Пожиратель (СИ)
— Долго же ты тянул со взаимностью. Бедняжка весь прошлый год за ним волочилась, а он только сейчас разобрался в своих чувствах. Сухарь.
— Иди в мох, — отмахнулся я от Тайре заученным местным посылом и взмахом руки приветствовал Рангара, что только-то завершил свой получившийся непростым поединок.
Через минуту-другую третий раунд тоже приказал долго жить. Наша группа крутышей-победителей снова уполовинилась. Навскидку человек пятьдесят-шестьдесят. Такими темпами перед завершающим боем нас останется меньше десятка. Хочешь не хочешь, а придётся сойтись с кем-то из моих прихлебателей, пара из которых — Махавай и Тихоня — уже успели отсеяться. В принципе, это не плохо — свой не поднимет руку на босса. Если это не Тайре, конечно. Сестричка наверняка попытается намять мне бока.
Так, кто там у нас в конце строя? На дальнем краю шеренги шла нешуточная борьба за места подальше от хвоста. Выйти на бой против меня, Рангара и Тайре отчего-то никто не желал. Но противник мне один хрен достанется сильный. В нашей могучей кучке на данном этапе осталась исключительно знать. Хотя…
Взгляд наткнулся на знакомую высокую фигуру. Грай! Как я мог забыть про этого переростка? И это тот, кто не хотел привлекать к себе внимание? Похоже, проигрывать в драке он, или сильнее не хочет, или попросту не умеет. Хорошо, что стоит не последним. С кем с кем, а с диким я точно не хотел бы сойтись на кулаках. Закончится это для меня точно бесславно и быстро.
Но кто там всё же последний? Мёд мне в рот! Одно другого не лучше. Тола Джи! Вот только обиженной любовницы Рея мне сейчас не хватало. В этот момент сестра Ферца перехватила мой взгляд и, показав язык, быстро скользнула под плечо соседа. Тут же, словно нарочно, раздалась команда мастера:
— По парам! Приготовиться к бою!
Бля! Бля! Бля! Все же Грай. И что теперь прикажете делать? То, что продую этому переростку с низов — полбеды. Настоящий Рейсан и тот бы этого здоровяка не осилил. Но надо достойно слиться, на публику, в эпической схватке. Может, уговорить его подыграть?
— Извини, знатный, — опередил меня Грай, когда мы сошлись. — Всё, что угодно, но бой я слить не могу. У нас внизу своя честь.
И только я хотел ответить: "Да, ради бога. Только дай мне порыпаться", как в нескольких метрах от нас опилки настила неожиданно поднялись вверх локальным вулканом, и из широкого жерла высунулась здоровенная бошка какого-то, не то жука, не то червяка с распахнутой зубастой пастью и множественными беспрестанно шевелящимися отростками по периметру.
— Прорыв! — заверещал кто-то слева.
— Тревога! Земля! Короед! — немедленно подхватили на все голоса.
Все, кто был рядом с воронкой, бросились в разные стороны с перекошенными от страха лицами. И лишь у меня одного на рожу наползла неуместная лыба. Я понял, что удар гонга так и не прозвучит.
Глава четырнадцатая — Загнанный в угол
— Назад! Назад! Все наружу!
Мимо нас пронёсся один из мастеров в коричневом тоху, сжимая в руках неизвестно откуда взявшуюся алебарду, наподобие той, что я видел у стражника, только значительно больших размеров. Широкое лезвие с одной стороны, тупоносый железный клюв с противоположной, на нижнем конце длинного мощного топорища копейное остриё. Сразу видно, что дрянь тяжеленная, и обычному человеку такое оружие не подойдёт. Специально под силара-физика делалось.
— Серьёзный топорик, — проводил взглядом препода Грай. — Эх, мне бы сейчас мой клевец…
— Да хоть ранжи вернули бы, — вспомнил я отобранные штыри-ножики.
Плечо к плечу мы пятились в сторону опоясывающего арену заборчика. В отличии от большинства ребят, пока не бежали. Короед не выглядел особо проворным — от этой туши мы удерём запросто, а посмотреть на то, как его будут валить хотелось. Кстати, процесс уже можно сказать начался. Пока препод-физик только ещё подбегал к жучаре со своей орясиной, наш мастер-боец уже нанёс первый удар.
Момент, когда Вигел Кио оказался возле чудовища я пропустил. Раз — и скоростник уже рядом с короедом, выбирающимся на поверхность при помощи многочисленных коротких, но толстых лапок. В руках скоростника странный меч — широченное лезвие с одной стороны напоминает пилочку, как у ножа для хлеба, с другой стандартно-прямое. Взмах оружием не разобрать — видимо, мой однодарец вновь применил силу. Но результат на лицо — туловище гигантского насекомого дёрнулось, и верхняя половина вместе с зубастой башкой начала заваливаться в сторону. Из глубокой резаной раны на опилки толчками полились-посыпались склизкие внутренности.
Спустя миг подоспевший физик обрушил на тушу и так на мой взгляд помирающего жука свою алебарду. Клювоподобное остриё проломило хитиновый панцирь чуть ниже разреза, и короед окончательно сдох. По крайней мере шевелящиеся до того лапки дружно замерли, как и переставшее дёргаться туловище.
— Чего тупите? — подлетела к нам Тайре. — Валим, скорее!
— Так всё, — мотнул Грай головой в сторону поверженного гиганта. — Разобрались с жучком.
Не обращая внимания на слова дикого, сестра дёрнула меня за руку.
— Ладно этот с низов, но ты-то чего? Сейчас же муры полезут! И ладно, если только они!
В глазах Тайре не было и намёка на привычные подколки. Она на полном серьёзе переживала. Если даже не сказать — боялась. Совсем не то поведение, что при налёте сыпух. Страх сестры мгновенно передался и мне.
— Хорошо, хорошо, идём.
Откуда-то со стороны жилых корпусов прилетел звук тревожного колокола. Вернее, я не знал, тревожный он, или нет, но ассоциации перезвон вызвал именно такие.
В этот момент туша якобы дохлого короеда часто задёргалась. Преподы отскочили от трупа жука, вскинули оружие.
— Аааа! — донеслось снаружи. Кричали надрывно, страшно.
— Ну, быстрее! Быстрей!
Впереди показался Рангар с какой-то палкой в руках. Похоже, отломал кусок лавочки. Кроме брата и нас троих других учеников на арене не наблюдалось — все успели свалить. Со стороны же раздевалки спешила подмога в лице второго препода-физика и женщины в синем тоху — этот цвет я ещё не успел привязать к какому-то дару.
— Прочь отсюда! — гаркнул коричневый, сжимающий в каждой руке по здоровенному топору.
Мы, не споря, пронырнули мимо взрослых и, запрыгнув на лавочку, перемахнули забор. Позади что-то лопнуло, булькнуло. Я непроизвольно оглянулся. Тушу короеда разворотило изнутри, и наружу прямо сквозь тело издохшего жука полезла какая-то бурая дрянь с длинными лапками — подробности я уже не рассматривал.
— Бегите к жилым корпусам! — долетело до меня напутствие преподши в синем. — Под всей площадью защитная плита! Там они не пролезут!
Они? Стоило повернуть голову, как я тут же всё понял. Открывавшаяся перед глазами картина заставила замереть. Бежать к корпусам? И как прикажите это делать? Уж точно не по прямой. Отделяющие нас от арочного прохода к площади с фонтаном триста метров представляли из себя поле боя во всей его кровавой красе. Пересечённые дорожками газоны с редкими деревьями и подстриженными кустами превратились в изрытую норами-воронками короедов полосу препятствий, на которой состязались в ловкости с огромными насекомыми юные силары, стремящиеся проскочить к жилым корпусам.
И главной помехой всеобщему бегству выступали не сами неповоротливые жуки, которых я насчитал аж семь штук, а гораздо более шустрые твари. Не такие здоровые, примерно с человека размером, шестилапые: четыре слегка покороче для перемещения, две более длинные впереди заканчиваются острыми загнутыми шипами. Круглые головы с усиками-антеннками и спаренными жвалами с разных сторон от зубастых пастей. Выпуклые фасетчатые глаза, тела бурые. Чем-то похожи на муравьёв, только "попки" не столь велики и завершаются жалами. Примерно три десятка таких уже носилось по траве за ребятами, а всё новые и новые насекомые продолжали выбираться на поверхность через зевы подкопов.
И самое страшное — проскочить мимо чудищ удавалось не всем. Всего в паре десятков шагов перед нами на дорожке рядом с истоптанной клумбой лежало тело какого-то паренька в голубом тоху, основательно забрызганном кровью. Опознать несчастного возможности не имелось ввиду отсутствия головы, но, судя по комплекции, это был точно не Махавай.