Во власти демона. Брак поневоле (СИ)

Демон отчаянно рванулся в путах. Все его тело было прижато к стене, и это напоминало, как муха бьется в паутине. В глазах мелькнул отчаянный, дикий страх.
Я резко зажмурилась. Нет, невозможно смотреть в глаза. Рука задрожала.
– Рута, – Эль подошел со спины, мягко накрывая мою ладонь своей. – Это необязательно. Он скован и не представляет угрозы. Пойдем.
Кинжал выпал из дрожащей руки. Я уткнулась лицом в плечо Эля, пряча слезы на глазах.
– Я… я не могу, – всхлипнула я.
– И не нужно, – понял по-своему Эль. – Он не помешает.
Он взмахнул рукой, насылая на демона сонное заклятье. После чего проверив, что Арсант в порядке, мы двинулись вглубь подземелий. Я низко склонила голову, чтобы Эль не заметил, как по моим щекам сбегают редкие слезы. От того, что я не справилась. Не смогла спасти его такой ценой.
Я держала в голове слова Арсанта, и мы довольно быстро нашли нужную камеру. Эль первый прошел мимо погнутой решетки, оказываясь в тесной клетке из сырого холодного камня.
Я скользнула следом. Над рукой вспыхнул маленький белый шарик, позволяющий хоть что-то увидеть. Ведь эта часть подземелий была темной и заброшенной, без факелов.
– Вот он! – я указала на камень с ветвистой трещиной.
– Не трогай, – чуть напряженно сказал Эль. – Вдруг это ловушка.
Он нажал на камень, и тот поддался, вдавливаясь в стену. Внутри послышался скрежет, словно завращались ржавые шестеренки. Эль машинально потянулся к мечу.
Стена рассоединилась надвое. Края с щербатыми зубьями камней разъехались в сторону, как двери в супермаркете. Впереди оказался спуск вниз.
– Так вот он какой, запасной вход в Тайные залы, – негромко проговорил Эль.
Он зажег над рукой магический огонек, первым идя внутрь. Я скользнула следом, пригибаясь под полотнищем паутины.
Эль настороженно осматривался по сторонам, ожидая подвоха. Но этим ходом явно давно не пользовались. Ступеньки были из деревянных досок с просветами между ними: попадешь ногой – и все. Мы осторожно ступали по ним, то и дело слыша въедливый скрип. А потом и оглушительный треск. Я со вскриком взмахнула руками, проваливаясь одной ногой, теряя равновесие. Эль мгновенно обернулся, подхватывая за талию.
– Осторожнее, – он прижал к себе.
Магический огонек погас, и мы оказались в полной темноте. Я только сейчас заметила легкую дрожь, пробегающую по телу. Ведь я… я была совсем не героиней из сказки, не храброй попаданкой с мечом наперевес и язвительными комментариями для злодея. Я боялась Ингрид. Ее темных глаз, безжалостного взгляда и усмешки на покрытых темной помадой губах. Ее кошачьей пластичности и опасной грации. Каждого жеста, когда на пальцах сверкали перстни с кровавыми рубинами. Боялась, но не за себя. А за свою семью. Что мы все трое навеки останемся здесь, под дворцом Ингрид Кровавой.
– Это я во всем виновата, – хрипловато прошептала я, прижимаясь к Элю. – Если бы не ангельская пыль, если бы не Драконьи земли… мы вовремя увезли бы Алисию. Сразу после видения.
Он заново зажег небольшой магический огонек. Тот повис в воздухе, освещая наши лица. Эль взял мое в ладони, заставляя посмотреть в глаза. Сейчас, в полутьме, они выглядели особенно темными и чарующими. Такими… спокойными, что хотелось выкрикнуть: «Как ты можешь смотреть на меня так?! Без ненависти? Это же все я! Это из-за меня мы не успели увезти Алисию, и теперь она в опасности!»
– Но ты сама знаешь, что видения у тебя появились не просто так, – Эль осторожно и мягко погладил по щеке. – А после встречи с богиней. Если бы… если бы не ангельская пыль, мы никогда и не узнали бы об опасности. Пока не стало бы слишком поздно.
Я кивнула, кисло выдавив:
– Да, наверно.
Эль вздохнул, поняв, что достучаться до меня нереально. Решила сгрызть себя виной – значит, и косточки не оставлю.
– Мы выберемся, Рута, – он коротко поцеловал меня. – Я вытащу вас отсюда, обещаю. Потому что ты и Алисия – моя семья.
Лестница из полусгнивших ступеней привела в грязный тоннель, заваленный хламом. Доски, старые строительные инструменты, перевернутые ведра… Эль осторожно придерживал меня за руку, пока мы перебирались через все это.
 
Тоннель закончился, и я завертела головой. Вместо затхлого воздуха подземелий повеяло свежестью и холодом. И сырой землей, отчего противно засосало под ложечкой. Вспомнилось кладбище и мамины похороны.
– Что это? Где мы? – мой голос прозвучал звонко, льдисто.
Вокруг был лабиринт. Стены из черного стекла пересекались друг с другом. Хода ветвились, переплетались, сливались, заканчивались тупиками… Я сделала всего пару шагов, глядя по сторонам, а потом вернулась и вцепилась в Эля.
– Наверно, одна из защит, над которыми постаралась королева, – тихо сказал он. – Пойдем.
– Мы заблудимся, – пискнула я. – Пусть это стекло, пусть оно полупрозрачное, но все равно…
– Все будет хорошо, – Эль ободряюще сжал мою ладонь.
Он отошел на шаг, прикасаясь к стеклянной стене. С кончиков его пальцев слетели серебристые искорки. Теперь они следовали за Элем, оставляя на темном стекле тонкую сверкающую линию.
– Как нить Ариадны, – чуть улыбнулась я, идя следом. – У нас на Земле есть такая легенда. Про то, как девушка хотела спасти героя, который пошел сражаться с чудовищем в лабиринт. Там еще потом ее венец попал на небо и стал созвездием, Северной Короной…
Я сама не знала, зачем говорю все это. Только бы гробовая тишина лабиринта не давила так сильно. Мы проходили поворот за поворотом, развилку за развилкой, моментами видя свою же линию и сворачивая в другую сторону.
«Сколько же можно здесь бродить?» – подумала я и зябко обняла себя за плечи.
– И что было дальше? – оглянулся Эль.
– А? – вздрогнула я.
– С Ариадной и ее избранником.
– Он оставил ее, – глухо сказала я.
Огонек над его рукой бросал блики на стены. Наши тени тоже скользили по ним, смазанные, трепещущие, и от этого становилось не по себе. Продолжая меня отвлекать, Эль спросил:
– Разлюбил? Или разлучили обстоятельства?
– Я не помню. Да это и неважно, – я чуть улыбнулась, пытаясь скрыть грусть.
«Как глупо я сбегала в Драконьи земли, – крутились в голове мысли, пока я шла за Элем, чуточку отставая. – Да какая разница, какие обстоятельства стояли между нами? Какая разница, простил бы меня Эль или нет? Главное, что мы могли быть рядом. Даже маленький шанс, даже самый корявый и неудобный, того стоил. Главное, что Эль тогда… не умирал».
Я рванулась вперед. Отчаянно захотелось схватить Эля за руку. Вцепиться в его ладонь и прошептать, как сильно люблю, как сильно он мне нужен. Но тут раздался скрежет стекла. Лабиринт начал меняться на глазах. Серебристая линия погасла.
– Эль! – вскрикнула я, но не успела.
Стеклянная стена резко повернулась, разделяя нас. Магический огонек погас, и мы остались в полной темноте.
– Рута! Рута… – голос Эля, казалось, отдалялся.
Я бросилась к стеклу, проводя по нему ладонями, царапая пальцами. Глаза даже чуть заболели от попытки разглядеть что-то в полной темноте. Эля за стеклом. Он же рядом! Он же рядом, правда?
  
Глава 17
 
Голос Руты был повсюду. Он звал. Тревожно. Испуганно. Звеняще.
– Эль! Эль! Эль!
Эль крутился на месте, пытаясь понять, где она. Магический огонек метался от стены к стене, но Руты нигде не было. Лишь смутные тени скользили по темному стеклу то тут, то там.
– Эль!
Послышался звук удара о стекло. Будь оно обычным, наверняка разлетелось бы на осколки. Но Ингрид позаботилась о своем лабиринте. Стекло здесь было прочнее стали. Даже магией не расколоть.
Эль бросился на звук, уже не запоминая дорогу. Отсветы огонька заплясали на темном стекле.
Вдруг впереди оказалась тяжелая дубовая дверь. Стекло вокруг нее было совсем черным, непрозрачным. А сама она выглядела неуместной, слишком массивной.
– Эль… – тихо-тихо послышалось из-за нее.