Спасите меня, Кацураги-сан! Том 16 (СИ)

Я увеличил разрешение «анализа» и заглянул в те самые «замершие» клетки.
Нашёлся!
Именно в них он и сидел. Понятия не имею, зачем он туда забрался. Ведь размножаться в этих клетках он не может — там полностью остановился обмен веществ. Развитие вируса в таких условиях невозможно. Хотя, судя по всему, он сам себя там и запер. Но зачем?
— Кацураги-сан, если всё настолько плохо, может быть, уже пора бы использовать ту сыворотку? — спросил меня Фува Джузо. — Окабэ-сан сказал, что её уже привезли.
  
— Как раз ради этого я сюда и зашёл. Пытаюсь понять, можем ли мы её ввести. Анализы заставили меня засомневаться насчёт того, примет ли сыворотку ваш организм, — объяснил я.
И меня тут же настигло осознание.
Чёрт подери, а ведь действительно не примет… Вернее, организм-то её, может, и перенесёт, но толку от сыворотки не будет. Ведь сыворотка — это антитела, нацеленные на убийство вируса. Но они не смогут найти вирус, который заперся внутри клеток с непроницаемой мембраной.
Что это за безумное совпадение? Почему как только мы собрались вводить сыворотку, «Фебрис-12» сразу же спрятался внутри аномальных клеток, которые сам же такими и сделал. Это невозможно…
Похоже, этот день решил завалить меня шокирующими новостями. Сначала Сайка, теперь эта ситуация с Фувой Джузо. Пока что не могу в это поверить, но вывод напрашивается лишь один.
«Фебрис-12» каким-то образом понимает человеческую речь или же наши намерения. Откуда ещё вирус мог узнать, что ему срочно нужно прятаться в защищённые клетки? Ведь Окабэ Акира рассказал Фуве, что сыворотка скоро прибудет. И именно в этот промежуток времени поведение вируса резко изменилось.
Неужели его адаптационные способности настолько велики?
Да. Похоже, это правда. Я бы с радостью проверил на другом пациенте и ввёл бы ему сыворотку, не предупреждая о том, чем на самом деле является этот препарат, но у нас, к счастью, только один заболевший.
И, наверное, это к лучшему, что Окабэ проговорился Фуве Джузо. Ведь без этой оплошности мы бы не узнали, что вирус обладает способностью понимать окружающих людей.
Возможно, колонии «Фебрис-12» каким-то образом создали нечто похожее на коллективный разум. Не удивлюсь, если они считывают информацию из головного мозга пациента и на её основе действуют.
В таком случае напрашивается вопрос, а могу ли я обмануть вирус? Что, если я скажу Фуве, будто сыворотки не существует, и ему суждено умереть в этом инфекционном боксе?
Разумеется, я ни за что такое вслух не произнесу, но в качестве мыслительного эксперимента допустить такой сценарий можно. Как тогда поведёт себя вирус? Прочитает мысли своего носителя, решит, что ему ничего не угрожает и снова выберется из клеток?
Это уже переходит все границы разумного. Супербактерия из моего мира так делать не умела. Мне хватило заряженной лекарской магией вакцины с частицами своих же заражённых клеток, чтобы выработать полноценный иммунитет у всех, кто её себе вколол.
Но как бороться с инфекцией, которая понимает ровно столько, сколько понимает её носитель?
Задав себе этот вопрос, я осознал, что в этом мире мне больше нельзя повторять прошлый сценарий. Я не имею права заражать себя «Фебрис-12» даже в целях спасения всего человечества. Если вирус каким-либо образом прочтёт мою память, получит мой опыт… Проклятье, да у нас ведь не останется ни единого шанса, чтобы его одолеть!
В таком случае я не просто стану последним лекарем, как гласило пророчество Манасэ Досана. Я тогда стану причиной гибели всего человечества. Лекарем, по вине которого погибнут миллиарды людей.
Надо ещё раз обсудить ситуацию с Купером Уайтом. Он уже однажды заразился вирусом, но я смог его излечить. Однако это было слишком рискованно. Уже на уровне Купера мы могли подвергнуть весь мир огромной опасности.
Выбора нет. Мне придётся сообщить Фуве ложную информацию. Но сделаю я это крайне аккуратно. А затем посмотрим, как отреагирует вирус.
— Фува-сан, анализы у вас всё ещё не пришли в норму, однако вашей жизни пока что ничто не угрожает, — сказал я. — И по этой причине я вынужден запретить использование сыворотки.
— Что⁈ — воскликнул он. — Почему вы так со мной поступаете, Кацураги-сан? Я уже хочу вернуться домой. Моя семья, мои люди — все они заждались меня. Отец в одиночку не справится с делами, которые…
— Фува-сан, это ради вашего же блага, — перебил его я. — Между нами говоря, мне кажется, что сыворотка недоработана. Я не хочу убить вас неготовым препаратом. Понимаете? Я уверен, что у меня получится спасти вас исключительно противовирусными препаратами. Пока что всё идёт гладко. Доверьтесь мне. Я не подведу.
Фува выдержал паузу. Несколько секунд смотрел мне в глаза, которые едва ли можно было разглядеть сквозь блики защитного стекла.
— Хорошо, Кацураги-сан, — кивнул он. — Я доверюсь вам. Но если мне опять станет хуже — я позвоню своим людям, и они вытащат вас из дома.
— Опять угрозы пошли! — усмехнулся я. — Вообще-то, я живу на территории семьи Гакити. Вы в мою квартиру не попадёте. Да и не стоит мне угрожать. Пока что мы с вами в одной лодке, Фува-сан. Не стоит затевать очередную войну.
— В одной лодке? — нахмурился он. — Я здесь помираю от какой-то новой инфекции, а вы спокойно работаете, как работали. О какой лодке, чёрт подери, идёт речь? О тонущей⁈
— Фува-сан, борьба с болезнью — это всегда общая работа двух людей. Пациента и врача. Если вы думаете, что мне плевать на ваше здоровье — это не так.
— Вы всегда плевать хотели на таких, как я. На якудзу. И никогда это не скрывали, — фыркнул он.
— Заметьте, «плевал» я на вас только за пределами клиники. Помощь оказывал всегда. А сейчас от нас с вами зависит куда больше, чем может показаться. Вы — пациент, который может изменить ход борьбы с суперинфекцией, — прямо сказал я. — Возьмите себя в руки. И боритесь достойно, бок о бок со мной.
Закончив свой монолог, я направился к выходу из инфекционного бокса, но перед этим ещё раз взглянул на клетки бронхиального эпителия. Сильных изменений там не произошло, но, готов поклясться, мембрана клеток стала более проницаемой для молекул.
Заметив это, я тут же отключил «анализ» и оставил Фуву Джузо наедине с собой. Не стоит показывать вирусу, что я наблюдаю за ним. Похоже, он купился на мою ложь. Странно так говорить о микроорганизме, у которого нет не только головного мозга, но и нервной системы в целом, но иной формулировки я найти не смогу.
Именно поэтому я и не стал приводить клетки в порядок своей лекарской магией. Лучше потерпеть немного. Если вирус поймёт, что я разгадал его план — он может резко изменить тактику и убить Фуву Джузо быстрее, чем мы это поймём.
Проклятье… я будто не с вирусом, а с живым человеком борюсь. С настоящим разумом.
Закончив процесс дезинфекции, приняв душ и переодевшись, я вернулся в кабинет Окабэ Акиры.
— Нужно выждать несколько дней, Окабэ-сан, — сказал я инфекционисту. — Подождём с сывороткой. Пока что вводить её не стоит.
— Погодите, но у «ВОЗ» возникнут вопросы, — замотал головой он. — Они рассчитывают, что мы введём сыворотку в ближайшие несколько дней.
— Так надо, Окабэ-сан. Доверьтесь мне. И пока что ничего не говорите пациенту об этом препарате. Сообщите, что сыворотка утилизирована, если он спросит.
Окабэ Акира не мог понять, что я задумал, но всё же решил довериться мне.
Закончив с Фувой, я решил сразу же направиться домой. Один день частная клиника сможет прожить и без меня.
Кратко я пояснил Сайке суть ситуации. Сказал, что ребёнок здоров, но может развиваться не совсем правильно, поэтому я буду контролировать процесс лично.
  
Больше в подробности вдаваться не стал. Однако этим же вечером приступил к наблюдению за Сайкой и подготовке всех этапов будущего плана. Отделил от ели несколько ветвей и распределил их по всему дому. Размножить её таким образом не выйдет, но я хотя бы увеличу радиус воздействия её силы.