Каста Неприкасаемых 2 (СИ)

— Тоже выход! — Вновь повернувшись к противнику, острием клинка показываю ему отойти от брошенного оружия. — А то у меня сегодня плохо получается брать живьем.
— Оно и видно! — Появившийся из зарослей Дамир перевернул одного из тех, что я двинул рукоятью и показал проломленный в районе основания череп. — Этот тоже покойник. 
Натужно выдыхаю, мол, извиняйте, перестарался и показываю на стонущего со сломанной ногой.
— Зато этот то уж точно живой!
Дамир молча и укоризненно хмурится, но сказать ничего не успевает, потому что проломившийся сквозь чащу Салах выталкивает вперед еще одного пленника.
— Тут труп, там труп! — Он смотрит на меня с наигранным возмущением и довольно лыбится. — А говорил-то! Вы не лезьте, нужно взять их живыми! Я сам все сделаю!
Понимаю, что Салах притащил того, кто оставался с лошадьми и молчу, а что тут скажешь. Да, опростоволосился! Нужно всегда держать в уме, что не все решает сила и на будущее внимательнее относиться к деталям.
Пока я переживаю неудачу, Дамир связал руки старшему и, посадив его рядом с остальными пленниками, повернулся ко мне.
— Трое из пяти не такой уж и плохой результат!
«Неплохой, если не учитывать, что я взял только одного». — Бурча про себя, подхожу к пленникам и обращаюсь к своему недавнему противнику.
— Ты старший?
Тот молча кивает, и тогда я спрашиваю прямо.
— Сам все расскажешь или костер разводить?
Намек ему понятен, мол, добровольно или под пытками, но ты все равно расскажешь. Подумав, он поднимает на меня прищуренный взгляд.
— Зачем же костер и так обойдемся.
Его разумная покладистость меня обрадовала, пытать никого не хотелось. Поэтому присев рядом, резко меняю тон.
— Как зовут-то тебя?
— Рустан. — Пленник откинулся спиной на ствол дерева и с вызовом взглянул мне прямо в глаза. — Спрашивай, расскажу что знаю! Я наемник, полжизни эту лямку тяну и правила знаю. В бою убил бы тебя не задумываясь, а уж коли твоя взяла, то чтож… Подвиги в мое жалование не входят.
— Разумно! — Смотрю на это обветренное скуластое лицо, а голове уже начинает созревать новый план.
Начинаю с вопроса.
— У Шабаха давно служишь?
— У Шабах ин Шура в охране уже два года. Сюда с ним приехал. — Бывший глава отряда отвечает спокойно и даже как-то равнодушно. — Платит неплохо, но человек гнилой. Чем он вам насолил не знаю, но связываться с ним я бы не советовал. Злопамятен и ничего не прощает!
Растягиваю рот в широкой усмешке.
— А прощение его нам и не требуется. У нас к нему такие вопросы, после которых люди обычно долго не живут. — Протягиваю пленнику короткую палку и расчищаю перед ним землю. — Ты, я вижу, человек грамотный, поэтому нарисуй-ка нам для начала план вашей крепости.
Рустан скосил взгляд на свои связанные за спиной руки, и я киваю Дамиру, мол, развяжи. Тот молча разрезает веревку, и пленник, растерев затекшие пальцы, начинает чертить.
— Здесь ворота, за ними площадь и цитадель. С обратной стороны хозяйственный двор. Шабах занимает верхний этаж дома. Туда ведут две лестницы, парадная и черная. Казарма гарнизона в левом крыле, сейчас в крепости двадцать четыре бойца. Под домом подвал и казематы, настоящий лабиринт. Там заложники, пленницы, и вообще, черти что творится, но туда только особые люди были вхожи. Меня туда не пускали.
Я доволен, даже не ожидал такой обстоятельности. Рассматриваю чертеж и продолжаю спрашивать.
— Ну а все же, что там в подвалах? Не может быть, чтобы ты ничего не слышал.
Рустан кривит рот в усмешке.
— Ну, если вас слухи интересуют, то поговаривали, будто там он демонов прячет и нору в их подземное логово.
«Ух ты! — Мысленно цепляюсь за последнюю фразу. — А ведь очень может быть! Только не нора в логово, а пробитый темным дэвом коридор в мир Тьмы. Если так, то там скорее всего не колдун демонов прячет, а те стерегут тайные врата»
Мысль прямо скажем пугающая, и пока думать об этом не хочется, но в любом случае теперь уж точно надо проверить.
У меня есть еще один вопрос, и я спрашиваю, контролируя реакцию пленника.
 
— Ну а что, гарнизон?! Будет биться за колдуна, если жареным запахнет или сдастся?
Рустан отвечает, не задумываясь.
— Будут стоять до последнего! Там у каждого второго руки по локоть в крови. Им прощения ждать неоткуда!
— Ну а ты?! — Впиваюсь в темные спокойные глаза пленника. — Ты тоже будешь стоять за колдуна до конца? — Не давая ему ответить, тут же усиливаю нажим. — Там внизу несколько сотен местных крестьян жаждут справедливого возмездия, скоро еще подойдет отряд ордена. Будет следствие и суд! У тебя еще есть шанс встать на светлую сторону.
Пленник отрицательно качает головой.
— Ни ордену, ни крестьянам эту крепость не взять. Там на башнях баллисты, тяжелые арбалеты, кладовые полны припасов. Гарнизон продержится пока не вмешается гранд Ашанги. Это его земля, его суд и его право! Ничего у вас не получится!
Несмотря на категоричность заявления, я чувствую, что этот непростой мужик чего-то недоговаривает. Пауза длится довольно долго, но я не лезу, давая ему возможность высказаться самостоятельно.
Посидев с видом человека вставшего на край пропасти, Рустан повторил.
— Ничего-то у вас не получится... Без меня!
Не знаю почему, но с самого начала во мне крепла уверенность, что мы с этим побитым жизнью солдатом найдем общий язык. Теперь же, получив подтверждение своей догадке, я только улыбнулся.
— И чего ты хочешь взамен?!
Настороженный взгляд из-под кустистых бровей стрельнул в мою сторону.
— Там, у Шабаха в подвале, девка одна сидит, Марой кличут. Я заберу ее и деньги, что скопил за два года, а вы сделаете вид, что никогда нас не видели. — Он вдруг выпрямился и посмотрел мне прямо в глаза. — Хоть ни браслета, ни заклинания я у тебя не вижу, но нутром чую — ты паренек непростой. Фарга завалил, а он рубака был хоть куда, ко мне подкрался так, что только чутье меня спасло. Мечи в твоих руках как живые ходят, я такого отродясь не видывал, думаю, и с Сумраком ты знаком. В общем, до этого дня считал я, что с Шабахом никому не справиться, а теперь смотрю, может у тебя и выйдет чего. — Он еще помолчал и спросил с тайной надеждой в голосе. — Так как?!
В ответ я протянул ему открытую ладонь.
— По рукам! Ты нам поможешь, а мы сделаем вид, что сегодня в лесу живыми нам достались только два пленника.
  
Глава 23
 
Прямо перед моими глазами мотается широкий лошадиный круп. Длинный нечесаный хвост, попона, седло и расслабленно покачивающаяся фигура Рустана. Веревка от луки его седла тянется к моим связанным рукам и дальше за спину к рукам Таис. Мы изображаем пленных. Убедительно или нет, очень скоро оценят грядущие впереди события.
Мы уже на последней прямой. Впереди мощные стены и воротные башни крепости. От чернеющих бойниц веет угрозой и непредсказуемостью. Нервы натянуты до предела, и наша нервозность передается даже лошадям. Над головой тревожно фыркает кобыла Салаха, а следом за ней и мерин Дамира. Я их не вижу и не оборачиваюсь. Знаю, они едут позади, переодетые в одежду плененных дозорных. Наша задумка проста. Рустан впереди, на него максимум внимания. Он ведет пленных, то бишь меня и Таис. Это подозрений не вызовет, а вот самое слабое звено — парни. Как их не переодевай, но гарнизон крепости невелик, и наверняка все друг друга знают в лицо. Поэтому они последние. В тот момент, когда их смогут опознать, мы должны уже быть в воротах, и это самое главное.
Под ногами заскрипели доски подъемного моста и откуда-то с башни донеслось.
— С удачной охотой, Рустан!
Тот поприветствовал стражника взмахом руки.
— И тебе хорошего дня, М…
Не дав ему закончить, оглушающе залязгала на барабане тяжелая цепь, и кованая решетка медленно поползла в верх.
Конские копыта зацокали по брусчатке. Солнечный свет резко сменился тенью воротной арки, и тут сзади раздался крик.