Два монстра в наследство (СИ)
Два монстра в наследство
Кира Лафф
Глава 1
Аня
— Потеряла что-то, лапуля? — здоровенная лапища опускается мне на попку и крепко сжимает, от чего я взвизгиваю.
В подсобке темно, и не видно, кто тут такой смелый и наглый? Забрела сюда в поисках полотенца.
— Тебе помочь? — голос мужской, бархатистый. Обволакивает и заставляет всё тело непроизвольно вибрировать. Опасность разносится по венам с бешеной скоростью. С обладателем такого притягательного голоса ни в коем случае не стоит оставаться наедине!
— Не надо мне помогать! — шарю по стене дрожащей рукой в поисках выключателя и, наконец, найдя его, тут же включаю свет.
Хватаю наглеца за запястье и отбрасываю его руку со своей пятой точки!
Оборачиваюсь и застываю как вкопанная…
Обалдеть! Вот зачем он такой красивый?! Резковатые черты лица, волевой подбородок, чётко очерченные скулы… Глаза яркие, цвета морской волны — смотрят с поволокой. Он что, пьян?
— Вы что тут делаете? — спрашиваю с таким видом, будто сама имею какое-то законное основание находиться в этой подсобке, которая оказалась небольшой комнатой с продуктами.
В этом огромном доме я всего лишь гостья, приглашённая нотариусом по случаю смерти Александра Борисовича Черновского. Какое отношение имею к этому человеку я, пока не знаю, но надеюсь скоро это выяснить…
— Лапуля, — мужчина усмехается, кривя чувственные губы, на которых я бесстыдно залипаю, и опирается спиной на шкаф позади себя. Да ему даже на ногах стоять сложно! — Раз уж ты тут, шампусика мне подлей, будь умницей!
— С чего это вдруг я вам должна что-то подливать? — возмущённо спрашиваю, глядя в его наглые глаза.
Только сейчас замечаю, насколько у него заплетается язык. Да, этот обаятельный гад изрядно перебрал!
— И вообще, вам уже хватит! — строго заявляю, складывая руки на груди.
Мне кажется, или в этой небольшой коморке становится как-то маловато воздуха? Сердце отчего-то начинает чаще биться. Дышать становится тяжелее…
— Да что ты говоришь? — развязано продолжает он. — У меня отец умер! — говорит, но в его голосе нет ни капли сожаления. — Могу себе позволить, ясно, малышка? Поминки же! Если хочешь, — делает шаг ко мне, и между нами остаётся не больше десяти сантиметров. Его порочная энергетика чуть ли не сбивает с ног. В нос бьёт аромат явно дорогого парфюма. Горький, терпкий, элегантный запах… возбуждающий и будоражащий всё внутри… — Можешь и себе плеснуть, я никому не расскажу, что ты пьёшь на рабочем месте…
При этих словах его длинный палец чертит кривоватую дорожку по моей щеке. Быстро спускается вниз, отбрасывает в сторону локоны и нагло следует в ложбинку между грудей.
— Что вы… — ошалело округляю глаза.
Задыхаюсь от неожиданности! Никто и никогда ещё не вёл себя со мной настолько фривольно! Хочу тут же отбросить его ладонь, но почему-то даже пошевелиться не могу.
Этот богач что, принял меня за официантку? На мне чёрная юбка, белая блузка. Никак не думала, что придя сюда, попаду прямо на поминки. Видимо да, в его глазах выгляжу как официантка! Ещё, к тому же, не самая хорошая, потому что несколько минут назад пролила на себя вишнёвый сок, и теперь на груди красуется большое красное пятно. Которое нужно было срочно как-то удалить…
Чем я, собственно, и занималась, пока не припёрся этот… Пьяный мерзавец!
— Мне надо стресс снять, и твоя аппетитная попка подходит для этого как нельзя лучше! — он снова тянется вниз и дёргает вверх подол юбки, задирая её.
Вот тут опутывающий моё сознание флёр пропадает! Брови сходятся к переносице, я размахиваюсь и заряжаю негодяю по его холёной морде!
Смотрю яростно! Дышу, как будто пешком поднялась на девятый этаж!
Но этому пьяному и красивому наглецу хоть бы что! Даже бровью не ведёт, зато его гипнотические глаза начинают гореть ярче.
— Любишь пожёстче? Мне нравится! — довольно ухмыляется он. — Я заплачу, лапуля, не ерепенься, — бархатистый баритон вибрирует возле уха. Подлец прижимается ко мне своим мощным телом, вдавливая в стол позади. — Становись на колени и сделай мне приятно. Хорош ломаться! У меня горе!
Не дожидаясь моих дальнейших действий, он дёргает юбку ещё выше и нагло запускает руку мне между ног.
— Что вы себе позволяете! — сдавленно кричу, задыхаясь от негодования. Чувствую, как всё тело покрывается острыми колышками мурашек. Голова начинает кружиться от адреналина, что дикими порциями выбрасывается в кровь.
Извиваюсь, цепляясь за его руки, плечи, пытаясь оттолкнуть от себя! Но всё тщетно! Горячие губы впиваются в мою шею. Сдавленно выдыхаю, чувствуя, как по телу, против воли, растекается приятное томление.
— Не нужно! Пустите! Прекратите… — лепечу, в попытке достучаться до его разума.
И в этот момент дверь с грохотом распахивается.
Я вздрагиваю, а мерзавец наконец-то перестаёт терзать мою шею и гневно смотрит на вошедшего.
— Чё те надо, Дим? — нагло спрашивает он. — Не видишь, занят я!
Всё ещё пытаясь отпихнуть его прокаченное тело, я оборачиваюсь на вошедшего.
Перед нами стоит молодой мужчина, очень похожий на того, кто только что шарил у меня между ног… И в тоже время совсем другой. Волосы длиннее, аккуратно уложены назад. Глаза тоже светлые, но такие-то холодные, взгляд высокомерный. От этого человека веет холодом и неприступностью… Будто из куска гранита высечен… И он кажется старше. Это два брата?!
— Развлекаешься, Тим? Я так и знал, что найду тебя здесь. — почти равнодушно бросает «каменное изваяние», бегло скользя по мне взглядом.
Несмотря на то, что делает он это как бы нехотя, я замечаю, что его зрачки слегка расширяются, когда мужчина задерживается на моих обнажённых бёдрах, а через несколько секунд и на лице. Впивается в мои распахнутые в панике глаза, но на его лице не отражается ни капли сочувствия, или понимания.
— Оставь девку, Тим, — спокойно говорит вошедший. — Сейчас начнётся оглашение завещания, нам пора. Потрахаешься потом.
Он снова бросает взгляд на неприлично задранную юбку и мои пылающие щёки. Внимательно скользит по изгибам тела — будто оценивает, достаточно ли я хороша для того, чтобы «потрахаться потом», или можно найти кого получше!
Меня от этого взгляда до глубины души пробирает! Чувствую себя дешёвкой и…какой-то дурочкой…
— Пусти, сказала! — опомнившись, толкаю первого братца в грудь и дёргаю вниз подол юбки. Вот же уроды!
Глаза от обиды наполняются слезами, и я невольно шмыгаю носом, обнимая себя руками.
Тот, который Дмитрий лениво тянется в карман пиджака и выуживает оттуда бумажник. Наугад вытаскивает несколько купюр и швыряет их на столик передо мной.
— За неудобства, — смотрит на брата, который приглаживает растрепавшиеся волосы. Потом снова на меня. — Ты же не будешь истерику тут закатывать? В конце концов ты сюда сама с моим братом пошла. Никто, ведь, не заставлял, правда?
Не заставлял?! Этот нахал ещё как заставлял! И, вообще, он сюда позже меня припёрся!
— Знаете что… — гневно начинаю, но меня перебивает его ледяной властный тон.
— Вот визитка, — кладёт на стол поверх денег. — Если захочешь закатить скандал, то лучше завтра. Сегодня день неподходящий. Поминки, всё же! Наша семья, итак, на стрессе. Там, кстати, вино закончилось. Принеси ка ещё.
Поджимаю губы и, не веря в то, что на свете существуют такие рафинированные козлы, прохожу мимо них к выходу, чуть задевая плечом это «напыщенное изваяние», и, не говоря ни слова, ухожу. Деньги и визитку оставляю там, куда их положил высокомерный засранец! Они мне не нужны! Пусть подавятся!
Вот, ведь, уроды! Под внешним лоском и привлекательной внешностью скрываются порочные монстры. Ни минуту больше с ними рядом не желаю находиться!
Протискиваюсь обратно в коридор, попутно поправляя примятую блузку. Дрожащими руками заправляю её в юбку и утираю глаза.