Перешагивая через Грань (СИ)

— Честно говоря, реверсайдский кофе ни в какое сравнение не идёт с нашим, — Элис подняла чашку и поднесла ко рту, с наслаждением вдыхая любимый горьковатый аромат. — Признаюсь честно, мне его не хватало.
Теренс только что закончил рассказывать о своих злоключениях. Элис уже знала его историю, поэтому слушала вполуха, размышляя о профессоре Джонсе и их сорвавшейся встрече, но Кристофер, Питер и Анабель жадно ловили каждое слово.
— Так вот почему Роджер всё время куда-то пропадает, — медленно проговорил Питер, когда Теренс, наконец, закончил. — Он просто-напросто работает на два фронта. Он и есть Сфинкс!
— Мы давно обратили внимание на эти его постоянные отлучки, — продолжила Анабель. — Думаешь, Элис, мы вот так легко поверили бы во всю эту чушь про тебя? Нет, притвориться, конечно, пришлось, — девушка пристыженно покраснела, но глаза её упрямо сверкнули. — Мы не собирались сдаваться и не оставляли надежд, что сумеем в конце концов отыскать настоящего предателя, а для этого надо было усыпить его бдительность. Всем известно, что я — интуит, и предателю это тоже прекрасно известно. Мне приходилось разыгрывать отчаяние и депрессию, будто бы я подавлена настолько, что ни на йоту не сомневаюсь в твоей виновности.
— Ты сбежала, и мы с Аной сразу поняли, что ты отправилась на поиски доказательств, — подхватил Питер. — Мы предполагали, что без помощи не обошлось, но тогда нам некогда было озадачиваться этим. Единственное, что мы могли, — ждать вестей, стараясь не делать глупостей, и внимательно наблюдать за происходящим.
— К сожалению, это оказалось не так просто, как мы думали, — негромко заметила Анабель, и они с Питером переглянулись.
— Из-за одного… — Питер сморщил нос и выразительно кашлянул. — Недоагента.
Элис непонимающе подняла брови.
— Твой Роберт ходил за нами как приклеенный, — объяснил Питер. — Он каким-то образом сообразил, что мы на твоей стороне. И постоянно крутился рядом — по поводу и без.
— По-моему, он пытался выведать, где ты и что с тобой, — сказала Анабель. — Я понимаю, он твой земляк, вы друг друга сто лет знаете, но… Если честно, Элис, мне его по-человечески жаль. Ну не понимает парень, во что он ввязался. Он ведь не маг. На словах-то он, конечно, герой, но в случае настоящей опасности он не сможет ни за себя постоять, ни защитить того, кто рядом.
— Любовь зла, — вздохнул Питер, театрально закатывая глаза.
Анабель укоризненно цокнула языком, Теренс подавился бутербродом, Тайлер хмыкнул, а Элис отвесила чересчур остроумному коллеге увесистый подзатыльник, — увернуться он не успел.
— Уж от чего и стоило сбежать в Реверсайд, так от твоего бесподобного чувства юмора! Роберт — всего лишь мой друг, и — хвала небесам! — нас обоих это полностью устраивает!
— Ана в одном права, — вмешался Кристофер. — Роберт Вайденберг — человек, и даже если он принял присягу, что даёт ему право формально числиться агентом, быть таковым на практике для него попросту опасно. А брать на себя ответственность за его жизнь лично я не хочу и не буду.
— Послушайте, мы не о том спорим, — заговорил доселе молчавший Теренс. — Мы впустую тратим время. Надо остановить предателя, пока не стало слишком поздно.
Элис вспомнила, как они с Роджером в шутку боролись в подпольном бойцовском клубе. Роджер тогда прекратил бой из-за сработавшей пентаграммы. Действительно не мог продолжать драться против своего?
Или нарочно устроил этот спектакль, чтобы она считала, что его пентаграмма, как и у всех остальных, подлинная, а он сам таким образом был бы вне подозрений?..
— Я вот чего не могу понять, — произнесла Элис, задумчиво водя пальцем по линиям пентаграммы на ладони. — Роджер ведь принимал присягу, как и все мы.
— Ну и что с того? — буркнул Кристофер. — Это значит только то, что он — клятвопреступник.
— Не всё так просто, Крис, — Элис положила руки под стол. — Думаешь, пентаграмма — всего лишь красивый узор? Вряд ли. Мне кажется… — она замолчала, пытаясь как можно точнее сформулировать свою теорию, — пентаграмма чувствует тебя, чувствует твои мысли. Если ты попытаешься сделать что-либо, что идёт вразрез с самой сутью нашей клятвы, она постарается помешать… Вы же знаете, что происходит, когда превышаешь лимит? — на мгновение перед её внутренним взором промелькнули яркие картинки: Айзенбург, недостроенный небоскреб "Кристалл-Палас", многотонная бетонная плита, удерживаемая в воздухе лишь силой её магии… И нестерпимая боль.
 
Должно быть, эти эмоции отразились на её лице, потому что никто не проронил ни слова. Но Элис знала, что все сейчас подумали об одном и том же: откуда её так хорошо известно, что происходит, если пренебрегаешь присягой?
— Значит, предатель нашёл способ обмануть пентаграмму, — Кристофер сердито сдвинул брови.
— Или вообще не приносил присягу, — прошептала Анабель.
Повисло напряжённое молчание.
— Ничего, скоро мы всё выясним, — сказал Кристофер.
После недолгой дискуссии было решено отправиться к Роджеру домой, и, устроив там засаду, дождаться его появления. Предусмотрительный Кристофер вооружился парочкой основательно заряженных факсимильных амулетов; у Анабель и Питера амулеты были почти полные.
Кристофер заявил было, что Теренсу лучше не участвовать в операции, но парень с такой горячностью рвался в бой, что он вынужден был уступить. В конце концов, их пятеро против одного — при таком раскладе итог очевиден.
Роджер был одним из немногих, кто имел в Грейстоуне в собственное жильё, а не квартировался в служебных апартаментах. Выкрашенный небесно-голубой краской двухэтажный особняк с круглыми белыми колоннами на фронтоне проглядывал сквозь поредевшую листву парковых дубов.
В два портала они добрались до сквера, напротив которого располагался нужный им дом. Элис с наслажденем вдохнула прохладный осенний воздух, испытывая небывалый душевный подъём. Её сердце учащённо билось в предвкушении скорой развязки, глаза блестели, а внутри всё пело. Неожиданная встреча с Теренсом, повлекшая за собой долгожданное возвращение в родной мир, и поимка пресловутого Сфинкса, которая вот-вот должно произойти, — неужели фортуна наконец-то на их стороне?..
— Держитесь рядом, — шёпотом велел Кристофер. — Помните: не обнаруживайте себя раньше времени, — он покосился на Элис. — И, умоляю, без самодеятельности!
Анабель и Питер переглянулись, Теренс горячо закивал. Все они были под покровом невидимости.
— За мной, — Кристофер, шедший первым, протянул руку и нажал на кнопку звонка. Ничего не происходило. Он позвонил ещё и ещё, после чего нажал на дверную ручку.
Входная дверь оказалась открытой.
— Эй, Роджер! — громко крикнул Кристофер. — Ты дома?
Ответа не последовало.
— Не нравится мне это, — еле слышно шепнула Анабель. — Очень не нравится.
— Тс-с!
В гробовой тишине они пересекли просторный вестибюль, поднялись по лестнице, по очереди проверили все комнаты, включая кухню, ванную и гардеробную. Заглянули на чердак. Огромный особняк, старинное дворянское гнездо, сменившее не одно поколение владельцев, сейчас выглядел брошенным, покинутым, осиротевшим.
— Словно сквозь землю провалился, — поёжилась Элис.
Притворяться невидимыми и осторожничать больше не было смысла.
— Не думаю, что это случайность, — вслух сказал Кристофер, обращаясь скорее к себе самому, чем к своим спутникам. — Похоже, Роджер был предупреждён о нашем визите. Нас опередили.
— Прячется? — предположил Теренс, вслед за Элис становясь видимым. — Или предпочёл сбежать?
 
— В доме его точно нет, — выставив руки перед собой, Питер сосредоточенно сканировал пространство. — Здесь вообще никого нет, кроме нас.
— Значит, второе.
— Погодите… Вот это да! — Питер внезапно застыл как вкопанный и широко открыл глаза. — На доме нет никакой магической защиты.
— Что? — встрепенулся Кристофер. — Ты уверен?