Большая игра (ЛП)

— Господин адмирал, «Оёдо» сообщает о перископе прямо по курсу.
Идзумо обернулся на тактический планшет. Уже три подводные цели, все на большом расстоянии, и эта последняя — на отличной позиции, чтобы выпустить по авианосцам торпеды. Как бы там ни было, враг грамотно распределил задачи и устроил отличную засаду. У него не оставалось выбора. Вообще не оставалось.
— Прекратить все воздушные операции. Авианосцам — манёвры уклонения на максимально возможной скорости. «Агано» и «Ноширо» — добираться до базы самостоятельно.
В этот миг корабль потряс мощный удар.
Южно-Китайское море, АПЛ «Скипджек», перископная глубина
После показа перископа ведущему японскому эсминцу «Скипджек» сначала нырнул, потом повернул и начал всплытие, заходя поперёк курса приближающегося авианосца. В последнюю минут Ранкен переложил рули на погружение, но за лодкой оставалась большая масса взбаламученной воды. Именно удар этой массы поразил «Шокаку» в борт, создавая убедительную, но необъяснимую имитацию серьезного столкновения.
— Ну всё, ребята, поигрались и хватит. Уходим под жидкое дно и прячемся. Будем издалека поглядывать.
Южно-Китайское море, авианосец «Шокаку», флагманский мостик
— Господин адмирал, на связи адмирал Сорива. Ему угрожают морские ударные бомбардировщики, требуется прикрытие с воздуха и вытеснение противника.
Идзумо глянул на планшет. Его корабли выписывали противолодочные зигзаги, чтобы уклониться от возможных торпедных попаданий. Если он вернётся на прямой курс, чтобы поднять авиацию, то окажется предельно уязвимым для атаки — при том, что одно попадание, возможно, уже было, и хорошо что без сквозной пробоины. Он не мог рисковать.
— Передайте адмиралу Сориве. «Сожалею, но вынужден отказать. Нахожусь под массированной атакой от трёх до шести вражеских подводных лодок. Два эсминца повреждены, вероятно, есть попадание в один авианосец. Работа с самолётами невозможна из-за манёвров уклонения».
Южно-Китайское море, линкор «Мусаси», флагманский мостик
Адмирал Сорива раз за разом перечитывал сообщение и ощущал, как в висках у него начинает стучать. Как это понимать? От трёх до шести подводных лодок? Два эсминца повреждены, вероятно, есть попадание в один авианосец. Работа с самолётами невозможна из-за манёвров уклонения. Какое такое вероятное попадание? Авианосец подбит или нет? Сориве захотелось побиться головой о переборку, или, для вящего облегчения, постучать об неё головой адмирала Идзумо. В груди кольнуло болью. Он несколько раз глубоко вздохнул и заставил себе успокоиться. Обстановка и без того достаточно напряжена.
«Ямато» и «Мусаси» шли параллельно трём индийским кораблям на расстоянии чуть менее 20 морских миль, на грани дальности стрельбы орудий. Линия, прочерченная американскими бомбардировщиками, давно рассеялась и исчезла, но адмирал знал, где она проходит, и они знали, что он знает. Они стегали его корабли радарами управления огнём, не давая забыть о себе. Пойти на сближение с индийцами было невозможно, пока бомбардировщики держатся поблизости, то есть пока Идзумо не поднимет перехватчики и не отгонит их.
Но что бы там ни случилось, всё было серьёзно. Два эсминца торпедированы, хотя, похоже, удержались на плаву. Вероятно, передача пришла с ошибкой. Должно быть, «попадание в авианосец, возможны повреждения». Так как Идзумо наверняка владеет обстановкой лучше, и знал бы о попадании в собственный корабль, подбит, скорее всего, «Дзуйкаку». Так всё выглядело более логично: он мог увидеть фонтан воды от попадания, но заметил, что авианосец фактически неповреждён. Или торпеда не сработала, или сила взрыва разошлась по внешней защите. Да, так смысл есть. Но он не знал, насколько успешно «Идзумо» контратаковал подводные лодки. И ему отчаянно требовались истребители. Каждая минута задержки означает, что ему потребуется три лишних минуты на преследование австралийского конвоя, который всё ближе подходит к зоне работы дружественной авиации.
 
— Связист, передача адмиралу Идзумо. «Угроза с воздуха предельно серьезна. Как можно скорее требуется прикрытие. Вы атаковали врага?»
Южно-Китайское море, авианосец «Шокаку», флагманский мостик
Адмирал Идзумо тревожно расхаживал по мостику. После множества контактов не было больше ни одной засечки, и эта пауза сильно его беспокоила. Четыре вертолёта пытались обнаружить и уничтожить первую подводную лодку, но потеряли её. Сбросили глубинные бомбы и торпеды, но хитроумный экипаж уклонился от всех. Они до сих пор были где-то там, хотя и отстали от оперативной группы. Субмаринам не хватало скорости, чтобы догнать быстроходные авианосцы. Значит, соединение вырвалось из засады. Надо отправить Сориве расширенный доклад. А потом можно подумать о подъёме авиагруппы.
— Передайте: «Потери флота таковы — два эсминца столкнулись во время преследования подводного контакта. «Шокаку» получил попадание неустановленным предметом, возможно, неисправной торпедой».
Офицер-связист вернулся всего через несколько минут, то есть едва успел добежать до радиорубки и обратно. На его лице Идзумо рассмотрел вынужденную невозмутимость. Взяв доставленное сообщение, адмирал прочитал его и сначала взбесился. «Угроза с воздуха предельно серьезна. Как можно скорее требуется прикрытие. Вы атаковали врага?». Конечно, это было оскорблением, намёком, будто он уклоняется от своего долга. А потом задумался. Адмирал Сорива пользовался заслуженным уважением, им восхищались офицеры, он зарекомендовал себя как умелый и способный флотоводец. Истребители-бомбардировщики ближнего радиуса не могли создать предельно серьёзной угрозы. В этот момент до него дошла суть сообщения Соривы и он проклял себя за то, что не догадался сразу. Индийские и австралийские флоты учились у британцев, а у британцев конвои всегда сопровождали две группы. Ближний отряд крейсеров и эсминцев, и авианосцы на некотором расстоянии от основных сил, но готовые атаковать нападавшего.
Сорива, должно быть, определил местонахождение этой второй группы. Как помнил Идзумо, индийцы и австралийцы купили по два «Эссекса». Считалось, что им ещё от полугода до года для ввода в строй, но возможно, они успели быстрее. Адмирал Сорива ожидает налёта их объединённых групп, и неудивительно, что он описал угрозу как предельно серьезную. Ну, доктрина войны авианосцев была предельно ясна. Расправься с ними, пока они не расправились с тобой.
— Что передают вертолёты? Они перехватили лодку?
— Говорят что да, господин адмирал. Контакт исчез после последнего захода и сброса торпед. Зафиксирован взрыв, она не могла вырваться. Достали.
— Передайте адмиралу Сориве: «Вырвались из вражеской засады. Одна подводная лодка потоплена. Готовлю воздушный удар. Где находится вторая группа вражеских авианосцев?». Прекратить маневрирование, начать подготовку к выпуску. Снаряжение противокорабельное. Реактивные торпеды на бомбардировщиках, ракеты «воздух-воздух» на истребителях. Наводить будет адмирал Сорива.
Южно-Китайское море, линкор «Мусаси», флагманский мостик
Следующее сообщение адмирала Идзумо поразило Сориву, словно почечная колика. Два эсминца столкнулись, «Шокаку» получил торпеду. Значит, четыре из шести эсминцев Идзумо вышли из строя, и есть попадания в оба авианосца. Что там за сражение произошло? Подводные лодки лишили соединение двух третей прикрытия, и только с помощью богов не потопили авианосцы. Это не какая-то случайная перестрелка, а настоящий бой. Но отсюда происходил закономерный вопрос — а почему американцы просто не уничтожили его? Без истребительного прикрытия Идзумо был беспомощен против бомбардировщиков. Значит, что-то важно проскользнуло мимо его взгляда.
— Господин адмирал, ещё одно сообщение.
Сорива взял бланк и прочитал радиограмму. Внезапно его озарило и он ощутил невероятный позор, достойный заявления об отставке. Он винил коллегу за задержку с подъёмом авиации, а теперь тот пишет следующее: «Вырвались из вражеской засады. Одна подводная лодка потоплена. Готовлю воздушный удар. Где находится вторая группа вражеских авианосцев?». Это и есть недостающая часть загадки.