Клирик (СИ)

— Я не сторож кошки твоей, — пафосно проговорил Волков, и продолжил уже нормальным голосом. — Не знаю, правда. На кухне, наверное, где ей ещё быть?
— Она лопнет скоро, — я покачал головой. — Пошли на кухню. Заберём эту ленивую задницу и найдём выделенный нам дедом отряд. Пора выдвигаться. И так столько времени потеряли.
— Зачем тебе Соня? Чтобы она в обморок падала каждый раз, когда мышь увидит? — скривился Петька. Нет, Соню он как раз любил, и сейчас, скорее всего, заботился о её комфорте. Ну, как мог, так и заботился.
— О, а ты внезапно, за поеданием булок в монастыре научился делать тропы, создавать порталы и сумеешь нас быстро вытащить из пещер, если вдруг что-то произойдёт? — спросил я, усмехаясь. — Ну, тогда да, тогда нам точно не надо искать Соню, мы и так справимся.
— Вот можно без сарказма? — закатил глаза Петька.
— Можно, но не интересно, — ответил я, выходя из комнаты.
Соня, вопреки ожиданиям, нашлась на улице. Она нежилась на травке и совершенно не хотела никуда ехать.
— Вставай, — я посмотрел на пантеру, которая только вильнула длинным хвостом, и опустила голову обратно на лапы. — Соня, вставай.
Хвост снова пришёл в движение. На этот раз это воплощение лени и откормленности захотела меня ударить, чтобы с ног сбить. Я успел подпрыгнуть, и пропустить гибкий черный хвост под ногами, а вот Волкову не так повезло. Он стоял очень близко, почти дыша мне в спину, и пантерья подсечка достала его, опрокинув на землю.
— Вашу мать и ваши дурацкие игры туда же, — разразился бранью оборотень. Пока он со стоном поднимался с земли, потирая задницу, я выбросил руку и схватил Соня за шкирку.
— Вставай, сейчас поедем в одно место. Предупреждаю сразу, там может быть опасно, — Соня, как только услышала про опасность, сразу же обмякла, но я встряхнул её. — Соня, я в любом случае туда пойду, но, если я сделаю это без тебя, то есть вероятность, что не смогу вернуться. Нам бы очень не хотелось этого, не так ли?
Соня перестала изображать обморок и внимательно посмотрела на меня. Она смотрела долго, и мне становилось немного не по себе от пристального немигающего взгляда желтых глаз. Но своего взгляда я не отвел. Наконец, эта очень умная кошка тяжело вздохнула, села на упитанную задницу и протянула мне массивную лапу.
— Согласна, значит, ну, вот и хорошо, — я улыбнулся, поклонился придворным поклоном и подал протянутую лапу.
— Это, конечно, занимательно, но вон там стоит капитан и ждёт, когда же ты со своей пантерой наговоришься, — я посмотрел на Петьку, который показывал в сторону невысокого мужчины, который действительно стоял неподалеку, заложив руки за спину и расставив ноги.
Увидев, что я готов с ним поговорить, он шагнул в мою сторону. Соня легла у моих ног. Вроде бы пантера была спокойна, и лежала с гордой невозмутимостью Сфинкса, но её хвост предательски извивался по земле, выдавая её с головой, показывая, что кошка нервничает.
— Что тут произошло? — мы все синхронно обернулись на девичий крик. Наталья стояла недалеко от нас, уставившись на место, где раньше находились кустарники, беседка и пруд.
— Эм, Наташа, тебе чего не спится? Самое время придаваться рассветному сну, радуясь, что относишься к высшему обществу. Нежиться в постельке, когда другие, подневольные рабы, такие как я, должны вставать с петухами и работать на благо рода? — состроил гримасу страдания на лице Волков, подходя к девушке совсем близко.
— Тебя это не касается! — рявкнула она и, оттолкнув оборотня, ринулась в моем направлении. — Петя, что тут произошло? Я не слышала посторонних шумов или взрыва, — она расширила глаза от ужаса и вновь отбежала от меня в сторону кратера, который в данный момент огораживали по моему приказу, чтобы в случае чего, это место могли осмотреть клирики.
— Наталья, успокойся, — ровно проговорил я, совершенно не понимая, какая муха укусила мою сестрицу. На удивление, она послушалась, перестав носиться по газону, заламывая руки. — А теперь объясни, что все-таки тебя тревожит. И больше никакой лжи про боязнь академии и что ты за меня очень сильно переживала.
 
— У тебя сейчас такой тон, что у меня мурашки по коже побежали. Вот смотри, — Петька сунул мен под нос свою руку, но я убрал ее от своего лица, продолжая неотрывно смотреть на Наташу.
Девушке сначала тоже не понравился мой тон, и она уже открыла рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но потом, видимо, что-то прочитала в моем взгляде и опустила голову, разглядывая землю под ногами.
— Пойдем, поговорить нам надо, — подошел я к ней и, взяв ее за руку, отвел в сторону подальше от посторонних ушей. Правда, оборотень вместе с пантерой, переглядываясь, пошли вслед за нами, но благоразумно остались на расстоянии, чтобы особо не нервировать, но при этом все слышать. — Рассказывай.
— Петя, я…
— Рассказывай и не утаивай ничего, — мне было неприятно разговаривать подобным тоном со своей сестрой, но по-другому из нее правды было явно не добиться.
— Ты подумаешь, что я сошла с ума, что рехнулась и меня нужно отправить в больницу, где лечат душевные травмы, — всхлипнула она и замолчала.
— Наташа! — процедил я, когда молчание начало затягиваться.
— Помнишь Диму? Сына нашей поварихи. Мы с ним родились в один день и много времени вместе проводили? — затараторила она, глядя мне в глаза. Я отрицательно покачал головой, решив, что не зачем в этом случае опускаться до лжи. — В общем, он мне стал видеться, уже с неделю. Каждое утро мы встречались в беседки и говорили. Я не знаю, кажется он мне или призрак его приходит, но с ним я будто опять нахожусь в беззаботном детстве и мне так спокойно…
— В чем проблема-то. Выберете другое место для встреч, — нахмурился я, совершенно не понимая, к чему она клонит.
— Да как выбрать-то. Утонул он шесть лет назад, в том самом пруду. Оступился, ударился головой об камень и прямо в водоем свалился, — ее глаза налились слезами, и она, наконец, разревелась, уткнувшись мне лицом в грудь. — А если он больше не появится?
— Беда-а-а, — протянул оборотень, подходя к нам ближе. На его лице не было и тени усмешки или издевки, лишь напряженная сосредоточенность. — Если это то, о чем я думаю, то надо торопиться в поисках Петрухи.
— Я так понимаю, что эти его эксперименты длятся не первый день, — хмуро осмотрел я оставшуюся после последнего вмешательства голую землю, гладя по голове сестрицу, которая все больше и больше впадала в истерику.
— И сегодня был финальный этап, который, слава всем случайностям и возможно богам, у него не удался, — кивнул оборотень. — Все логично и просто. Тут пруд есть, а там его, скорее всего, не было никогда, поэтому Дима, сын поварихи остался целехонький и сейчас подпортил нервную систему нашей Наташеньке.
— О чем вы говорите? — подняла она на меня заплаканные глаза, мгновенно успокоившись.
— Слушай, тебе нужно срочно отправиться в монастырь, — проговорил я, понимая, что разговорам через артефакт сейчас явно не место.
— А что мне то там делать? Меня даже за ворота не пустят, — насупилась она.
— Как что. Это же мечта. Монастырь полный клириков. Молодых, здоровых и красивых, если проберешься, то выберешь уже себе парня по вкусу.
— Замолчи, а? — закатил я глаза, показывая оборотною кулак. — Тебе нужно поговорить с настоятелем и все ему рассказать. То, чем ты со мной сейчас поделилась. Ты мне веришь?
— Да не особо… Да, верю, — встретившись со мной взглядом, быстро поменяла она решение. — Когда нужно ехать?
— Сейчас. Я попрошу, чтобы тебя отвезли, а сам свяжусь с отцом-настоятелем.
Она кивнула и побрела в сторону поместья, приводить себя в порядок, то и дело бросая взгляд на черную выжженную землю. Я подозвал к себе мужчину, который так и стоял на том самом месте, где его оставил. Он не заставил себя долго ждать и сразу же подошел к нам.
— Доброе утро, Пётр Алексеевич, — поздоровался мужчина. — Меня зовут Константинов Олег Витальевич, я являюсь капитаном службы безопасности клана Романовых. Глава клана Пётр Алексеевич приказал мне с отрядом отборных бойцов сопровождать вас.