ларси в рюкзак, Элис направилась к Зеркалу.
— Домой, — донеслись до неё мысли юного фэрлинга. — Ура!
Элис уже почти нащупала край маскировочной пелены, накрывавшей Зеркало, как вдруг краем глаза заметила в талом снеге у самого берега реки пухлый чёрный бумажник, — из тех, в которых можно носить всё разом.
В бумажнике обнаружились плоские магнитные ключи, по всей видимости, от квартиры, изрядное количество наличных, а также документы, принадлежащее некоему Маркусу Флигерману.
Элис покопалась в памяти. Где-то она уже встречала это имя. Что ж, раз уж ей суждено было найти пропажу, стало быть, придётся вернуть её господину Флигерману. Тем более, что в бумажник была предусмотрительно вложена визитная карточка с телефонными номерами хозяина.
Случайности не случайны — этому учат ещё в школе. Поэтому ей следовало быть готовой к тому, что, пресловутый бумажник направит её по совершенно новой траектории.
Так и случилось. Вернувшись к Зеркалу спустя полчаса и сняв защиту, девушка уже была готова шагнуть в свой мир, но в этот самый миг мерцающая радужная плёнка, сквозь которую просвечивали знакомые очертания трибун грейстоунского стадиона, вдруг помутнела и с тихим сухим щелчком лопнула, словно воздушный шарик, проткнутый иглой.
Элис оторопела. Впервые в жизни она воочию увидела, как деактивируется Зеркало.
Такого поворота она не предвидела.
Проход между мирами исчез, будто его и не было. На берегу не осталось даже намёка на Зёркало. И, судя по всему, причины на то были самые естественные: вокруг ни души, а на рыхлом весеннем снегу — только её собственные следы. Реверсайдские агенты были не при чём.
Сытый Ларси мирно посапывал в рюкзаке, а Элис, ругаясь вполголоса, методично крошила скалу, которой сама же завалила проход в свой мир меньше суток тому назад. Упрямый камень поддавался с трудом.
В конце концов ей удалось проделать достаточно большое отверстие, чтобы пролезть, ничего себе при этом не вывихнув и не застряв в расщелине. В Аверсайде уже стояла глубокая ночь.
Почувствовав свежий горный воздух, Ларси высунул нос из рюкзака и требовательно мяукнул, хлопая крыльями. Элис понимала, что ему нестерпимо хотелось взлететь; простор ночного неба и крепчающий ветер манил его, но фэрлинг был ещё слишком мал для самостоятельных полётов.
— Тише, Ларси, — Элис попыталась успокоить своего подопечного. — Ты ещё налетаешься. А сейчас нам пора домой.
Элис лукавила, говоря так: идти домой ей совершенно не хотелось. К тому же она сильно сомневалась, а стоит ли вообще возвращаться на Кирпичный переулок. Сейчас уютный дом уже совсем не тот, что прежде: Эмили там больше не живёт, а миссис Браун уехала к себе на родину, сразу, как только Эльвинг забрал у неё перстень. Сейчас, освободившись от влияния наложенных на перстень чар, старушка и не вспомнит, кто такая Эмили и что она все эти годы считала её своей племянницей. А Зеркало в подвале стало известно реверсайдцам и, разумеется, деактивировано, — за что низкий поклон Сфинксу.
Элис представила себе пыльный облезлый фасад, молча глядящий на неё потухшими глазницами окон, и на душе стало совсем тоскливо.
Хватит. Прошлое не вернуть. Пора бы уже перестать жить иллюзиями.
Пора повзрослеть.
Чёрное полотно небосвода было расцвечено знакомыми созвездиями. Элис без труда узнала Арбалет, Мельницу и Колесницу, а чуть выше, в самом зените — Скрипача и его Котёнка, норовившего поймать порхающий над струнами смычок. Крошечная голубоватая звёздочка на самом кончике смычка шаловливо мерцала, ещё больше раззадоривая непоседу-котёнка, и от этого складывалось полнейшее ощущение, что застывшая в небе картинка вот-вот оживёт: Скрипач завершит свою мелодию финальным аккордом, Мельница завертит лопастями, а Колесница сорвётся с места и ринется в бой, прямо в авангард вражеского войска.
Горная тропа вилась по крутому склону; каменные выступы образовывали подобие лестницы. Элис спускалась вниз ступень за ступенью, пока не отыскала такое место, где Ларси мог порезвиться всласть без риска свалиться в пропасть. Почувствовав холод, она вытащила из рюкзака кожаную куртку Джонатана и накинула на плечи, невольно думая о том, что уже который раз её выручает эта куртка.
 
Счастливый фэрлинг носился как заведённый, бешено хлопая крыльями. Элис показалось даже, что ещё немного — и он взлетит по-настоящему. По крайней мере пару раз ему удалось оторваться от земли и провисеть в воздухе дольше секунды.
А Ларси молодчина. Лори в его возрасте летать ещё не умел…
Утром её будут ждать в штабе. По-хорошему, сейчас нужно запечатать Зеркало и отправляться домой, чтобы хоть немного поспать. А вместо этого она сидит на холодных камнях и предаётся пустым мечтаниям.
Сколько ещё она будет заниматься самообманом, играя в молчанку с собственной совестью? Неужели она настолько боится самой себя, что не может называть вещи своими именами?
Она любит Джона Стейтона. И с этим уже ничего не поделаешь. Ровным счетом ничего.
— Кому вообще нужно это глупое чувство? — прошептала Элис. — Кто придумал его, кто решил, что нужно страдать и мучиться, когда на это нет никаких видимых причин?
Она подняла голову на Ларси, — фэрлинг вертелся волчком, пытаясь ухватить зубами собственный хвост.
"Так уж люди устроены. Мы сами создаём себе проблемы. И сами же вынуждены их решать, — Элис вздохнула. — Забавно"…
— Забавно, — послышался негромкий голос за спиной. — Иду значит, я, иду, и вижу: открытое Зеркало, никакой охраны, а находящийся рядом агент в твоём лице делает вид, что его это ни капли не волнует.
Элис рывком вскочила на ноги, отчаянно краснея. На краткий миг ей подумалось, что Джон Стейтон каким-то образом ухитрился прочитать её мысли, но, сделав глубокий вдох, она сообразила, что это простое совпадение.
— Лео был против того, чтобы я приходил сюда, — сказал он как бы невзначай. — Разумеется, я его не послушал.
— Агент Леонард?
— Он мой старый друг. Я, конечно, ему ничего не рассказывал о… о тебе. Но, похоже, Лео что-то подозревает.
Эта новость не улучшила девушке настроение.
— Как ты отыскал это Зеркало?
— Просто гулял и набрёл, — Джонатан пожал плечами.
— Сфинкс напел?
— Да при чём здесь Сфинкс? Говорю же, я гулял за городом, у водопадов…
— Сфинкса больше нет, — холодно сообщила Элис.
— Я догадался, — Джонатан спрыгнул со скалы и, хрустя гравием, подошёл к ней вплотную. — Кстати, поздравляю с новой должностью. ДВР отныне в надёжных руках.
Элис нахмурилась, делая микроскопический шаг назад.
— Как ты узнал?
— Догадаться несложно, — тихо рассмеялся он. — По правде говоря, это было весьма ожидаемо.
Элис молча опустилась на скалу. Джонатан присел рядом. Ларси подбежал к нему, деловито обнюхал носки сапог и, одобрительно фыркнув, укатился играть с хвостом.
— Твоя куртка, — Элис неуклюже стащила куртку, которую она уже успела нагреть теплом своего тела, и протянула Джонатану.
— Оставь себе.
— Нет, — Элис решительно помотала головой. — Забери. Иначе я никогда… — голос её сорвался, но Джонатан обнял девушку за плечи и прижал к себе. Ставшая ненужной куртка соскользнула с его колен и упала на землю.
— Жизнь куда сложнее, чем мы думали, правда?
Элис всхлипнула, не в силах сдерживать эмоции.
— Это всё словесная эквилибристика, — она выдавила горькую улыбку. — В жизни всё просто. Люди либо друзья… либо нет. Только у нас всё почему-то вывернуто наизнанку… Как в кривом зеркале. Точнее, как в тысяче зеркал.
 
— Что же делать?
Элис промолчала. Если бы она знала ответ!..
Даже если им удастся заключить перемирие между Реверсайдом и Аверсайдом, они останутся врагами, и этого не изменить. Можно пытаться обманывать себя.
А можно смириться.
Одному небу известно, есть ли третий путь.
— Я и прежде не была свободна в своих решениях, — голос Элис опустился до шёпота. — А уж теперь…