Бывшая принцесса, или Драконам здесь не место! (СИ)
— Вы правы, — качнула я головой. — Тонни действительно слишком стар для таких путешествий. Хотя, буквально несколько дней назад он уезжал куда-то… Вы не знаете куда?
— Знаю, конечно. Он ездил в Грасс к своей дочери. Она не приезжала уже много лет, а он скучает и… Я пытался убедить его отправиться на поезде, но он противник всех этих современных технологий. Знаете, даже когда изобрели мобили, он в ужасе хватался за голову.
— Что ж, — я еще раз обвела взглядом туннели. — Мы пойдем, а как только смогу решить что-то с нагревательным блоком, так сразу сообщу вам.
Мы попрощались и поспешили на улицу. Впереди было еще много дел, но сперва нужно навестить Фину.
У Фины мы позавтракали, поздравили ее с праздником, а потом пришел мистер Эриб, и Ирила увела нас на улицу.
— Ох, я уже не знала как вырваться! Бабуля как узнала, что я теперь работаю, так переполошилась вся. Блинчики с рыбой, блинчики с мясом, компот, варенье… Столько всего она в меня запихала, чтобы у меня не кончилась вдруг энергия!
Я рассмеялась. Фина и нам с Барбосей пыталась подкладывать на тарелки как можно больше всего, но вовремя появившийся слесарь спас нас.
— Почему так? — отсмеявшись спросила я. — Откуда это неуемное желание всех накормить?
— Думаю, на бабушку повлияло голодное детство. Она родом из западной деревеньки, где нет работы, нет денег, а еще там невозможно разбить огород или завести скотину. Земли выжжены солнцем, трава не растет. Ее родители, мои прабабушка и прадедушка, уехали в Порланд когда Фине было пятнадцать. Первые пятнадцать лет своей жизни бабуля вспоминать не желает, лишь иногда бывает вскользь упомянет что-либо из прошлого.
— Как грустно это все…
— Да, грустно… Ну так что, какие на сегодня планы? Я готова ко всему!
Я с улыбкой глянула на подругу. Ирила словно светилась, так сильно горела своей новой работой. Мне бы ее оптимизм! Впрочем, если бы я была наемным работником, а не главной в этом городе, то вела бы себя так же. Пару недель отработал в свое удовольствие и вернулся в столицу к маме. Ну не чудесно ли?
Барбося задумчиво дергал ушами, пока мы решали с чего начать бесконечный список дел.
— Сходим на фабрику? Посмотрим, в каком она состоянии, — предложила я, и все согласились.
На фабрику попасть оказалось непросто. Двери были заперты, окна закрыты, а звать мистера Эриба не хотелось. Мы обошли все здание по кругу, и зоркий заячий глаз увидел лазейку - в одном из окон было выбито стекло.
— Там же все снегом засыпало поди! — воскликнула я и бросилась к проему.
За ним оказалась небольшая кладовая, и вправду заваленная снегом. Мы забрались внутрь и уже оттуда побрели по помещениям.
Повсюду были двери и коридоры. Много, очень много различных комнат, большая часть из которых была завалена спрессованной макулатурой и, надо сказать, все еще хорошего качества. Я пощупала один из листов, он был чуть влажным, но почти неощутимо, и если натопить фабрику, то бумага быстро высохнет. Листы были светло коричневого оттенка, почти желтые, и очень тонкие.
— А там что? — я указала на огромную железную конструкцию, похожую на увеличенный в несколько раз кухонный комбайн.
— Аппарат, который замешивает древесную массу, сено, ткани…
— Что?.. — я вскинула брови, удивленно глядя на фамильяра. — Ткани?
— Не вникай, — буркнул Барбося. — Технология изготовления бумаги достаточно сложная даже для моего понимания. К слову, именно поэтому ты не сможешь нанять на работу кого-то с улицы. Тут нужны специалисты, которые уже имели опыт работы на таких производствах.
— Где бы еще найти этих специалистов.
— Если газеты в столице разойдутся, то можно будет дать объявление в следующий выпуск. Те, кто уехал из Порланда, возможно, захотят вернуться, и среди них будут те кто работал на этой фабрике.
— Сколько всего человек здесь работало?
— Здесь - не знаю, а на второй фабрике сейчас работает двадцать человек. Не одновременно, они меняются.
— О, так это совсем мало! Мы обязательно вернем хотя бы часть.
— Какой смышленый заяц, — Ирила, прищурившись, смотрела на Барбосю.
— Я много лет был советником короля, девочка, — фамильяр вскинул мордочку и даже уши у него задрожали от важности.
— Барбося и правда очень умный, — пресекла я попытку Ирилы продолжить расспрашивания. — Пойдемте дальше.
За несколько минут мы обошли все помещения, проверили, насколько смогли, оборудование, и на первый взгляд никаких поломок не увидели. Барбося сказал, что двигатель работает на пару, и сколько я ни пыталась понять как именно, так и не смогла. Мне и правда нужны были специалисты разбирающиеся в бумажном деле, самой мне ни за что не включить даже самый простой из аппаратов.
Обход бумажной фабрики был окончен. Я вытащила из кармана лист бумаги и карандаш, которые прихватила с собой из кабинета еще вчера, и поставила галочки напротив “Посетить фабрику” и “Зайти к Ивсентию”. Из важных дел еще было необходимо раздобыть нагревательный блок, но денег на него нет и пока не предвидится.
— Нет никаких мыслей вообще, — удрученно проговорила я, всматриваясь в серое небо.
Я не могу вернуть жизнь этому городу, не могу! Моих сил и знаний на это просто не хватит.
— Не паникуй, — вздохнул Барбося. — Пути назад у тебя все равно нет.
И в этой его фразе мне послышался совсем другой смысл… На Землю мне пути нет, а приспосабливаться к жизни в Арралсе необходимо. Поэтому стискиваем зубки, берем ножки в ручки и вперед. Вот только с каждым днем становилось все страшнее, а что если не смогу? Что если ничего не получится? Скоро кончатся продукты, Ирила уедет и напрашиваться в гости к Фине будет как-то стыдно. А еще воды горячей нет, мне даже негде помыться!
— Чтобы что-нибудь купить, нужно что-нибудь продать, — философски изрекла подруга, и мы все задумались.
Продавать нам было нечего, а если точнее, некому. Брошенные апато со временем вернутся их владельцам, это я уже давно решила, потому что людям надо будет где-то жить. Не стану же я требовать с них возврата денег, которые предыдущий мэр выплатил им за их жилье.
Мы молча добрели до мэрии, поднялись в кабинет и расположились кто где - я села за рабочий стол, Барбося на софу, а Ирила заняла место на подоконнике.
Так мы и сидели, раздумывая каждый о своем, пока с улицы не раздался шум…
Стук колес и цоканье копыт заставили Ирилу завизжать, а меня подскочить к окну.
Черные лошади тянули черные повозки. Их было не меньше десятка, а во главе процессии ехал кто-то ну очень важный. Его экипаж был большим, и лошадей не одна, а две.
— Папа? — предположила я, а Барбося мотнул головой.
— Дорн Габриэль Эттвуд собственной персоной.
— Дракон?! Ему сюда нельзя!
— Закон ты еще не ввела, так что поздно метаться. Иди встречай, Высочество.
— Нет, ни за что! Я не спущусь к нему и в мэрию ему нельзя!
Я заметалась по кабинету. Зачем-то принялась расставлять папки с документами по местам, листы бумаги и карандаши спрятала в ящики, потом быстро схватила тряпичную салфетку и протерла столешницу от невидимой пыли. Дорн не должен увидеть, что я тут не на своем месте! Это мой город, мой кабинет!
Хлопнула тяжелая дверь внизу, потом послышались шаги на лестнице, в коридоре, и затихли у кабинета.
— О-ой… — еле слышно выдохнула Ирила, и в дверь настойчиво постучали.
Я метнулась за стол, плюхнулась на стул и, зачем-то схватив карандаш, крикнула:
— Войдите!
На пороге в ту же секунду появился Дорн. Ирила что-то простонала неразборчивое, да даже я залюбовалась, поэтому заставила себя смотреть на переносицу Дорна. Где-то слышала, что так собеседник будет думать, что ты смотришь ему в глаза.
— Леди Де’Рош, я привез вам письмо от вашего отца.
Я все же не смогла удержаться и взглянула Дорну в глаза, потом на руки - мужчина вытащил из внутреннего кармана сверток, перевязанный алой лентой.
— Письмо?.. Так вы… не за мной?